"Тайбер-Парк". Он посмотрел на небо — облака сгущались, а девочке было как минимум двадцать минут пешком до Эшвуда. Если можно было положиться на то, что она пойдет по прямой. Как бы Тобин ни презирал жителей Хэдли-Грин, эти чувства не распространялись на детей. Это была та часть его, которая не была полностью испорчена той жизнью, которую он вел до сих пор.

"Пойдем. Я отвезу тебя домой".

"Почему?"

"Я же сказал тебе. Скоро пойдет дождь, а у тебя, судя по всему, нет плаща, и я не хочу, чтобы твоя смерть была на моей совести".

"Люди не умирают от дождя", — упрямо сказала она.

"Ты совершенно в этом уверена?"

Она нахмурилась, словно втайне размышляя об этом, затем посмотрела на его лошадь. "Вы хотите взять меня на ней?" — спросила она. "Я не люблю лошадей. Однажды лошадь меня укусила".

"В самом деле", — сказал он и встал.

"Вот так", — сказала она и щелкнула его зубами, обнажив зубы.

"Я никогда в жизни не видел, чтобы лошадь кусалась так", — скептически сказал он. "Тем не менее, я уверяю тебя, что я опытный наездник. Ты не упадешь, и она не укусит тебя. Идем". Он протянул ей руку.

Девочка настороженно посмотрела на него, прежде чем вложить свою руку в его. "Меня зовут мисс Люси Тафт. Как вас зовут?"

"Эберлин", — сказал он.

"О! Я прекрасно знаю, кто вы такой", — беззаботно сказала она, когда они подошли к тому месту, где паслась его лошадь. "Я много о вас слышала".

"Неужели?" — криво усмехнулся он и поднял ее, чтобы она села перед седлом. "Держись за гриву", — инструктировал он. Она схватилась за гриву лошади, когда он поднялся позади нее.

"Графине вы не нравитесь, знаете ли", — продолжала она.

"Неужели?"

"О, нет. Когда вы были мальчиком, вы ей очень нравились, но она сказала, что вы стали ужасным человеком, когда выросли. Вы ведь не настоящий лорд, правда? Леди Эшвуд говорит, что вы не настоящий лорд, потому что у вас нет английского титула. Возможно, вы не знали, что у вас должен быть английский титул".

Тобин взглянул на небо и обнял ее за тонкий стан, прижав к себе. Когда он тронул лошадь, Люси Тафт ахнула и схватила его за руку, державшую поводья.

"Мисс Тафт, вы не позволяете мне управлять лошадью. Отпустите мою руку".

"Я же говорила, что не люблю ездить верхом".

"Отпусти", — повторил он снова. "Я очень крепко тебя держу".

Она неохотно отпустила его и прижалась к его груди. "Я нисколько не люблю ездить верхом. Я не понимаю, почему это всем нравится. Притворная графиня, ей это очень нравилось. Она скакала на лошадях, как бешеная, и хотела, чтобы я делала то же самое. Боюсь, она будет ждать, что я буду скакать по всей Ирландии. Я больше люблю кареты, а вы? Мне нравятся очень большие, потому что в маленьких довольно тесно. Однажды я поехала в деревню с миссис Торп и Питером, кухонным мальчиком, в повозке, и там было довольно тесно, а Питер не очень приятно пах, и мне пришлось все это время задерживать дыхание".

Люси Тафт болтала и болтала, и, как и его племянница Кэтрин, либо не обращала внимания, либо ей было все равно, что Тобин не отвечает. Когда они выехали на дорогу к Эшвуду, он перевел лошадь на рысь, и мисс Тафт завопила так громко, что можно было разбудить мертвых. Но Тобин горел желанием передать ее слуге и вернуться в Тайбер-Парк до того, как начнется настоящий дождь.

Эшвуд выглядел почти зловеще в мрачном свете. Тобину показалось, что он увидел движение света в одном из окон верхнего этажа, и он представил, как Лили смотрела в это окно пятнадцать лет назад.

Что бы ни случилось в ту ночь, он едва мог думать об этом, не боясь нового приступа.

"Как вы думаете, почему летом идет дождь? Зимой все время идет дождь, и я думаю, что этого дождя должно хватить на весь год, не так ли?" — спросила Люси Тафт.

Они добрались до подъездной дорожки, и Тобин остановил лошадь. "Вот мы и приехали". Он спрыгнул с лошади, затем спустил ее, и как только поставил ее на землю, карета Эшвуда выкатилась на подъездную дорожку.

Тобин посмотрел на девочку. "Смотри, иди прямо внутрь".

"Вы зайдете на чай?" — спросила она. "Графини всегда подают чай, когда кто-то приходит в гости".

"Я бы вряд ли назвал это визитом", — сказал он, наблюдая, как дверь кареты распахивается и Лили выпрыгивает из нее. Она бросилась к ним, а мистер Фиш следовал за ней. "Люси! Люси, подойди сюда сейчас же!" — крикнула она.

Люси улыбнулась Тобину. "Спасибо", — сказала она и поспешила вперед, чтобы встретиться со своей опекуншей.

Лили окинула девочку взглядом с головы до ног, прежде чем передать ее мистеру Фишу, затем решительно направилась к Тобину, с яростным выражением лица и, по-видимому, не обращая внимания на дождь, который начал моросить.

"Что ж, леди Эшвуд, похоже, мы снова встретились", — сказал Тобин.

"Что вы себе позволяете?" — потребовала она.

"Очевидно, я доставил вашу воспитанницу. Она бродила по лесу без плаща".

"Пожалуйста!" — презрительно фыркнула она. "Не принимайте меня за дуру!"

"Что тогда? Вы думаете, я шпионил? Охотился на детей?"

"Чего вы ожидаете, граф Эберлин? Вы украли у меня землю и арендаторов — с чего мне думать, что вы выше шпионажа и похищения?"

"Боже мой", — сказал Тобин, изо всех сил стараясь сохранить ровный голос. "Сегодня вы обвиняете меня во множестве вещей — воровстве, шпионаже, похищении. Я звучу довольно отвратительно даже для своих собственных ушей". Он шагнул вперед, так близко, что ей пришлось откинуть голову назад, чтобы смотреть ему в глаза. "Позвольте мне заверить вас, леди Эшвуд, что я всего лишь исправляю очень глубокую несправедливость. Мне не нужно шпионить".

Цвет лица Лили стал глубже, а ее темные брови опустились в глубокую V-образную складку неудовольствия. "Неужели? Тогда скажите мне, как еще вы узнаете, каких арендаторов созрели для того, чтобы их обобрать? Я вас предупреждаю — я буду бороться с вами на каждом шагу".

Тобин с amusement приподнял бровь. "Бороться со мной? Если вы хотите бороться, я не буду вас останавливать. Во всяком случае, это должно сделать все интереснее".

"Пожалуйста", — прорычала она. "Недооценивайте меня. Я найду способ остановить вас, и я не проявлю к вам милосердия".

Он не знал значения этого слова. Тобин почувствовал, как полоса сжимается вокруг его груди, и он знал, что ему следует оставить ее вариться в собственном соку, но он не мог удержаться от того, чтобы его взгляд небрежно блуждал по ее пышным формам. Она удивила его. Он ожидал, что она рухнет в плачущую кучу кринолина, но она отреагировала с решимостью. В другом месте или в другое время он мог бы оценить это больше, чем сейчас.

"Я не желаю милосердия, Лили. Тем слаще будет, когда я поставлю вас на место". Его взгляд встретился с ее бледно-зелеными глазами. "И позвольте мне выразиться совершенно ясно". Его взгляд упал на ее губы. "Я поставлю вас на место".

Он ожидал девичьего вздоха, но Лили бесстыдно шагнула к нему ближе, ее глаза сверкали неуклонным гневом. "Вы действительно думаете, что запугаете меня намеками? Позвольте мне выразиться совершенно ясно, сэр. Не ступайте больше на землю Эшвуда. И держитесь подальше от меня и моих!" Она развернулась, направляясь к своему дому.

Тобин смотрел, как она входит, проталкивая мисс Тафт вперед. Дворецкий не терял времени, захлопывая за ней дверь. Дождь усиливался, но Тобин едва замечал его. Его тело было напряжено от напряжения и желания. Его кулак был сжат, а дыхание затруднено. Он заставил себя отвернуться и сесть на лошадь, затем погнал ее вскачь, низко надвинув шляпу на глаза, чтобы дождь не попадал в них.