— Какой-такой политический эффект?

— Положительный. Про Тулу не скажу, там весь лом железный большие заводы потребляют, а вот, скажем, в Вологде заводик на четверть обеспечивается ломом, которые там школьники из нашей школы собирают. И заводик обеспечивает всю Вологду литьем — но там все же потребности невелики, без нашей поддержки заводик давно бы загнулся и нам пришлось бы в Вологду все то же самое возить. А так и нам определенная выгода получается, и в Вологде все свое имеется. Сейчас там новая школа строится — и мы только на перевозке батарей чугунный туда довольно много сэкономим.

— Но школу-то там казна уже строит!

— А я, говоря «нам», имею в виду все государство российское. Кстати, заводик в Вологде нам нужно будет через пару лет себе прибрать: его придется заметно расширить, а у хозяина на расширение просто средств нет и не будет.

— А почему только через пару лет?

— Это форма речи была, на самом деле нужно будет этим заняться все же лет через пять: у нас раньше просто рабочих не будет, да и инженеров тоже. А вот когда тамошняя школа выпустит первых учеников, четыре года в школе все же отучившихся, можно будет там всерьез развитием промышленности заняться.

— А ты думаешь, что парни десяти лет от роду уже смогут на заводах и фабриках работать?

— Я же сказал: заняться. То есть можно будет начинать там что-то строить. И вот когда там то что-то будет выстроено, этим парням уже будет лет по четырнадцать и они уже смогут на заводы хотя бы учениками работать поступить. И вот только после этого…

— Вот что меня в тебе всегда восхищало, так это то, что ты даже не на годы — на десятилетия вперед думаешь! А от что мне не нравится, так это то, что думаешь ты слишком уж поверхностно. Еще раз подумай, вот выпустит эта школа через четыре года… там какая школа-то строится, большая?

— Да, на тысячу человек.

— И вот выпустит она меньше полутора сотен парней и девиц — и какую ты там с ними промышленность развивать станешь? Телегоремонтную мастерскую запустишь? Чтобы где-то всерьез что-то троить, нужно народу раз в пять больше, чем нынче в Вологде живет. А чтобы народ тужа жить поехал, нужно этому народу рабочие места подготовить, жилье выстроить, опять же школы и сады детские, магазины. А для этого там и кирпичное производство выстроить нужно, и все прочее — а это опять же люди. И вот потихоньку все это выстроить и запустить можно, но делать-то это нужно заранее, а не ждать, пока школа учеников выпустит!

— А в тебе мне очень нравится то, что ты всех считаешь дураками. А еще все, что с химией не связано, ты в качестве промышленности не рассматриваешь. Ты бы с женой поговорил, Оля, по крайней мере, в вашей науке с планированием работ неплохо разбирается…

— Да не считаю я всех дураками!

— Ага, просто делаешь вид, что считаешь, причем очень успешно это делаешь. Андрюш, я тебе постараюсь создать на этом пути трудности, чтобы другие тебя всерьез все же не принимали. Сейчас у нас в России городов уже чуть меньше тысячи, и во всех этих городах, за малым исключением — четыре города скорее всего придется снова селами сделать — строятся школы.

— Ну да, а через четыре-пять лет…

— А каждая школа — это в обязательном порядке и дома для учителей, и водопровод с канализация, и — на что следует особое внимание обратить — электростанция. То есть электростанции не везде ставятся, в больших городах электричество и так уже есть, а вот во всех малых, от двадцати тысяч жителей и меньше — такая станция строится. Для большой школы — на семьсот сорок киловатт, для маленькой — не меньше трехсот шестидесяти.

— Да знаю я, что ты сказать собираешься: появится лишнее электричество — кто-то захочет завод выстроить… А если не захочет?

— Нет, до хотелок мы еще не добрались. Потому что пока избытка электричества не возникает: да школа столько не потребуется, но вот окружающему городу… Сейчас в той же Вологде, например, есть старая городская электростанция на сотню киловатт — а для школы была выстроена станция вдвое мощнее — и даже на половину города электричества только для освещения не хватает. Для новой школы строится уже большая электростанция, сразу на полтора мегаватта — но этой мощности едва городу в темное время суток хватит. А в светлое все электричество нынешние молочные заводы заберут и все равно им маловато будет, я пока вообще не о том.

— А о чем?

— Сам смотри: чтобы выстроить школу и все только школе необходимые дома и сооружения, требуется минимум человек триста строителей, а если учесть и водопровод с канализацией, которые просто глупо а одной лишь школе ставить, то уже сотен пять. А еще, чтобы электростанция все же город вонючим дымом не накрывала, нужен газовый заводик, для постройки которого снова пара сотен строителей потребуется. Да, там мужики годятся большей частью, они будут всякие канавы копать и кирпичи с бревнами носить — но кирпичи и бревна должны откуда-то взяться, и как-то очень незаметно выясняется, что для создания школы нужен поблизости кирпичный заводик. И, желательно, мастерская, где будут делать всякие деревянные изделия — а это, как ни крути, еще человек тридцать рабочих, которые там трудиться станут. Еше появятся рабочие газового заводика, другие, которые обслуживать будут водопровод, канализацию и сети электрические — а это дополнительно пара сотен человек, если город тысяч на двадцать народу рассматривать. Рабочим дома потребуются, строителей распускать, выходит, уже нельзя — а если из в городе оставить, то и им жилье выстроить придется.

— Ну, дощатые бараки поставить…

— Тоже вариант, но это не вариант. Потому что школы выстроили, все сети проложили — и у нас остается вполне годный завод кирпичный, мастерские деревяшечные — а школьники на дорогу в школу каждый день до часу тратят. Если мы о городе говорим, а не о деревне, то имея стройматериалы под рукой будет выгоднее для новых рабочих дома поблизости от школы выстроить, и уж совсем хорошо там же и для прежних жителей города дома ставить, в которых уде и вода, и электричество, и канализация есть. На переезд многие согласятся…

— А покороче нельзя?

— Можно. Если в городе — особо подчеркну, именно в городе, не в селе — строится новая народная школа, то там автоматически появляетсяминимум две сотни новых рабочих мест, и население вырастает опять же минимум на тысячу человек. Которых нужно кормить-одевать — поэтому и магазины для них потребуются — и в результате там именно попутно возникнет что-то вроде довольно немаленькой строительной конторы. То есть в программе правительства указана постройка школ, но под этим прикрытием и, фактически, за счет министерства просвещения, образуется структура, которая в дальнейшем позволит легко и быстро заняться в городе созданием разной новой промышленности.

— Ну да, конечно…

— Конечно, а кто в Чухломе начал лесохимический заводик строить? А ведь там школа-то всего на двести учеников выстроена в этом году была!

— Ну, если так смотреть… Извини, ты, как всегда, оказался прав, а я — дурак.

— Ты не дурак, ты — химик, и все эти вопросы просто находятся вне сферы твоих интересов. А вот я — вообще чушка необразованная, поэтому мне все интересно: вдруг и я смогу где-то пригодиться?

— Трепло. Но спасибо за интересный рассказ. Значит, говоришь, тысяча городов, в которых через пять лет…

Осень четырнадцатого года порадовала сразу несколькими приятными событиями, и одним из важнейших (с точки зрения триумвирата) стал отчет о результатах сельскохозяйственного года. Год, конечно, еще не закончился, и за оставшиеся месяцы могло много интересного произойти, но урожай уже был собран — и он всех порадовал исключительно сильно: валовой сбор зерна по сравнению с годом предыдущим вообще не уменьшился! То есть урожаи у «частников» все же почти на четверть сократились, но это сокращение было полностью нивелировано возросшими урожаями, собранными в колхозах.

Но урожай мало собрать, его еще и сохранить требовалось — и вот с этим именно в колхозах ситуация теперь была великолепной: буквально в каждом колхозе за лето были выстроены большие зернохранилища, а химические заводы Андрея обеспечили эти зернохранилища и необходимой «ядовитой химией». И в правительстве «решили решить задачку» о том, чем следует Андрея наградить — а задачка была явно не из простых, ведь Андрей уже носил орден «имени себя», как награду называл Саша. И бее высокой награды в России просто не существовало — однако почти все министры считали, что за такие достижения человек награду безусловно заслуживает. Не «за отраву для вредителей» его наградить хотели, а за то, что его заводы обеспечили колхозы очень полезными удобрениями, которые, собственно, урожай такой и обеспечили.