— Меня выкрал Масхуд Абдали! — пожаловалась я.

— Тс — тс — тс, — зацокала она языком. Нехороший он человек, злой, беспощадный. Не он твоя судьба, ох, не он. Мечется твой жених, не знает, что делать, но друг поможет…. Больше ничего сказать не могу. Пусть всё так идет, как идет!

Тут войлок, которым был прикрыт вход в юрту, распахнулся и в помещение ввалился высокий дородный мужчина. Тот взгляд, которым он меня одарил, не предвещал ничего хорошего. Повернувшись, он сказал что-то женщине, она нахмурилась, затем из его уст прозвучало недовольство, видимо он употребил нецензурные выражения. И что — то приказав напоследок, удалился.

— Это наш старший, как у вас говорят, староста. Он велел приглядеть за тобой, а пока сообщит куда следует. Ох не нравится мне всё это, давно ходят разговоры о его помощи маврам в похищении девушек, как из своего племени, так и из других. И духов вызвать получится только к ночи, недавно только связывалась с ними.

Посмотрев на меня, она всплеснула руками.

— Своим приходом Серик помешал моим планам. Ну-ка, красавица, выпей напиток, и тебе станет легче! Перестарались твои похитители с травами, поэтому и магия с трудом входит в норму. Ну ничего, до вечера оживёшь, а пока я отлучусь. На столе кумыс, лепешка и мясная шурпа стоит, перекуси, тебе сейчас это нужно для восстановления. Тебя ждёт еще одна сложная ночь. Об этом поговорим позже.

Женщина ушла, а я недоуменно посмотрела ей вслед.

— Люба, поторопись, — услышала голос деда и увидела его, нависающим над столом.

— Что случилось, дед?

— Ты знаешь, что отойти от тебя далеко я не мог, просто, понял о чём говорил главный в этом поселении. У него договор с маврами, и они помогают друг другу, если девушке удастся сбежать. Мужчина требовал поднять тебя сегодня на ноги, чтобы вернуть вновь похитителям. Чует мое сердце, что он уже отправил своего посланника и ждать нам гостей.

Быстро принялась за еду, размышляя о своих дальнейших действиях, и как ни посмотри, мне нужно уходить только морем, а в степи я вся на виду. Как только закончила с едой, как в дом вошла хозяйка. Она сбросила теплый халат и подошла к очагу подбросить кизяка и хвороста. Со стороны шаманке можно было дать лет двадцать: точенная фигурка элегантный силуэт, лёгкие и плавные движения — всё кричало о молодости, но лицом она выглядела на все пятьдесят.

— Поела? Это хорошо!

Она подбежала к одному из сундуков, стоявшего немного в сторонке, и вынула оттуда такую же одежду, которую носила сама.

— Переодевайся! Платье, конечно, магически не держит тепло, но все же в национальной одежде тебе будет легче скрыться, чем в платье, предоставленной маврами.

Не стесняясь, скинула всё с себя и надела то, что мне дала женщина. Осмотрев со всех сторон, шаманка осталась довольна и посадила меня напротив.

— Слушай меня внимательно, кызым. Старейшина у нас очень плохой, и я узнала, что он уже послал своего помощника к маврам, поэтому вечера нам ждать здесь не резон. Я не могу тебя сопровождать, но буду просить духов помочь тебе добраться до своих. Помощь к тебе уже идёт и не одна. У нас говорят: «Не всегда тот враг, кто обложит тебя грязью, и не всегда тот друг, кто поможет тебе оттуда выбраться», будь разумна. Не поддавайся эмоциям! А сейчас тебе пора!

Она накинула на меня теплый ватный халат тёмного цвета и за руку вывела на улицу. Обойдя крайнюю юрту, где играли детишки, шаманка вывела меня на берег моря.

— Самат, — окликнула она того самого сухонького старичка, которой помог меня завести в дом шаманки.

Старик обернулся и, кивнув, показал на лодку.

— Самат не говорит, ему в своё время хозяин отрезал язык, но понимает. Я объяснила ему, рассказала куда ехать, он тебя и проводит. Тебе осталось добраться до поселения Алтау, там проходит дорога до крепости Оренбург. Зайдешь в дом смотрителя и попросишь посадить тебя на почтовый дилижанс. Удачи тебе, принцесса.

Я села в лодку, мужчина, оттолкнувшись, сам заскочил в неё и, взяв весла, стал усердно работать руками. Плыть нам пришлось до вечера, мы останавливались лишь один раз, чтобы перекусить тем, что дала в дорогу женщина, и продолжили свой путь. Когда стало темнеть, мы пристали к берегу. Старик, вынув из кармана несколько медных монет, взял мою ладонь и вложил туда деньги, затем махнул на широкую дорогу.

Поклонившись ему, я пошла в сторону тракта, где виднелся одинокий дом, а немного в стороне — придорожная станция. Чуть дальше виднелись с десяток юрт.

— Дед? — тихо спросила я.

— Тут, я внучка, не бойся. Если память не изменяет, это станция, где можно поменять лошадей, отдохнуть и даже поесть. Обычно хозяева впускают в свой дом и кормят. Это их дополнительный заработок. Чаще всего в таких местах проезжают почтовые кареты, ведь не все могут пользоваться магией, — хмыкнул мой предок.

Я открыла дверь и нос к носу столкнулась со слугой.

— А вот и наша потеря нашлась, — довольно хмыкнул мавр, похитивший меня из дворца.

Люба

Увидев лицо недоброжелателя и поняв, что все мои попытки скрыться от похитителей ничем хорошим не увенчались, я выставила руки перед собой и успела произнести:

— Не подходи! — Когда магия взбунтовалась, весь дом затрясся, земляной пол стал уходить из — под ног присутствующих в помещении, превращаясь в болото, и стало затягивать моих преследователей. Лишь два человека остались в сторонке: мужчина, по первому взгляду русский, и белокурая женщина, стоявшая с ним рядом, и с тихим ужасом взирающая на светопреставление.

Пока магия помогала, я догадалась, что надо бежать и, увидев, оседланную кем — то лошадь, в пылу азарта не поняла, как взобралась на неё. Учитывая, что я никогда не каталась на этих благородных животных, для меня самой всё стало шоком.

— Люба, быстрее! — отдал приказ дед.

— Я не знаю, что делать! — запаниковала я.

— Хватайся за уздечку, привлекая к себе внимание, немного пригнись и икрами сожми бока лошади, потом дай команду: «Вперед»!

Следуя советом деда, я сделала так, как он сказал и заорала во весь голос. Лошадь пустилась вскачь, а я, растопырив ноги в стороны, вопила. Со стороны это казалось смешным, но я ничего поделать с собой не могла. Вообще не представляла, как можно ехать на живом?

— Хватит орать! — услышала в голове голос деда, да так громко, что моя паника тут же куда — то делась, и я соображала лучше, чем несколько минут назад. — Поводок вправо, значит лошадь повернётся вправо и наоборот, неуч, а сейчас скачи. Чем дальше ты уйдешь, тем лучше!

Легко сказать, да трудно сделать. Помучилась я изрядно, но мне удалось справиться, и успокоившись, я всё дальше отдалялась от станции. Тело болело, я уже не говорю о тех частях, что ниже пояса, но старалась не обращать на неудобства внимание.

Поняла, что надеялась сбежать напрасно, уже тогда, когда увидела перед собой троих мавров, и стоявшего рядом с ними злющего — презлющего своего бывшего сопровождающего. Уже позже мне объяснили, что тракт делает небольшую петлю, поэтому чтобы догнать меня, мавры просто проскакали по степи.

Слуга ухмыльнулся и, протянув руку, что — то быстро произнёс, а я превратилась в статую вместе с животным подо мной. На мне использовали заклинание заморозки.

Подъехав вплотную, мужчина схватил меня за волосы и дернул назад. Голова запрокинулась, а он сердито пыхтя посмотрел в мои глаза, видимо в поисках страха.

— Если хозяин не возьмёт тебя в жёны, а это вряд ли случится, я заберу себе наложницей. Люблю объезжать строптивых и непокорных. А как только родишь мне сына, отдам своим слугам, пусть позабавятся!

Я не успела ответить и даже не поняла, как оказалась на его коне, сидящей перед ним. Мы проехали около пятнадцати минут, когда за спиной мавры о чём — то залопотали на своём языке. Я резко обернулась, а за мной и слуга принца. Что — то процедив сквозь зубы, мужчина достал клинок и приставил к моему горлу. Только сейчас я увидела Никитку Демидова. Никиту? Здесь? Но как? Уж не про него ли говорила шаманка?