Я помолчал. Да, в этом весь Миша. Основательный и немногословный. Не хочу, но сделаю. Возражу, но сделаю.

Как велено отцом.

Как сын.

Долг сыновий.

Он и женится, на ком я прикажу. Другое дело, что я не собираюсь тут приказывать. Пока, во всяком случае.

Но, он не сделает ничего бездумно. Он возразит. И обоснует.

Исполнит. Но, я буду знать.

Моё решение и моя ответственность.

Как там у Гоголя? Опять ко мне лезут дурные мысли про «я тебя породил». Да, я его породил. Отнюдь не для «убью».

Нет.

Да. Часто мы с сыном далеки.

Географически.

Миша — мой самый самостоятельный сын. Часто самый упрямый сын. Неудобный. Даже если со стороны он мягок и молчалив.

Павел, вот, так и не научился мне возражать. И матери тоже…

У меня разные дети и разные сыновья. Кого из них я люблю больше? Глупый вопрос.

Сыновья. Люблю каждого.

Пусть и каждого по-своему.

Перевожу разговор на нейтральную тему:

— Как тебе служба на Флоте?

Сын и тут не стал растекаться мысью по древу, выражать восторги и прочее от моего решения пустить его по морской стезе. Отец сказал — сын сделал. И тянет свою лямку честно.

— Знаешь, пап. Мне морской корабль напоминает тебя и Империю.

— Поясни.

— Не знаю, как сказать правильно. Видимо каждому по характеру его подходит тот или иной путь. Павел — книжник. Мыслит сметами и манускриптами. Морская наука ему чужда. «Мазута сухопутная», как ты говоришь.

Хм, интересно.

— А Александр?

— Сашка? Молод ещё.

— Шестнадцать лет. Я Цесаревичем был в четырнадцать и одерживал свои первые победы.

Михаил пожал плечами.

— Ты — не он, а он — не ты. Войны подходящей нет. Как и у Сашки к ней желания. Пока, вместо сражений, после училища он большей частью пропадает на балах, да в офицерском собрании своего Гусарского полка. Это его стихия. Лихая. Без глубины смысла. Наскочили, сабли наголо, ура. Шампанского! Cartes, vin, danse! Пока Саша мыслит так.

Что ж.

Лаконично.

Спрашиваю, меняя тему разговора:

— Так что ты там говорил про схожесть Флота и Империи?

Сын покачал головой.

— Я говорил о схожести корабля и Империи. Командир корабля — первый после Бога. Власть Капитана — безусловный Imperium. В его власти все и всё на борту, и в трюмах. Здоровье и боеспособность экипажа, обеспечение всем необходимым. Капитан или адмирал планирует сражение и ведёт его. Но, в отличие от пехотных генералов, которые часто следят за боем со стороны, у командира корабля, как правило, судьба неотделима от судьбы его корабля. Или к славе виктории, или на дно, но тоже в славе. Так и Император неотделим от своей Империи. Россия может пережить многих Императоров, но Император пережить Россию никак не может. Поэтому мне мрачная и суровая философия Флота ближе, чем гулянки гусар.

Нет, отдавать его на сторону каким-нибудь царём Кипра я не стану. Такой сын нужен самому. Молод ещё. Но, правилен.

МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. НОВОПРЕОБРАЖЕНСКОЕ. ИМПЕРАТОРСКИЙ ПАВИЛЬОН. 31 августа 1772 года.

— Ну, Иван Петрович, чем порадуете в этот раз?

Кулибин с готовностью сделал приглашающий жест к стендам. Сегодня младший партнёр общества «Барон и Пар» был один. Андрея не отпустили из столицы дела, а Иван был достаточно компетентен, тем более что мосты были именно его коньком.

— Государь. Мы провели обширные исследования и изыскали необходимость в строительстве легких арочных мостов не только в Петербурге и Москве, но и в провинции, что позволит нам упростить дорогу между городами и поселениями, облегчит торговлю, сообщение и переброску войск и грузов с того или иного направления.

Рассматриваю представленные макеты. Мосты разные. Большей частью чертежи и эскизы, но есть и сделанные из дерева или глины. Так сказать, масштабные версии.

Такие мосты уже есть. Самый длинный — железнорудный в Новгороде. Через Волхов.

Но, — эти меньше.

— Дорого сие?

— Смотря какой мост, Государь. И через какую реку. Есть мосты вообще через овраги протяжённые. Такой мост по цене не так дорог. Помещик средней руки вполне может у себя в имении такой устроить. Тем более что это знамо поднимет его, помещика, статус и значимость в глазах соседей.

«Барон и Пар» чётко уловили мою мысль, что люди последние штаны отдадут за престиж, будь то чай, термос или паромобиль.

Усмехаюсь.

— Особенно, если кто имеет виды на соседскую богатую дочку с хорошим приданым.

Склонённая голова великого изобретателя.

— Точно так, Государь. Или положил глаз на состоятельную вдовушку.

Киваю. Развитие моей мысли. Ладно, прогиб засчитан, как говорится. Тонкая лесть в виде поддакивания сейчас к месту.

— Так, а что у нас с Петербургом и Москвой?

— Государь, в Петербурге в основном проекты новых мостов через каналы вместо временных деревянных и в дополнение к ним. Вот, прошу взглянуть, Ваше Величество.

Чертежи и эскизы были любопытными. Надо считать, конечно. Экспертов привлекать. Самому вставить свои пять копеек в анализ. Зря что ли я столько лет учил сопромат и детали машин?

Не здесь. И не в Российской Федерации. В СССР учил. Без дураков. И работы свои защищал не за шмат сала.

— А Москва?

— В Москве, Государь, пока через три реки — Москву-реку, Яузу и Неглинную.

— Долго строить?

— Ну, смотря где и какой мост. Если удобно по реке везти, то на готовые баки можно и за день поставить, у нас и проект паровой баржи с краном для того есть. Но, это если река шириной метров тридцать. Если ж шире, то тогда в цельной сборке не провезть. Там уж от недели до десяти возиться надо. Для дороги же железной — это уже каждый вопрос. По-своему считать надо.

— Оперативно. Но тут ещё надо «вчерась» и «авось» в расчёт положить.

Иван кивает.

— Само собой, Государь, но на мосток через овраг или ручей больше времени на подвоз, да основание надо, ежели готовы они-то. С нашим инженером любая деревня может его хоть за час справить.

Хорошо. Спрос на такое чудо точно есть. Металла же нужного качества для однопролетного моста через ту же Волгу у нас пока нет. Но, лет за десять, думаю, появится.

Мосты нужны Империи. Много. Вчера. Разные.

— А в провинции?

Кивок.

— Можем и в провинции. Надо только наказы учесть.

— Нет, Иван Петрович. Уникальные мосты прекрасны, но нам нужны хотя бы три стандартных вида типовых мостов, которые изготавливаются на заводе и на месте только собираются из частей. Так быстрее и дешевле. Фундаменты же береговые пусть по требованиям типовых моделей сами ставят.

— Это так, Государь, но экономия не всегда оправдана. Мост может быть сильно длиннее, чем требуется по месту.

— Значит, Иван Петрович, конструкция моста должна быть составной и удлиняться или укорачиваться по пролётам в зависимости от протяжённости.

Склонённая голова.

— Да, мой Господин. Но, с учётом высоты пролётов и судоходности реки или канала.

— Согласен, Иван Петрович, согласен. Вам и карты в руки.

Густав III Шведский

КОРОЛЕВСТВО ШВЕЦИЯ. СТОКГОЛЬМ. 17 апреля 1773 года.

— Ваше Величество, все собраны, — принц едва наклонил голову перед братом.

— Дюбен? — спросил Густав.

— Лорд-канцлер доставлен, брат, — ответил Карл, — и Рудбек тоже в зале Риксдага сословий.