— Ты куда собралась?

— Мне нужно срочно поговорить с отцом и спуститься к источнику.

— Люба, тебе еще рано вставать, такой сильный выброс магии не проходит бесследно, — возмутилась тётя.

— Но и лежать в ожидании навязываемого жениха я тоже не согласна. Мне требуется встретиться с отцом, потом с источником и уговорить его вернуть главенство отца, но для этого что — то пообещать. Я надеялась он зайдет ещё раз, но видимо занят чем — то более серьезным… — в моём голосе зазвучала обида, и Мари это почувствовала.

— Не обижайся на отца, он сейчас словно в прострации, не знает, что делать, тем более сам надеялся пообщаться с источником, а тот уже успел выдать всю информацию в родовые книги…. Знаешь, что самое смешное в этой ситуации? Буквально через пять минут после появления записей о смене главы рода, уже четыре наследника просили твоей руки, а раньше невозможно было арканом их сюда затащить.

— А Демидовы где сейчас?

— Самих нет, но несколько человек кружат вокруг особняка, срази видно, что их прикормленные шавки….

Поднеся указательный палец к губам, Мари задумалась. Я заметила, что этот жест она делает, когда уходить в длительный мыслительный процесс.

— А знаешь, что, пошли в рабочий кабинет брата! — наконец выдала она.

Но выйти из комнаты нам не удалось: за дверью стояли двое охранников и, увидев нас, перегородили дорогу.

— Ребята, что происходит? — растерянно произнесла тётя.

— Не велено вас выпускать! — холодно произнес один из них.

— Это что же получается, я в своем доме не могу передвигаться? — возмутилась она.

— Нет! Приказ императора, — чётко произнёс высокий мужчина и сам захлопнул дверь перед нашим носом.

— Я требую, чтобы вы показали мне документ, удостоверяющий ваше право находиться в моём доме! — выкрикнула в сторону охамевших стражников.

— В каком из миров? — хихикнули за дверью.

— Откройте дверь, мне надо увидеться с отцом, — возмущенно забарабанив в дверь, даже не ожидала, что она так быстро распахнется, и я упаду в руки рыжеволосого незнакомца.

— Довольно приятно, когда к тебе в руки бросаются такие милые создания, — промурчал он, словно внутри него сидел кот — соблазнитель.

Он обхватил меня обеими руками так крепко, что вряд ли бы удалось вырваться самостоятельно.

— Господин Зверев, отпустите мою племянницу, иначе я вам руки поотрываю! — спокойно произнесла Мари и растянула губы в фальшивой улыбке. Она была наигранная, смахивала на язвительную усмешку, что не преминул заметить наш нежданный гость.

— Не ожидал от вас такой агрессии, Мария Владимировна. Я вам отношусь с большим почтением, — склонил он голову и выпустил меня из своего захвата.

— Оставим барон. Может соизволите сообщить по какому праву вы держите нас здесь?

— Я закон не преступаю, графиня. До нас дошло известие, что ваша племянница не совсем племянница, а девица из другого мира.

Мари расхохоталась, а Зверев продолжал поедать её глазами, молча смотря на его веселье. Успокоившись, тётя взглянула на мужчину и вновь фыркнула. Я боялась, что незнакомец сейчас сорвется на неё, но женщина уже взяла в руки.

— Да, Демидов тот еще сказочник, — ухмыльнулась Мари. — Надо же такое придумать?

— А при чём тут Демидов, сведения получены не от него! — тут же взвился Зверев.

Наверняка расстроился, что мы вычислили его мздоимца.

— Да неужели! А вы знаете почему это произошло? Я вам сама отвечу, что не знаете. Уж очень хочется господину Демидову получить те рудники, которые были недавно найдены моим братом на Северном Кавказе. Он так прямо и заявил, что в приданое нужны именно эти рудники.

На мгновение сомнение проскочило на лице мужчины, но он быстро взял себя в руки, что делало ему честь.

— Не беспокойтесь, Мария Владимировна, мы обязательно расследуем всё. А сейчас я бы хотел задать несколько вопросов сударыне.

— Это ваша работа, господин Зверев, но учтите, что Люба стала главой рода и может не отвечать на ваши вопросы. А также то, что домыслы Демидова — очередная блажь, но выглядеть невежественным будете вы!

Это была подсказка для меня, но зная, что такие люди как он, никогда не отстанут, если захотят добиться своего, ответила:

— Ничего, Мари! Я отвечу на вопросы господина Зверева. Как могу к вам обращаться?

— Ваше высокопревосходительство! — ответил он и улыбнулся.

Насколько я помнила уроки истории, так обращались к высшему сословию военных.

— Ваше высокопревосходительство, отвечу на все вопросы, но касающиеся, как вы изволили заметить, пришлых. И по вашему недавнему намёку я поняла, что вы меня считаете именно такой⁈

Я не спрашивала, а именно констатировала факт, при этом стараясь держать себя в руках.

— Вы меня не так поняли. Мне нужно лишь проверить, являетесь ли вы пришлой, а для этого я должен взять у вас кровь.

— Кровь? — я удивленно посмотрела на мужчину, затем на Мари.

Лицо у нее было слишком хмурым. Я помнила сегодняшний разговор с братом, кроме этого из книг знала, что в магическом мире ни в коем случае нельзя давать кому — либо кровь. Это биологический материал, который враги смогут использовать в свою пользу. Для чего? Срочно нужно изучить мир, в который я попала, иначе безграмотность может довести неизвестно до чего.

— Мне нужно проверить родство, а в вашем мире разве это не так делается? — Зверев заглянул мне в глаза, и я почувствовала, как какие — то щупальца медленно, но настойчиво пытались проникнуть в мой мозг. Напрягшись, я мысленно вытолкнула чужеродное из своей головы. Мужчина резко дёрнулся назад, и алые струйки крови потекли с обеих ноздрей и упали на грудь.

— Еще один такой эпизод, и я сделаю кое — что похлеще, — предупредила его. — Останетесь дурачком, а за вами будут подтирать слюни, и снимать с горшка.

— Явно пришлая, все вы твари с другой стороны такие наглые из — за своей магии, — зло процедил он, прищурив глаза.

— Вы это доказали? Когда подтвердится, что я жительница Великороссии, вы ответите за свои действия.

— Если подтвердится…! — усмехнулся мужчина и гордо задрал голову. Хорошо, что успел вытереть сочившуюся из носа кровь.

Когда меня стараются обидеть, я тоже в долгу не остаюсь. Ко времени вспомнила строчки из романа Льва Толстого «Воскресение». Фабричный рабочий говорит, описывая свою жену: «Вот так — то, хороша — хороша, да до поры до времени, а попади ей вожжа под хвост, она то сделает, что и вздумать нельзя». Вот так и я была на грани.