Но, с другой стороны, Брежнев – опытный игрок, и рановато его списывать полностью. Вот он как их с Андроповым обыграл, когда они Машерова захотели в министры сельского хозяйства продвинуть.
Никаких сомнений в том, что это именно влияние Брежнева спутало все их карты по назначению Машерова, у Громыко не было и быть не могло. Вначале Пельше вышел из их рядов. Потом явно и Гришина Брежнев обработал. Да и тех нескольких членов Политбюро, с которыми они тоже какой-то первичный контакт наладили по Машерову, тоже явно не лично Кулаков смог переубедить отказаться от достигнутых с ними договоренностей.
Так что да, пожалуй, именно так он и сделает. Придет к генсеку формально по другим вопросам. Хотя бы даже осветить для Брежнева, что там Запад затевает, используя фактор прибывшего за рубеж Солженицына. Уже много всякой мути поднялось, и пока что еще западным политикам фантазии хватает, чтобы Солженицына использовать для того, чтобы досадить Москве. То и дело проводятся всякие общественные мероприятия, на которых этот писака выступает с порочащими Советский Союз заявлениями.
И Брежневу всегда эти моменты интересны. Он хоть и морщится, и злится, но с любопытством выслушивает такого рода донесения.
А попутно можно как бы случайно и тему Азии поднять. А может быть, даже, если к слову придется, и Японии. Мало ли, получится как-то по выражению лица генсека что-то понять. Важно все же однозначно понимать, действует ли Кулаков сам по себе или все же каким-то образом на Брежнева опирается.
***
Япония, Токио
Думал, меня куда-то в офис привезут к этому самому президенту Тойоты, но реальность оказалась гораздо приятнее. Привезли нас в ресторан. И уже на входе было понятно, что это не тот эконом-класс, в котором нас завезли недавно отмечать наш приезд в Японию со стороны Токийского театра. Тут уже все было по-серьезному.
Самый первый момент, несмотря на то, что мы явно были еще где-то в центре Токио, вокруг ресторана была уйма свободной земли.
Вся она, конечно, очень хорошо обработана и ухожена. Но ясно, что в феврале выглядела все же тут территория немножко уныло. По-настоящему красиво тут будет, конечно, в теплое время года, когда все эти деревья и кусты покроются зелеными листочками.
Воображение у меня живое, так что я сразу же себе представил, как тут все будет летом или весной выглядеть. Очень красиво, конечно, должно быть.
Сам факт того, что тут такой огромный кусок земли вокруг не очень большого на вид ресторана, свидетельствовал о том, что место это элитное, потому что земля в Токио стоит очень дорого. На таком вот куске запросто можно поставить небоскреб и выручить кучу денег за квартиры в нем.
Так что если тут расположен всего лишь трехэтажный ресторан, по моим прикидкам, метров на шестьсот – семьсот квадратных, значит, с обычным кошельком в этот ресторан лучше не соваться. Цены тут должны быть совершенно сумасшедшие.
Впрочем, по этому поводу я не волновался. Когда тебя приглашает куда-то президент крупной корпорации, ты по определению сам ни за что платить не будешь.
Переводчица моя тоже, было видно, впечатлилась. Понял по ее лицу, что неплохо она в ресторанах разбирается. Брови как подняла, когда мы на участок входили, так они и долго оставались поднятыми, когда мы по территории гуляли. Живо отреагировала на всю эту роскошь по японским меркам.
А ходили мы вокруг долго. Сначала нас повели на задворки ресторана на сад камней любоваться. И с этой стороны наш сопровождающий предложил зайти глянуть, и с другой, и с третьей. И лицо у него такое при этом восторженное было, что даже неудобно было говорить, что я как-то всем этим садом уже давно насладился, и столько времени бродить вокруг него совсем нет необходимости. Минимум полчаса мы на него убили, так точно. А потом еще минут десять он нас с переводчицей на его фоне фотографировал.
Следующим пунктом в программе стало любование зеркальными карпами в пруду. Еще полчаса убили на них. Правда, рыбины были прикольные, практически всех цветов. И с мостика на них смотрели, и с берегов. А затем, само собой, снова еще и фотографировать нас с Анастасией Григорьевной стал.
В общем, в сам ресторан мы вошли только часа через полтора после того, как к ресторану подъехали. Ну что же, подумал я, аппетит нагуляли зато…
Внутри ресторана было много дерева, раздвижные перегородки с росписью, большие панорамные окна, икебана, свитки с каллиграфией, вазы, гравюры. Место выглядело по-настоящему ухоженным и продуманным. Никакой аляповатости, никакой золотой краски где бы то ни было. Этакая классическая японская строгость для самых богатых.
Посмотрев на все это, начал думать, что золото, которое щедро в интерьере пятизвездочной гостиницы используется, в которой я сейчас живу, видимо, присутствует там для того, чтобы именно на иностранцев впечатление произвести. Судя по этому ресторану, сами японцы не большие сторонники золотом что-либо украшать в самых дорогих местах, которые сами посещают.
Глава 4
Япония, Токио
Работников ресторана было очень много, в отличие от гостей. Сразу на входе человек пять выстроилось, и все очень низко нам кланялись, когда мы внутрь заходили.
Сразу оказались в небольшом помещении, где нам предложили разуться. Слышал уже об этой особенности многих японских ресторанов, так что не удивился. Переводчица тоже вполне уверенно и спокойно отреагировала. Явно опыт пребывания в Японии у нее большой.
Разувшись, проследовали дальше. Двое из работников с нами пошли, показывая дорогу. Провели через длинный зал, одна из стен которого была огромным аквариумом с различными морскими рыбами. А затем, отодвинув в сторону раздвижную дверь, опять же с поклонами пригласили войти во что-то вроде просторного кабинета.
Низкий традиционный столик по центру, еще один поменьше размером в углу комнаты, на полу циновки, никаких стульев. Снова всякие икебаны и гравюры, два кувшина у стены. Сценки из природы на перегородках.
А еще две накрашенные девушки вместо президента «Тойоты», которого я ожидал тут увидеть.
– Это те самые гейши, – прошептал мне на ухо сопровождающий.
Ну, про это я и сам догадался.
Не стал уже спрашивать про президента. Понял, что, видимо, по японским обычаям сначала должен гость прибыть, если он не настолько высокопоставленный человек, как хозяин, а потом уже, значит, и президент появится.
Мне предложили удобно устроиться на циновке перед приземистым столом в центре комнаты, что я и сделал. Нагулялись мы вокруг ресторана на совесть, ноги устали. Накрашенные гейши тут же с двух сторон от меня уселись, а слева от одной из них пригласили сесть мою переводчицу.
Сопровождающий мой даже и не думал садиться. В сторонку отошел, и там и стоял.
Скучать мне не дали. Девушки тут же завели легкую беседу, сначала спросив меня о том, был ли я раньше в Японии и знаком ли с их традициями, а потом сами начали рассказывать, что у них и как в стране заведено. Переводчица очень умело мне переводила, практически не мешая разговору, угадав с оптимальным тембром и темпом речи. Профессионал она высокой пробы, этого не отнять. Серьезные все же в КГБ кадры.
Тут же выскочил откуда-то работник ресторана. Начал нам улыбаться, делать восторженное лицо, и, взяв фотоаппарат у нашего сопровождающего, фотографировать нас. За следующие пару минут примчалось пять официанток, и до этого пустовавший стол в изобилии различными блюдами уставили.
А затем не прошло и минуты, как в кабинет вошел и сам, я так понял, президент, невысокий седой японец лет шестидесяти с живым лицом в сопровождении четырех человек.
Но напротив нас он один только сел на циновку. Остальные сопровождающие разместились за столом в углу комнаты. Там им тоже поставили какие-то напитки и тарелки с едой, но по сравнению с нашим столом чисто символически. Они здесь явно для работы, а не для отдыха находятся.
Тут же мой сопровождающий, поклонившись, громко сказал:
