Зайдя в кабинет Алекса, я задумчиво перебирала мысли о той знакомой фигуре у входа. Мой размышляющий взгляд заметил Алекс и, поморщившись, уже в третий раз спросил:

— Лина, ты меня слышишь или как? Я у тебя уже три раза спрашивал: будешь кофе?

— Прости, задумалась, — ответила я, ещё пытаясь выудить из памяти отрывок, где я могла видеть этого человека. — Алекс, а мужчина, с которым ты поздоровался у входа, кто он?

— Охранник, — сухо сказал он.

— Давно у тебя работает?

— Дня три, — пробормотал Алекс. — Как твоя тётка начала…

— Стоп. Этот мужик — любовник моей тётки, — выдохнула я, и память, как пазл, сложилась: я видела его у неё дома.

— Мдя… Вот я дал маху с ним! — пробурчал Алекс. — И что теперь делать?

— Звони своему помощнику, улаживайте дела и делаем ноги через запасной выход! — отрезала я. — Удачно ты его устроил прямо из своего кабинета.

Алекс тут же набрал номер помощника по стационарному телефону, и Сергей — как по команде — появился в дверях кабинета.

— Ого, вот так видок у тебя! — расплылся в улыбке Сергей, едва зайдя.

— Тебе дочь моя звонила? — спросил Алекс.

— Нет. А должна была?

— Да. Я попросил её вчера вечером позвонить тебе с моего телефона, но она уехала с матерью, прихватив мой телефон.

— А где тебя так? — поинтересовался Сергей.

— В тюрьме, — коротко ответил Алекс. — Меня пытались обвинить в нападении на тётку Лины, но Олег помог вытащить меня оттуда: предоставил запись со скрытой камеры из подвала.

— Был в больнице? — уточнил Сергей.

— Да. Побои зафиксировали, документы оформили. Слушай, нового охранника надо по-тихому перевести на другой объект и через какое-то время оттуда убрать совсем — аккуратно, без шума.

— Хорошо, займусь. А чем он насолил? — пожал плечами Сергей.

— Не здесь и не сейчас. Приходи на обед и притащи продукты — список Лина тебе пришлёт.

— Лина — это кто? — хмыкнул Сергей.

— Моя жена! — проскрипел Алекс раздражённо. — Ты чего дебила включаешь?

— Твоя жена ещё и готовить умеет? Я думал, ты на ней женился только ради молодого тела!

— Серёга, если продолжишь в том же духе, перестанешь быть моим другом и помощником! — рявкнул Алекс.

— Ладно‑ладно, пошутить нельзя больше, — рассмеялся Сергей. — Ты реально по уши втюхался! Или там тебе в тюрьме мозги вытрясли?

— Отстань, — коротко ответил Алекс. — И позвони Тасе: выясни, где она. Узнай про мой телефон, но никому не говори, что меня выпустили. И документы в суд — перепроверь всё. Засланец мог что‑то подтасовать. И такси вызови, пожалуйста.

— Хорошо, — кивнул Сергей и, через приложение, заказал такси, отправившись выполнять поручения.

Мы же, спустя пять минут, спустились во внутренний дворик, где уже стояло такси. Оказавшись дома, я уложила Алекса отдыхать, а сама занялась обедом; Лёха тем временем устроился с журналами, которые они купили ещё вчера, и с таким детским усердием перелистывал страницы, будто в них был весь смысл мира.

Пока еда на плите шептала запахами, я подошла к Алексу: попросила номер Сергея, чтобы отправить список того, что нужно привезти. Я аккуратно составила перечень продуктов и лекарств — всё по назначению врачей: капельницы, шприцы, препараты для уколов — и отправила Сергею. К обеду всё уже было доставлено аккуратно, по пунктам.

Мужчины закрылись в кабинете, а я в тревожном предвкушении стала накрывать на стол: мелкие движения, горячая чашка, шум ложек — всё это помогало держать разум в руках. Вскоре Алекс и Сергей вернулись, уселись за стол. Сергей время от времени поглядывал в мою сторону — и этим вызывал во мне странное смущение. Я долго сдерживалась и, не выдержав, ушла на кухню — поставить вариться кофе. Через пару минут ко мне подошёл Алекс.

— Ты чего от нас сбежала? — спросил он, глядя мягким, усталым взглядом.

— Меня Сергей смущает, — призналась я.

— Чем же? — удивился он.

— Почему он всё время на меня смотрит? — прошептала я.

— Может, ты ему нравишься? — предложил Алекс, полушутя.

— Зато мне он не нравится! — ответила я твёрдо.

— Не сердись. Он просто изучает тебя: в моей жизни ты — вторая жена, ему непривычно видеть в доме другую женщину. Пойдём обратно и постарайся не обращать на это внимания, ладно?

Мы вернулись на кухню с двумя горячими чашками, сели за стол и после обеда Сергей отправился на работу. А я повела Алекса в спальню — поставить капельницу и дать остальные назначенные лекарства. К моему удивлению и облегчению, он не оказывал сопротивления: губы дрожали, но руки доверчиво ложились в мои. Я аккуратно закрепила систему, проверила капельницу, дала препараты. Когда все назначения были выполнены, я вышла из спальни и занялась наведением порядка в столовой и на кухне — привычный ритм бытовых действий возвращал меня в реальность и успокаивал.

Небольшие детали — скрип ступеней, запах только что сваренного кофе, теплота плиты — создавали фон для нашей осторожной, но крошечной домашней победы: мы стояли на краю нового этапа, усталые и уязвимые, но вместе.

Алекс.

Сергей не смог дозвониться до Таси, но сумел выяснить, где она находится. Надо было действовать тихо, улизнуть от Лины так, чтобы она меня не заметила. Я просто обязан слетать за своей дочерью и забрать её домой. Но как это сделать? Моя девочка меня так просто не отпустит! Я не могу позволить, чтобы моя бывшая как-то повлияла на неё и испортила всё в нашей жизни.

Я тихо встал, стараясь не издавать ни звука, и через подвал вышел во двор, будто тень. За воротами замедлил шаг, прислушиваясь: ни скрипа, ни шороха — всё тихо. Сел в такси и поехал в аэропорт, откуда планировал улететь за дочерью. Чувствовал себя полным идиотом: даже не оставил никакой записки. Если она уйдёт от меня — будет права. Я ведь ничего ей не сказал, ничего не объяснил. Можно было бы хотя бы через Лёшку передать: он слишком смышленый мальчик, чтобы не справиться с такой задачей.

Вот же я старый козёл! Она ведь совсем перестанет мне доверять после этого.

Я нашёл дочь. Она смотрела на меня испуганными глазами, увидев моё лицо, покрытое синяками, и общее состояние, которое выдавало недавние мучения. Но моментально согласилась ехать со мной обратно в Анапу, протянув мне мой собственный телефон, словно подтверждая, что доверяет мне сейчас.

— Пап, прости меня! — шептала она, сжимая ладони.

— Ты хоть понимаешь, на что я пошёл, чтобы найти тебя и вернуть домой? — спросил я, стараясь удержать голос от дрожи и гнева. — Мне из-за тебя дома влетит! Мне нужно лежать в больнице, а я за тобой летаю на самолёте, что мне, наверняка, противопоказано!

— Хочешь сказать, что Лина не в курсе?

— Нет. Я сбежал от неё словно подросток. Ты же знаешь, что она медик.

— Пап…

— Дочь, полетели, пожалуйста, домой! — сказал я твёрдо, но в голосе звучала тревога.

— А мама?

— Где твоя мама сейчас?

— Со своим бойфрендом где-то шляется, развлекается.

— Ты хоть понимаешь, что она тебя забрала, чтобы насолить мне?

— Да. Изначально я сама этого хотела. Но сейчас, увидев тебя, пожалела. Пап, не знаю почему, но я перестала доверять твоей Лине.

— Я понимаю тебя, — ответил я мягче. — Но без неё я бы давно помер! Ты сама видела, как она оказывает первую медицинскую помощь. Сейчас, когда мы вернёмся, она, конечно, устроит мне скандал. Пока летел в самолёте, начитался о перелётах людей с сотрясением мозга — это всё серьёзно.

— Так тебе нельзя летать сейчас? — спросила дочь, с тревогой следя за моим лицом.

— Не рекомендуется, — кивнул я.

— Пааааап!

— Давай не сейчас! Полетели домой, где спокойно обо всём поговорим.

— Мама разозлится.

— Ты из-за этого расстроилась?

— Нет… Мне нравится общаться с Линой. Но я боюсь всего, что происходит последнее время.

— Скоро всё должно закончиться… — сказал я, словно убеждая прежде всего себя.

Мы вернулись в Анапу, но, к моему удивлению, дома не оказалось ни Лины, ни Лёши. Я сразу же набрал номер Олега и узнал, что они снова в отеле. Внутри всё кипело: хотелось лечь и просто смотреть в потолок, но я знал — нельзя терять ни минуты. Моя вторая беглянка ждала меня, оставив даже телефон в нашем доме.