И там меня тоже встречает горькая тишина… А тем временем, давление в грудной клетке только нарастает…
Тогда мне приходится всё-таки вернуться, и уже там меня встречает проснувшаяся, но заспанная Илона.
— Ты чего так рано? — спрашивает, приоткрыв один глаз и заметив меня в дверях. Наверное, я выгляжу как живой мертвец, потому что мне реально не по себе сейчас. Всю потряхивает от переживаний за него.
— Илон... Ты не видела, когда Сеня уходил?
— Он что здесь был? Я спала… Не видела…
— Ясно… Да, он… Был ночью. Приходил около часу… А потом я проснулась и его нет…
— Не знаю даже. Я правда не видела. Да куда он денется-то? Спроси у доктора. Может, просто прогуляться пошёл… — предполагает она, слезая с кровати, и тут же хватается за расчёску, начав чесать свои длинные чёрные волосы. А я залипаю на этом, хотя в грудине всё так сильно ноет…
— Да… Может… — усаживаюсь на кровать и беру книгу снова.
Он много цитат тут выделил… Но последняя вот эта… У меня аж внутри сразу всё волнуется. Я не знаю, что за тревога такая, но она нарастает с новой силой.
Всё сильнее болит в груди…
— Эй… Аврора… Всё нормально? — замечает Илона, нахмурившись.
— Мне просто… Я что-то переживаю…
— Успокойся, ладно? Хочешь я тоже похожу сейчас поищу его…
— Ты, правда, поможешь?
— Правда, конечно. Что за вопросы такие?
— Не знаю… Просто думала, что тебе всё равно…
— Ясно. В общем… Я сейчас переоденусь и пойду его поищу… А ты у врача спроси потом…
— Да, конечно… — шепчу я напуганно, а затем…
После пробуждения всех, начинается то, чего я боялась больше всего… Его не могут найти, как меня тогда… Нигде… На обходе начинается нервоз.
Ко мне тут же подходит взволнованный Даня… Увидев толпу в коридоре. Не знаю уж, чего всем там интересно. Но каждый раз когда кто-то исчезает, тут такая шумиха поднимается. И ладно бы только персонал, так нет же… Тут и просто сплетники собираются… Которые прямо сейчас шепчут, что Громов выбежал отсюда с автоматом и перестрелял половину охранников… Боже мой, какая же чушь.
— Блин… Чё-то случилось что ли? — чешет свои торчащие в разные стороны рыжие колтуны руками и зевает.
— Я не знаю… Он ночью приходил… Обнимал меня… Шептал, что любит. Как обычно… А утром я проснулась и его нет.
— Как так-то… Чё за фигня? — трёт Даня лицо, а потом к нам подходит Илона. Перекинувшись странными взглядами, они даже не здороваются друг с другом и вообще ощущение, что не желают друг друга видеть.
— В общем, что мне удалось узнать… Его реально потеряли… Камеры везде отключены. Охранника не могут разбудить. Кажется, он под чем-то… — сообщает Илона, вынуждая меня воткнуть ногти в собственные ладони от напряжения.
— Капец… — выдыхает Даня и смотрит на меня своими огромными зелёными. — Чё намечается, подруга?
— Я… Я не знаю… Господи…
У меня по коже бегут мурашки… Неужели это его отец? Он его отсюда вытащил или что? Как же так… Мы ведь планировали… Быть тут. Зачем же тогда… Он говорил, что заберёт меня отсюда, и мы будем вместе жить…
— Дрон… — вспоминаю я. — Даня… Пойдём посмотрим, а?
— Пойдём, — тут же отрезает он.
— Можно я с вами? — вызывается Илона.
— У тебя же куча дел… Ты забыла? — тут же вмешивается Даня. Да ещё и с таким гонором это всё выпаливает, что я замечаю, как Илону сейчас взорвёт, поэтому тут же прошу их обоих.
— Друзья… Мне правда не до ваших конфликтов сейчас… Если хотите — помогайте… Только не сритесь, очень прошу… Не сейчас…
Они оба молчат, и мы всей толпой бежим туда… К забору в кусты. Конечно там везде сейчас ходят врачи и проверяют периметр.
Но мы быстрее добегаем до того самого дерева и начинаем рыскать в осыпавшейся осенней листве.
— И где он должен быть? — спрашивает Илона.
— Тут… Он был здесь… Но его сейчас нет… А это значит, что…
— Он сам его забрал… — отвечает за меня Даня… — Сбежал? Без тебя?
Бросаю взгляд на дерево, а там вырезана буква… Прямо на коре ножом.
Наша общая «А».
— Нет, он не мог вот так… Он же не мог просто взять и ничего мне не сказать, правда?! Не предупредить… — хмурюсь я, ощущая, что глаза слезятся… Тогда зачем вырезал это? Словно прощался, блин!
— Аврора! Стадницкая!!!! — кричит с крыльца Екатерина Андреевна, и мы выглядываем оттуда втроём. — А ну пошли сюда все! Вас ищут! — ворчит она, зазывая нас внутрь.
Мне кажется, у меня реально земля уходит из-под ног, когда мы идём туда, но Илона и Даня берут меня за руки с обеих сторон.
— Успокойся. Всё будет нормально… Уверяю тебя, он не мог тебя бросить… — успокаивает меня Илона.
Даня молчит… Только крепко сжимает мою руку, но… Мне теперь так плохо. Даже несмотря на поддержку ребят.
Когда мы оказываемся внутри, ко мне сразу же подходит врач и, оттесняя меня от остальных, уводит в сторону.
— Аврора, что ты знаешь?
— Ничего… Ничего, клянусь…
— Слушай… Арсений — совершеннолетний, но просто так прерывать курс лечения в психиатрической больнице, он не имеет права… Если знаешь что-то, лучше скажи… Ему так будет лучше. Иначе нам придётся передать данные в полицию…
— Я… Клянусь, что не знаю… Но если бы знала… Не сказала бы. Ни за что, — честно признаюсь, а он вздыхает.
— Его отец, Аврора… Он будет его искать…
— Я не понимаю, что происходит.
— Если придёт сюда… Имей в виду, что докопается до правды. У него везде свои уши, — сообщает он мне, заставляя проглотить ком. Я очень не хочу навлечь какую-то беду. Пусть я не до конца понимаю, но уверена, что его отец не очень хороший человек…
Альберт Владиславович уходит, а ко мне тут же возвращаются Илона с Даней.
— Ну что? — оба тут же хватают за руки и навостряют уши. — Что он хотел?!
— Ничего нового… В принципе… Я не знаю даже… Он не говорил мне. Но…
— Что такое?
— Прошлой ночью он сказал, что даже если уйдёт, то только для того, чтобы вернуться за мной… Типа того…
— Чушь какая, — хмурится Даня. — Погоди… — задумчиво тянет он, нахмурив свои рыжие густые брови.
— Что, Даня, что???
— Я слышал разговор… Его разговор с парнями… В коридоре тогда, когда к нему приезжали, помнишь? Словно он кого-то искал. Лететь куда-то собирался… Или типа того…
— Типа того, чудик?! И ты молчал, блин?! — огрызается на него Илона.
— Я, блин, только сейчас вспомнил! Думаешь, мне понятно что-то было?! Я вообще подслушивал…
— И что… Даня, ещё что…?!
— Ну, он говорил типа… Присмотрите тут за моей… Просил их, кароче… Чтобы за тобой приглядели… Потом они ржали чё-то, я не понял.
— Вот ты придурок, — тут же возмущается Илона.
— Прекрати обзывать меня! Ты вообще не хотела общаться и всё. Теперь сделай, пожалуйста, вид, что меня не существует. Я буду благодарен, — фыркает он на неё, обиженно отвернувшись ко мне лицом, а к ней спиной.
— М-м-м… Это будет не сложно, — растягивает она губы в усмешке, а я начинаю плакать… — Эээй… Ну ты чего… Извини нас… Мы не будем больше…
— Смотри до чего её довела!? Только о себе думаешь! — рычит на неё Данька.
— Заткнись! — агрессирует она в ответ. Я уже не могу с ними…
— Прекратите оба! — шмыгаю носом, а Даня обнимает меня.
— Слушай, слёзы ничего не решат, — шепчет Илона, нежно коснувшись моего плеча.
— Да ну… Тебе откуда знать? Ты вообще умеешь сопереживать или плакать? — опять звучит голос Дани… Мне кажется, они тут загрызут друг друга, если их не разнимать, реально. Ужас какой-то.
— Я серьёзно, ребят. Мне страшно… Для чего-то же он меня оставил… Как так? Зачем тогда всё это… Взял и просто…
— Этому есть объяснение, я уверена, Аврора… Он слишком тебя любит, чтобы взять и исчезнуть просто так, понимаешь?
— А если это опасно? Если с ним что-то случится? — вытираю я щёки снова. Давно так не плакала, а теперь меня просто разрывает от эмоционального перегруза. Я ведь реально полюбила его… И не хочу терять.
— Громов — тёртый калач. Ничего с ним не случится. Уверена, если он сбежал, у него есть какой-то чёткий план…
