Такой изначально и была графиня Самойлова Любовь Владимировна — скромная, зашуганная, с маленьким даром. Я как — то встречался с ней на балу невест, но тогда девица не произвела на меня никакого впечатления, а учитывая, что уровень магии в ней был мизерный, совершенно не обратил на неё внимание. После первого бала я о ней и не вспоминал.

Каково же было мое изумление, когда я увидел её возле кабинета ректора. Он стояла возле Никиты и пыталась ударить юношу, а он, как обычно любил это делать, оскорблял девушку. Я собирался подойти, но не успел, увидев, как из угла выходит сестра её отца. Спрятавшись в нише, подглядывал оттуда на разворачивающиеся действия. Знаю, что занятие это не для принца крови, но мне было жутко интересно посмотреть на ту, которую я когда — то считал забитой тихоней. От своих мыслей очнулся, когда услышал явное оскорбление со стороны Никиты Демидова:

— Еще один Самойловский выкидыш с неактивной магией! — Бросил он в лицо Мари и рассмеялся.

Никита ушел, а не мог оставить свой пост, иначе девушки раскрыли бы меня, и я услышал тогда много интересного. Уже будучи в своей комнате, разложив всё по полочкам, понял, что Люба из другого мира, но меня это не остановило. В груди при воспоминаниях о графине появлялся тёплый мягкий комочек, а светлая улыбка озаряла мое лицо. Вначале я думал, что просто понаблюдаю за ней, но когда узнал о неудавшемся похищении из собственной спальни, то во мне поднялась неудержимая ярость. А учитывая, что у меня дар огня, то испугался не только за себя, но и близких. Если маг огня не может сдержать магию, то огонь начинает пожирать всё, что находится рядом и остановить это безумство способен только маг намного сильнее того, кто это натворил. Таким магом у нас является господин Смит, наш ректор и двоюродный брат моей матери, но об этом мало кто знает.

Я сам не заметил, как влюбился в эту искреннюю, порой ласковую, порой сумасбродную, со своими тараканами в голове, девчонку и предложил ей помолвку. Зная её характер, решил действовать иначе, сказать, что она будет фиктивной, и дал магическую клятву. Она тогда ещё не знала, что члены императорской семьи влюбляются лишь раз в жизни и помолвка— это практически брак. По — другому никак не может быть!

У меня состоялся разговор с отцом о Любочке, и я выложил как на духу и про свою любовь, и про её сильнейший дар, и про то, как на неё идет охота. Тогда он и подключил свою канцелярию. Демидова пока не задерживали, но это дело времени! Все те, кто попал в руки тайной канцелярии выложили заказчика всех неприятностей семьи Самойловых. В частности, о несостоявшемся похищении, о слухах, которые распускал Демидов, что девица из иного мира. Впоследствии выяснилось, что господин Зверев в обход начальника с поддельным королевским приказом заявился с гвардейцами в имение Самойловых и, взяв кровь у отца и дочери, пытался доказать, что она из другого мира, но всё сорвалось. Кровь показала принадлежность девочки к роду и что они прямые родственники. Господин помощник тайной канцелярии Зверев, не выдержав, укорил Демидова о ложных данных. Михаил Илларионович хотел добиться за раскрытие этого дела повышения по службе, а вышло, что подставил себя.

Все чудовищные и позорные деяния главы рода Демидова Павла Алексеевича стали вылезать наружу: это и смерть управляющего имением Самойловых в Пятигорске, и подстрекательство к бунту, и провокация с «вольными документами», и даже покушение на родителей Любы, и сорвавшееся похищение. Везде засветился промышленник.

Я успокоился и не ожидал какой — либо подставы на балу, но это случилось. И что здесь виноват Демидов, сомневался, хотя Люба получила на днях от Никиты записку — предупреждение.

Всё шло хорошо, если не считать, что моя невеста сильно нервничала уже на ужине. Вначале бала она немного отвлеклась и попросила меня принести минеральную воду. Обычно на фуршетных столах стояли слабоалкогольные напитки, но Люба не любила их, поэтому, подозвав слугу, велел принести бутылку минералки. Когда оглянулся, то увидел, что к моей невесте подошел мавр, один из Тахиридского дипломатического корпуса, приглашенных на празднование праздника. Все они были одеты совершенно одинаково, поэтому предположить кто это, было довольно сложно.

В этот момент меня отвлёк барон Соколовский. Он попросил устроить аудиенцию у императора, при этом ссылаясь на непонятную тайну, которая окружает нас. Я ничего не понял из сказанного и хотел уже просто остановить его, когда юноша сам замолчал. Посмотрев на меня довольно странно, он склонился и произнес растерянно:

— Прошу прощение, ваше высочество, я сам не понимаю, что творю. Простите великодушно, о чем я говорил?

Мне стало плохо, я тут же сообразил, что это был отвлекающий манёвр и не факт, что барон сам понял это. Предчувствуя неприятности, я махнул рукой, подозвав стражников.

— Отправить в темницу до выяснения обстоятельств! — отдал приказ, хотя и сам не понял, для чего это сделал.

Вернувшись к танцующим, я не увидел Любашки.

Подошла Мари и недоуменно уставилась на меня.

— А где племянница? — задала она вопрос, но я не успел ответить.

— Она пять минут назад стояла на этом месте и мило беседовала с мавром, который периодически предлагал ей спрятаться от посторонних глаз, — жеманно произнесла женщина, отмахиваясь веером. — Я ничего не имею против вашей невесты, принц, но это же неприлично будучи помолвленной у всех на виду заводить разговор с посторонним мужчиной. Да ещё с кем? — Она презрительно фыркнула и более интенсивно заработала веером.

Графиня Ласткова была первой сплетницей в империи, не зная подробности дела, она могла напридумывать такое, что было желание просто придушить её на месте. Но кто бы мне это позволил?

— Если не знаете, графиня, то лучше помолчите. Девушка по моей просьбе разговаривала, как вы выразились, с мавром. У нас должна была состояться деловая встреча, — придумал на ходу.

— В Новый год⁈ —удивилась Ласткова.

— Деловые люди и в Новый год не упускают возможности поручиться партнерами и совершать сделки, — жестко оборвал я. — Потрудитесь забыть всё, что здесь происходило на ваших глазах. Не дай Бог я услышу хотя бы что — то в отношении своей невесты, то моё наказание будет очень жёстким.

Женщина быстро закивала головой и постаралась как можно быстрее убраться из моих глаз.

— Как думаешь, где она может быть? — задала вопрос Мари, уже третий раз оглядывая зал.

— Не знаю, графиня, от того и не нахожу себе места! Но, если бы она была во дворце, я бы почувствовал.

— Но как?

— Помолвочный перстень — это артефакт, который указывает на её место расположения в радиусе километра. Предупреди брата и подходите вдвоем к рабочему кабинету отца.

Пока я предупреждал начальника тайной канцелярии господина Пушкова о пропаже графини Самойловой, затем бросил пару слов отцу, что невеста пропала, возле кабинета уже стояли граф Самойлов, Мари, господин Смит. Вскоре подошёл отец в окружении охраны. Развернулась бурная деятельность по розыску пропавшей невесты. Сведения, которые дала графиня Ласткова помогли, да я и сам видел, стоявшего возле нее мавра. [i]

Господин Смит отметил, что рядом с Любой видел принца Тахиридского государства Масхуда Абдали. Его следовало допросить, но как это сделать, чтобы не испортить международных отношений? Эту миссию взял на себя отец. Через полчаса император заявил, что все люди принца рядом с ним, никто не пропал, а сам он не подходил к невесте его высочества. Проверив по пригласительным, выяснилось, что на самом деле все десять человек приглашённых дипломатов были на месте.

Я чувствовал, что начинаю впадать в панику.

Ни на следующий день, ни через день никаких новостей от девушки не было. Ночью, когда я крутился в своей постели, мелькнула мысль: «Мавры, увидев сородича, никогда не пропускали мимо. Они старались завести знакомство, на крайний случай, следуя традициям Востока, должны были поздороваться и пригласить к столу, а тут словно незнакомец, исчезнувший с Любой, не существовал вовсе.» Не стал ждать рассвета и оправился к отцу….