— Не спеши, Аля, — угомонил соратницу Немченко. — Дай человеку сориентироваться. Подзабыл? — спросил у раба.

— Нет-нет, — испуганно вжал он голову в плечи. — Сейчас найду. А, вон там, — показал грязным пальцем направление. — Только, господа, вам лучше спешиться. Бывает, что копыта лошадей проваливаются, и те ломают ноги.

Спрыгивая с коня, Андрей почему-то вспомнил про Ивана Жука, как-то он ночь пережил, жив ли ещё? Вроде землянин и говорил себе, что наплевать на вора, но сейчас вдруг поймал себя на том, что переживает за урода, хотевшего его ограбить, а потом и убить. Проявилась какая-то несвойственная Великому Анду мягкотелость. Может почувствовал родство? Ну, вроде, он попаданец и тот тоже попаданец. Так сказать, коллеги.

— Анд, мы идём? — вывел его из раздумий ол Шеми.

— Да, конечно, вперёд. Чего стоим? — ответил Немченко и направился за соратниками, замыкая их маленькую колонну.

Прошли не очень далеко, что понятно, трактирщика закопали совсем недавно, а свежие захоронения, если где и были, так только во рвах, которые Андрей со спутниками только что проезжал. Там кстати двое коммунальных рабов, облачённых в дерюги, скидывали с телеги наваленные кучей трупы оборванцев, среди которых с высоты коня Великий Анд различил и казнённых.

Лишних свидетелей предстоящего действия он не опасался, издалека те мало что увидят и совсем ни чего не поймут. Благородные олы не стремились объяснять всякому отребью суть своих магических дел. А вот проводник находился слишком близко, ему бы не следовало видеть и, главное, слышать предстоящий допрос.

— Аля, говоришь, получила ночью умение объятий сумрака? — спросил у благородной олы Шеми. — Вот тебе первая возможность испытать его на практике. — дернул подбородком в сторону раба.

Тот движение головы ола Анда увидел и испугался, не поняв его смысла.

— Пощадите! — прохрипел он, побледнев.

Но было уже поздно. Гадюка прикоснулась к нему и мгновенно погрузила в сон.

— Я один гит использовала. — с заметным удовольствием от своих магических манипуляций сказала ола Шеми. — На час его выключить хватит?

— Более чем, — подтвердил Немченко. — Думаю, у тебя ещё появится возможность испытать вывод из сна. Справимся быстрее, а не оставлять же столь полезного помощника валяться здесь среди трупов.

— Ох, наверное рано я его обняла сумраком-то, — спохватилась Гадюка. — Кто теперь труп выкапывать будет? И лопату надо было с собой прихватить.

— Ничего не нужно, — ответил Немченко. — Само встанет. Я про тело.

Направив взор смерти на холмик, обнаружил под ним восемь трупов, пять уже совсем превратились в скелеты и погрузились в близкорасположенные в этой болотистой местности грунтовые воды. Размышлять долго не требовалось, и так понятно, что нужный труп тот, который сверху, в него Андрей и направил заклинание восстания из тлена. Почувствовал себя некромантом из какого-нибудь ужастика, и это впечатление усилилось, когда земля зашевелилась и оттуда показалось посиневшее, покрытое грязью, слизью и белыми пятнышками опарышей тело. Краем глаза оценил реакцию спутников, но те держались достойно. Ну, да, жители этого мира с раннего детства видят трупы, часто более обезображенные при казнях и длительной их демонстрации, чем только что появившееся.

Гротескно изуродованное гниением безглазое тело, покрытое обрывками одежды, твёрдо держалось на ногах и даже не покачивалось. Встало будто часовые на посту перед королевскими покоями.

Финансовый аудитор, боевой офицер, великий маг, барон, а теперь ещё и повелитель нежити, подумал о себе с сарказмом землянин. Какие подарки ему судьба ещё приготовит? Ах, да, высшего подарка он уже достиг, Джиса одарила. Олег и Ольга.

— Кто тебе приказал причинить вред послам Далиора? — выкинув ненужные мысли спросил он мертвеца.

— Я не знаю, — разнёсся вокруг тихий шёпот. Понятно, сгнившее тело давно не могло издавать звуки, а подаренное Аидой умение позволяло допрашивать даже прах. — Он показал мне пергамент от ола Ашби, там было написано, чтобы я во всём слушался того, кто мне этот приказ предъявит. Иначе мне припомнили бы, что больше торговал миллетским вином, выдавая его за фагосское. А это разорение или смерть.

— Это был ол? — уточнил Немченко.

— Я не знаю.

— Ну, ладно. Вспомни, как он выглядел, — приказал мертвецу.

Тут же справа от гниющего тела почтенного Лойма возник прозрачный куб, в котором появилась фигура среднего роста мужчины в походном костюме, с выразительным волевым лицом без бороды и усов. На вид ему лет сорок. Запоминающаяся внешность. Андрей её сохранил в памяти, в случае чего, сможет скопировать на себя с помощью заклинания сумрачного облика, но на всякий случай уточнил у своих помощников:

— Видели? Узнаете, если встретите? особенно это тебя касается Аля. Хоть весь Ниит мне перерой, а найти его нужно.

— Да, да, — вразнобой ответили супруги Шеми.

— Что он тебе приказал? — опять обратился Немченко к мертвецу.

— Дал сосуд с зельем, сказал, что оно усыпляет и лишает олов возможности думать. Приказал влить в вино или эль, что будут пить далиорцы. Он не сказал, что будет ещё и поджог. Сказал, чтобы я не обращал внимания ночью на звуки, если услышу.

— Понятно. А кто тебя убил, знаешь?

— Нет, на меня напали сзади. — разносился всё тот же бесцветный шёпот. — Их было двое. Сразу и кинжалом ударили, и удавку на шею накинули.

— Печально, — кивнул землянин. — Большие хоть деньги-то заплатили? И где они сейчас? Жене отдал?

— Триста оборов, обещали ещё вдвое больше, но не дали. Убили. Жене не отдавал. Зарыл возле колодца. Неглубоко.

— Это наши трофеи! — обрадовалась Гадюка. — Ведь трофеи же, Анд? Да? Наши?

— Наши, наши, — согласился Великий Анд. — Поделим по братски. Всё мне. Ладно, шучу. Пожалуй, здесь мы закончили. С этого трупа мы больше ничего толкового не узнаем.

Отправлять мертвеца обратно под землю Великий Анд не захотел. Использовал заклинание растворения в сумраке. Пусть упокоится с миром. Хоть и дрянной был человечек, вино подменял, в организации убийства послов принял участие, но он уже своё получил.

Гадюка разбудила раба, тот всю дорогу до города почему-то трясся от страха. Андрей хотел было спросить, чего тот боится, да махнул рукой. Тем более, у ворот мужика маленько отпустило, и он повеселел. По пути остановились у фуражной лавки, купили там мешок овса для своих коней, нагрузили его на слугу, и в таком виде вернулись в «Большую бочку». Теперь к рабу будет меньше вопросов, зачем он понадобился благородным олам, ну а если сам решит язык распустить, так ничего рассказать толком и не сможет.

— Собираемся, перекусим и выезжаем. — огласил своё решение Великий Анд.

— Я на задний двор только сбегаю, — предложила Гадюка. — Хочу у колодца умыться.

В гостиничном номере трое олов собирались недолго. Походные вещи они не распаковывали, так что, лишь проверили, не забыли ли чего.

— Серебром заплатили, — потрясла извлечённым у колодца мешочком благородная ола Шеми и уложила их с мужем трофей в многоразмерную сумку, Великий Анд от своей доли отказался. — Хорошо, что твои артефакты не только вес, но и размер снижают. Я обменяю в Ниите на золото?

— Ваше дело, мне-то без разницы, — Немченко оценил насколько удобно и надёжно крепится оружие и открыл дверь в коридор. — Как по мне, лучше вексель получи.

— Вот ещё, — недовольно поморщилась Гадюка. — При обмене на монеты вдвое больше потеряешь. Золото везде золото.

Да, с этим землянин, узнавший уже три независимых друг от друга реальности, полностью был согласен. Да и на родной Земле так получалось, что на разных континентах этот самый бесполезный на первых порах развития цивилизации металл, оказывался самым дорогим и востребованным, задолго до того, как его стали использовать в контактах электронных приборов и плат.

— Скоро ты в нём купаться сможешь, — пообещал Великий Анд, уже спускаясь по лестнице. — Могла бы и не мучиться с извлечением клада бедолаги Лойма. Оставила бы вдове. Рано или поздно всё равно бы нашли и откопали.