Всё, что можно было счесть боевым, для браслетов было недоступно.

Перчатки и кольца использовались для тонких работ. Причём из-за размеров они являлись пультами, а не полноценными катализаторами. «Тело» катализатора носили на спине, на поясе и так далее.

Жезлы, посохи, пистолеты, щиты, винтовки, мечи и так далее — для силовых, «быстрых» техник, любимых правоохранителями, военными, боевиками и им подобными.

Основной сильной стороной таких девайсов была возможность быстро прицелиться и применить одну из нескольких зашитых в устройство техник, сокращая задержки за счёт отсутствия необходимости «наводить прицел» в своей голове, выбирать технику из каталога и так далее.

Это был узкоспециализированный инструмент, так что среди гражданских распространения закономерно не получил. Да и нельзя было, в большинстве своём, просто купить себе «пистолет».

И, на мой взгляд, этот конкретный тип катализаторов был создан для того, чтобы мочь в сжатые сроки склепать из кучи дилетантов нечто боеспособное.

Потому что ни один маг в здравом уме не откажется от многообразия своего дара в пользу пары техник по типу «стрельнуть» и «защититься». И плевать, что магов тут не было, а «дар» мог развить в себе каждый. Суть-то та же.

«А ещё наличие таких „костылей“ косвенно указывает на то, что у большинства людей с воображением проблемы, и им нужно что-то простое» — подвёл я промежуточный итог.

Следом в статье шла броня и экзоскелеты — катализаторы, которые смело можно было бы назвать идеальными, если бы не формфактор. Органы управления в таких «устройствах» интегрировались непосредственно в тело, а мощь была велика настолько, что я нашёл упоминания подобных катализаторов только у бойцов на службе в гвардии императора, да у членов личных боевых групп герцогов Империи.

Отдельно существовали планшеты и смартфоны, совмещающие в одном корпусе функционал компьютеров и катализаторов и за это любимые учёными. Плюс безграничная россыпь уникальных или почти уникальных устройств, совмещающих в себе сильные стороны катализаторов разных категорий, формы и многочисленные комбинации которых перечислять не было ни малейшего смысла.

Я откинулся на кресло, растерев лицо ладонями. Тихо выругался.

«Значит, Лекс изначально имел доступ к чему-то посерьёзнее пусть дорогого, но всё-таки устройства бытового класса. И даже так предпочёл пользоваться именно этой игрушкой. Насколько же старательно он закапывал в себе талант! И причина… я прямо-таки чувствую, что она мне не понравится. Лишь бы узнать о ней не слишком поздно».

Посокрушавшись ещё пару минут, я ещё раз прочитал статью, утрамбовав содержимое в памяти, и собирался уже перейти к следующей стадии практических экспериментов, как в дверь постучали.

Три коротких, вежливых удара.

— Господин Лександр, — голос принадлежал женщине, явно немолодой. — Граф распорядился передать, что вас ждут к общему обеду, он состоится через двадцать семь минут. Но если вы чувствуете себя неважно, еду могут подать в ваш кабинет.

Я замер на секунду, обмозговывая варианты. Лишний раз пересекаться с семьёй сейчас смерти подобно — это факт. Мало того, что я никого из них лично не знаю, так ещё и времени на праздную болтовню у меня нет.

— Пусть подадут пищу в кабинет ровно через час.

— Слушаюсь, господин Лександр.

Шагов я снова не услышал. Только едва уловимое дуновение сквозняка от прикрытой двери, да тихое «щёлк» — язычка замка, вставшего на место.

Я выждал ещё пару минут, прислушиваясь к ощущениям. Тишина. Ничего, кроме мерного гула компьютера и собственного дыхания. Тело никак не реагировало на данные ранее «нагрузки», а мигрень понемногу начала рассасываться.

«Хорошо. Теперь у меня есть час, чтобы понять, чем ещё меня ограничивает катализатор, и где лежит та грань, за которую не стоит выходить на вступительном экзамене. Потому что показать слишком много в моих обстоятельствах не менее опасно, чем полностью провалиться».

Я снова активировал браслет, открыв каталог. Кнопки отзывались на малейшие касания, а плавность интерфейса позволяла быстро и точно выбирать нужную технику — тело быстро вспоминало, как обращаться с устройством.

Каталог… он оказался простым и лёгким в освоении, но вот данных в нём было предоставлено мало. И это факт, а не жалоба «ни на что».

«Моделирование-2», техника D-ранга, уже мною опробованная. Сухих данных — два абзаца, и те довольно общие. По сути — воплощение объекта «из головы», и управление им.

«Но что насчёт характеристик создаваемого объекта? Прочности? Массы? Материальности, наконец? Всего того, что в магии воплощения задавало заклинание — его речитатив, форма, вспомогательные элементы? Делает ли это катализатор, или всё от и до зависит от воображения?».

Вопросы, ответы на которые в сжатые сроки получить сложно.

«Но раз уж мне всё равно нужно проверять границы своих возможностей, то почему бы не объединить приятное с полезным?».

Я отодвинул кресло и встал, выйдя в центр кабинета. Пол был накрыт толстым ковром — не самое практичное покрытие для таких экспериментов, но выбора у меня прямо сейчас не было. Я собирался дневать и ночевать в этих стенах, чтобы не терять время и не рисковать выдать себя.

Поэтому, если что-то пойдёт не так, то ковёр… не самая большая потеря, скажем прямо.

Первым делом я создал обычный куб с металлической текстурой, визуализировав лишь его внешний облик и ничего более. Ожидаемо, он оказался нематериальным — сама техника была рассчитана на это. Простая иллюзия. Далее я, как и с расчёской ранее, наделил его функциональностью и ощущением материала, получив прохладный и твёрдый, как и положено металлу, объект. Сжал его до пары сантиметров в высоту, и переместил на пол. Наступил…

И конструкт, прогнувшись, растворился, а браслет отрапортовал о прерывании в связи с превышением допустимой сложности образа. То же самое, что было, когда я попытался изменить форму светлячка.

«Это любопытно. Две разных характеристики, но одна реакция. Или, по крайней мере, один демонстрируемый оператору код ошибки. Между тем, факт номер раз — „Моделирование-2“ не может создать что-то действительно прочное. Образ в моей голове идеален, так что проблема, очевидно, в катализаторе».

Следующим этапом стала смена техники.

«Материализация-1», техника всё того же D-ранга, предполагала создание именно что материального, осязаемого объекта.

Металл, пластик, газ, жидкость — она подходила для всего, и это было… странно.

Магия не давала такой свободы. Заклинание, создающее щит, не могло создать стакан или породить дуновение ветра. Здесь же материализация позволяла творить что угодно… или почти что угодно — детали предстояло проверить на практике.

Но так как я хотел проверить степень влияния оператора на параметры техники, то и в голове оформил образ нематериального куба, чётко это обозначив. И рука ожидаемо прошла сквозь получившуюся химеру, которой, по законам магии, не могло быть.

А эрикс-искусства позволяли так извратиться… и это было перспективно.

«Факт номер два. Сильный и качественный образ способен влиять на характеристики создаваемых катализатором объектов вне рамок, описанных техникой. Или же техники изначально предполагают такую возможность „под капотом“. Необходимо проверить, но потом».

Испытание «ступеньки» следующий куб, созданный без навязанной нематериальности, успешно прошёл, выдержав нагрузку. Но вот левитировать на нём верхом уже не получилось — катализатор выдавал ошибку и прерывание. Смена материалов и формы, — включая рёбра жёсткости и так далее, — с последующими экспериментами продемонстрировала, что эти элементы влияют на прочность объекта независимо от того, что я там себе навоображал.

Иными словами, созданная по уму ступенька выдержит нагрузку куда большую, чем просто плоскость тех же размеров и из того же материала.

А когда дело дошло до проверки масштаба доступных мне воздействий…

Огромными металлическими кубами я заполонил всю комнату, удерживая их при этом в воздухе. Суммарная масса объектов ушла далеко за сотню тонн, но браслет оставался к такому попранию логики совершенно равнодушным.