— А что это значит по-вашему?
— А это значит, что для финансирования стройки денег нужно ровно столько, сколько мужики зарабатывают всего за две недели.
— Но ведь чтобы так получалось, нужно в магазины и товары разные поставить!
— Совершенно верно, но товары производят другие мужики и рабочие, которые точно так же заработанное тратят. И выходит, что только ускоряя денежный оборот — а как раз на строительных работах он у нас получается самым быстрым — нам денег будет требоваться все меньше и меньше. В среднем по стране деньги полный оборот делают за месяц, так что берите ваши подсчеты стоимости всех строительств и смело делите полученные числа на двенадцать: это у нас будет как раз объем необходимых наличных денег. Так как у нас почти вся розничная торговля теперь идет через государственные магазины, то картина получается просто сказочной: чем больше казна платит мужику за работу, тем больше растут доходы казны — если товаров для мужиков в достатке производится. А чтобы больше производить товаров, надо больше мужиков на работу нанимать — но на новых-то мужиков деньги в казне уже появились! Не на всех пока, потому что новых мужиков еще работать научить требуется, на что определенное время все же потрачено будет — но сейчас как раз, когда очень много мужиков себе дела найти не могут, у нас есть прекрасная возможность быстро увеличить производство всего просто создавая новые рабочие места. И вы, кстати, именно этим и занимаетесь, но занимаетесь пока не очень качественно. Но не потому, что вы плохо работаете, а потому, что по существующим нормам вам обсчитывать приходится все самое малое поквартально — а чтобы результат с расчетом все же сошелся, итоги считать нужно минимум дважды в месяц.
— Да у нас и квартальные результаты мы едва подсчитывать успеваем…
— Тоже верно, у вас быстрее их считать и не выйдет, пока не изобретут… каких-нибудь машин счетных хитрых. Но есть и обходной вариант: вы заранее подсчитайте, сколько в среднем на каждую подобную стройку денег потребно, и какие товары нужно в магазины поставить, чтобы они и раскупались сразу — а затем, переведя в губернию средств, на месяц работы строек потребные, все дальнейшие расчеты на них и переложите. Сейчас — и снова повторю, только сейчас, пока народ в целом голоден, бос и раздет, когда рабочий половину зарплаты только на еду тратит — оборот денег будет крайне быстрым, за месяц все выплаты точно обернутся. И сейчас мы можем примерно считать, что потратить казна может раз в десять больше, чем в бюджеты строительные она выделить в состоянии. Позже, когда народ будет сыт, одет и обут, оборот замедлится, ведь люди покупать станут вещи, которые уже в изготовлении и дороже, и времени в производстве больше потребляют — и в идеале скорость денежного оборота упадет до четырехкратного за год. Но, думаю, такого счастья Россия не скоро достигнет, а пока нужно пользоваться имеющимися возможностями. А чтобы их и в губерниях все осознали, и даже в уездах, так как и в губернии за каждой стройкой следить будет очень непросто, давайте-ка сядем и составим подробные руководства по финансовому сопровождению строительств государственных. И, особо заметить хочу, руководства именно вы составлять будете, так как я как раз общие руководства никогда и не составлял, каждый раз в конкретном случае отдельно способы финансирования пересчитывал…
И после четвертой итерации разговоров и обсуждений всех подобных вопросов с госплановцами все необходимые инструкции были составлены, люди, ответственные за управление стройками, назначены. И к Рождеству все именно «хлебозаготовительные стройки» оказались почти что завершенными: в России здания зимой строить умели очень неплохо, а вот установку крыш все же предпочитали проводить уже в теплое время года. Но такое (в строительстве) и начинается уже в апреле, так что господин Коковцов считал, что кирпичные заводы на полную мощность заработают уже в начале мая, и, следовательно, к началу уборочной все намеченные зернохранилища будут уже выстроены. Да и не только они…
Просто потому, что из-за того, что подавляющая часть торговли на самом деле стала проводиться в «казенных магазинах», размер государственного бюджета вырос (по сравнению с «царскими временами») более чем в четыре раза и теперь только на строительство казна смогла из него выделить почти миллиард рублей. При том, что стоимость любого строительства (по сравнению с теми же временами) упала минимум вдвое из-за того, что и почти вся «стройиндустрия» была казенной. И не «строй» — тоже, так что теперь кирпич для строек отпускался не по двенадцать рублей за тысячу, а менее чем по четыре. Тут, конечно, большую роль сыграло и то, что глину для кирпичных заводов теперь не мужики лопатами копали, а экскаваторы — но важнее было и то, что уголь на кирпичные заводы поставлялся с казенных же карьеров и шахт. Не совсем «казенных». Точнее, не только с казенных — однако у правительства к компании Андрея вопросов по цене отгружаемого угля вообще не было.
И так же по всем товарным позициям, которые поступали с казенных предприятий или с заводов и фабрик компании Андрея: вроде в правительстве просто стали использовать всего лишь «другую методику расчета цены товара» — а цена из-за этого упала вдвое. И Зоя, снова занявшаяся работой после того как маленький Андрюша сделал свои первые шаги и произнес первые слова, на вопрос Оли о причинах столь резкого сокращения цен ответила просто:
— Вот у тебя-то цена любой продукции вообще раза в четыре сократиться должна была, просто твои химики никаких товаров не производят и поэтому причины сокращения цен не понимают.
— Это как? Ты, наверное, что-то напутала, все же химические заводы очень много товаров производят, мы как-то с Андреем считали, так там какие-то миллиарды получаются!
— Эх, жалко, что Саша уехал, он бы тебе все быстро объяснил, но раз его нет, то я попробую объяснить, как смогу, конечно. Все ваши химические заводы как раз не товары производят, а продукцию — а продукция людям не продается, она только на предприятия идет как сырье или материалы. И как раз себестоимость продукции считается лишь по расходам на заработки рабочим и инженерам — а у вас-то таких очень мало. Еще в себестоимость включаются уже химикаты и все прочее, что на заводы идет, на энергию — но для ваших заводов это тоже считается как стоимость продукции, а так как цепочки производств всего у химии не особенно трудоемкие, то и ваша конечная себестоимость оказывается просто крошечной. А вот когда эта продукция используется, то уже на этапе производства товаров эффект от нее оказывается огромный: того же карбамида на гектар сыпят рублей на пять-десять, а урожая получается уже рублей на двадцать больше. Но ведь и зерно — это не товар, товар — это хлеб, который потом из муки испекут — а так как вся продукция, для выпечки хлеба, стала дешевле, то и цена хлеба уменьшилась.
— Но не вдвое все же…
— Это верно, но в цену товара не одна стоимость продукции включается, в нее и все прочие расходы добавляются — в том числе и расходы на новые стройки. И на зарплаты новым рабочим: если я верно поняла, что у нас в плановом отделе насчитать успели, то сейчас на стройки набрали еще больше трех миллионов мужиков, так как там одних зернохранилищ на двадцать пять миллионов тонн за лето выстроить намечено. Их, конечно, все равно не хватит…
— Это почему?
— Да из-за тебя не хватит! Вы же еще уже целых четыре карбамидовых завода запустить успели, и по моим расчетам выходит, что если какого-то катаклизма вроде страшной засухи не случится, то урожай будет за сто миллионов тонн.
— Ну да… мы в прошлом году не знали, куда урожай девать…
— Знали, просто готовы не были, а теперь точно готовы будем. Министерство земледелия заказало уже несколько больших заводов для приготовления комбмикорма, а сейчас чуть ли не в половине колхозов строятся откормочные фермы для коров или для свиней. И мужики в колхозах еще и птичники у себя дома стараются выстроить, ведь если корм такой будет в достатке, то за лето мужик сможет у себя дома до сотни кур на продажу вырастить.
