Когда барон Рогов подошёл, ему уважительно кивнули, и полицейские и статские, кроме плачущей женщины, та ничего вокруг себя не замечала и, похоже, совсем не слушала, что ей говорила девушка. Андрей также в ответ кивнул, напустив на лицо слегка высокомерное выражение. Дворян — потомственных и выслуживших личное — в Российской империи проживало немало, примерно десятая часть подданных, однако среди них титулованных — баронов, графов, князей и великих князей — было меньше четверти, так что, барон Рогов просто должен был демонстрировать надменность, иначе удивил бы присутствующих.

Зайдя внутрь, хмыкнул. Настолько полицейский участок империи напоминал те, что существовали и наверняка до сих пор существуют в Российской Федерации. Знакомый вращающийся турникет, аквариум с оконцем, над которым надпись «Дежурный по околотку», коридор и напротив дежурного, чуть дальше по проходу, высокие от пола до потолка металлические решётки двух камер для временно задержанных, а ещё дальше широкая лестница на второй этаж.

Полицейский за стеклом сидел, опустив голову. Когда барон Рогов подошёл, увидел, что тот что-то пишет в толстом журнале, а рядом с ним стоит металлическая кружка с парящим чаем тёмно-тёмно-коричневого как чифирь цвета с большим количеством чаинок, плавающих по поверхности. Немченко с иронией подумал, что если изобрести здесь пакетики чая, можно будет озолотиться, похоже, здесь такую упаковку ещё не знают.

Положив руку на полку перед стеклом, чтобы виден был родовой перстень, Андрей Никитич вежливо постучал по стеклу. Дежурный недовольно оторвался от записей, но увидев знак баронского достоинства резво вскочил.

— По какому вопросу, ваше благородие? — спросил, поправляя сбившиеся к ремню полы кителя.

— Нужна регистрация, — коротко ответил барон Рогов.

— Для благородных двадцать седьмой кабинет. — полицейский чуть нагнулся вперёд и показал рукой на лестницу. — Подниметесь на второй этаж и налево. пятая дверь справа.

— Благодарю, сударь, — улыбнулся Немченко.

Двадцать седьмой кабинет оказался двойным. В том смысле, что за обитой кожей дверью располагалась большая приёмная, а только уж из неё посетители попадали собственно к регистратору.

В просторном помещении для посетителей имелось два дивана, выглядевшие так, будто их только что доставили из мебельного магазина, новые, не просиженные. Между ними журнальный столик, на котором разложена свежая пресса, а напротив стол секретаря, в роли которого Андрея встретила седая худощавая женщина с волосами собранными в шиньон и пенсне с цепочкой на носу.

Несмотря на свои возраст и пол, при появлении молодого барона женщина довольно резво поднялась со стула, намётанным взглядом сразу же заметив родовой перстень на пальце посетителя. Впрочем, с этим Немченко ей умышленно помог, переступая через порог, он провёл пальцами руки по подбородку, на котором прощупывалась лёгкая щетина. Хорошо, что Великому Анду досталось светловолосое тело. Даже забыв побриться, он выглядел свежим, его небритость станет заметной, только если подойти к нему вплотную и посмотреть в упор.

— Доброе утро, ваше благородие! — поприветствовала она. — Позвольте осведомиться, по какому вы вопросу пришли?

— Хочу зарегистрироваться. — пожал плечами Андрей Никитич, обратив внимание, что других посетителей тут сейчас нет. Или благородные дворяне любят поспать подольше, или не так часто им требуется посещение полицейского околотка. — Разве у вас здесь ещё чем-то занимаются?

— Конечно, — женщина, вернее даже сказать бабуля, похоже, обиделась. — Вы видимо к нам издалека?

— Да, из Вятской губернии, — подтвердил он её догадку. — Барон Рогов Андрей Никитич.

Секретарша попыталась скрыть свои мысли, но сделать это от проницательного, острого взгляда молодого барона у неё не получилось, как и спрятать лёгкую насмешку над провинциалом, прибывшим из глуши и не знающим элементарного. Подумала наверняка, ну и селянин.

— У нас здесь не только при переездах регистрируют, но и при изменении семейного положения, и при убытии на срок более полугода, и при приобретении недвижимости в Южном районе столицы или при её продаже. Присаживайтесь, я сейчас доложу. Долго вам ожидать не придётся.

— Ну, раз не придётся, тогда я постою. — усмехнулся барон Рогов.

Он рассчитывал, что секретарша выйдет через минуту — чего там ей в кабинете делать? — только доложить, но та появилась минут через три и смущённо пригласила зайти.

Навстречу барону Рогову поднялся дородный чиновник в чёрном мундире, с короткой стрижкой, но с завитыми усами и пышными бакенбардами, обрамлявшими породистое, круглое лицо с мясистым носом. Причину задержки женщины Андрей сразу понял, чиновник, видать, дома не успел позавтракать и устранял этот пробел в своём дневном распорядке на рабочем месте. Еду он успел куда-то убрать, или в тумбу, или в боковой шкаф за спиной, но вот крошки из усов стряхнуть не догадался.

— Рад вас видеть, Андрей Никитич! — хозяин кабинета приветствовал гостя стоя. — Ваш дядюшка, когда снимался с регистрации, говорил о вас. Рад, очень рад, что у нас в районе будет ещё один целитель. Так расстроились отъездом Иннокентия Фомича, так расстроились, но он нас успокоил. Вы ведь имеете Дар целителя, ваше благородие? Да вы садитесь, я сей момент же всё запишу и сделаю отметку в вашем паспорте.

Уговаривать себя Немченко не заставил и сел на один из мягких стульев у приставного стола. Извлёк из внутреннего кармана и протянул чиновнику документ. Тот его взял, будто наградное оружие, почти не смотрел. С краю столешницы лежал толстый гроссбух, куда руководитель регистратуры лично вписал данный молодого барона, включая адрес проживания, в паспорте не указанный, его Андрей продиктовал, похвалив себя, что догадался запомнить.

— Чуть позже, когда дети подрастут, сюда переедет и моя семья. — сообщил попаданец, забирая паспорт. — Документы на детей, наверное, лучше сразу здесь у вас сделать?

— Конечно, — чиновнику удалось сдержать улыбку. — Когда им двенадцать лет исполнится. У вас их сколько? Судя по вашему возрасту, они ещё совсем маленькие?

— Да, так и есть, — Андрей почувствовал тепло в груди, стоило ему лишь подумать о своих крошках. — Только-только родились. Мальчик и девочка. Двойняшки.

— Поздравляю, господин барон, поздравляю! — а ведь чиновник почему-то искренне обрадовался. Впрочем, причина тут же стала понятна. — Значит, вы теперь к нам очень надолго. Где ж ещё дать детям приличное воспитание и знания как не в столице? У нас ведь только два целителя на весь район оставалось. Лекарей-то много, да что с них толку, когда приходит серьёзная болезнь? Вы не думали ещё над принятием покровительства князя Бутурлинского? Примите, мой вам совет. Да, придётся принять на себя целый ряд обязательств, зато и многие проблемы будут решаться намного проще.

«Дядюшка» предупредил, что молодого барона с редким целительским даром будут всеми силами, не мытьём, так катаньем, пытаться привлечь на службу правящему в Новгороде-Южном клану князей Бутурлинских, но он же и успокоил, в случае твёрдого отказа особых неприятностей от властей можно не ждать, Андрею Никитичу ведь не сложно собрать свои вещи и переехать в другой район столицы или вовсе в другой город, а то и страну. Целителю везде будут рады. К тому же, Немченко привык свои проблемы решать сам и не на чьё покровительство не рассчитывать, однако вежливо ответил:

— Я подумаю, — он встал и учтиво поблагодарил чиновника коротким поклоном.

Всё ж к дворянам в империи отношение особое. Весь поход Андрея Никитича Рогова в полицию занял не более получаса, после чего он с Матвеем отправился в районное управление ИДМ, имперского департамента магии. Попаданец с каким-то самому непонятным наслаждением развалился в коляске брички, полумав, и почему он у себя в Гертале ещё не догадался запустить в производство такой транспорт? Магомобили магомобилями, когда-то они ещё появятся? Да для них нужно ещё и дороги приличные сделать, вот хотя бы такие, как здесь в Новгороде, а комфортную езду на подрессоренном гужевом транспорте — брички, ландо, нормальные кареты, дилижансы — можно начать реализовывать ещё вчера.