— Так… Нууу… — тяну я, задумавшись, и Даня добавляет шёпотом.

— Так ты наденешь это и…

— Не знаю… — пожимаю плечами. — Я пока не знаю, что он придумал. Он не говорил…

— Яссссно… Но поплыла, да? Очевидно, да…

— И вовсе нет!

— Да!

— Нет! — уже громче.

— А вы не могли бы заткнуться?! — резко выпаливает Илона, заставив меня вздрогнуть. У неё голос, блин, стальной. — Вы здесь не одни…

— Так и ты здесь не одна! — неожиданно парирует Даня в ответ и они сталкиваются взглядами. — Вот только не надо так гнетуще на меня смотреть! Я не из тех, кто боится женского взгляда… Наверное… — добавляет уже шёпотом.

Только он успевает сказать, как она резко встаёт с кровати и идёт в нашу сторону, а Даня при этом чуть не взвизгивает и прикрывается подушкой. Не будь здесь её, я бы в очередной раз напомнила ему какой он «смелый» и посмеялась.

— Блин, да чё ты такая жуткая-то!? — выдаёт он возмущенно, глядя на неё, а она стоит возле нас и недовольно обдаёт взглядом, как кипятком.

— Я вас не трогаю, вы — меня. И ты лучше не связывайся со мной, чудик. Заткни свой язык поглубже и оглядывайся, понял?! — агрессирует она, заставив нас обоих замолчать. После чего направляется к двери и, выходя, хлопает ею со всей силой. Я даже боюсь, что она после этого перестанет, блин, закрываться. Это ж надо было так долбануть…

— Блядь, да чё с ней не так?! Вроде просто навязчивое состояние… А ощущение, что навязчивое состояние суки…

— Да? — переспрашиваю я. — У неё навязчивое состояние?

Я ведь о ней ничего толком не знаю…

— Ну, ОКР, да… Я точно не в курсе, но Катька говорила, что однажды она… Кароч, она расчёсывала волосы семь часов подряд возле зеркала… Чуть себе их нахер не вырвала… Сейчас вроде нормальные… Но, может, парик, хз…

— Блин… Теперь понятно… Она может часами мазаться кремом или бальзамом… Я видела…

— Ну, в целом-то она как бы бьюти-блогер, понятно, что мажется… Но у неё сильная зацикленность на внешке… Какие-то другие бы бусты лучше прокачала… — отвечает он, поправляя подушку, а я улыбаюсь.

— А мне показалось… Между вами… — соединяю я пальцы с замок. — Электричество…

— Ага… В воздухе витало, да? Заметила? — будто бы восторженно спрашивает он, и мне так смешно. Господи, Даня такой особенный… Такой добрый. А Илонка, она прям настоящий Цербер в юбке.

— Заметила-заметила…

— Это потому что я такой классный! Я бы её трахнул, если честно…

— Ну я не сомневалась… — отмахиваюсь я, покачав головой. — Только мне кажется… Трахала бы она тебя, а не наоборот… — отвечаю, и мы снова ржём. Как два придурка в голосину. Я даже забываю о том, что тот, кто подарил мне этот подарок по сути мой личный сталкер, а не просто парень, который ухаживает за мной…

— Так тоже круто… Я бы не был против…

— Оооой… Ну и… Ты думаешь, мне пойти? Когда он позовёт?

Я спрашиваю не потому что жду совета или одобрения. Более того, я понимаю, что выбора нет. Я это понимаю…

— Ты точно хочешь знать моё мнение? — спрашивает он, чуть сморщив своё веснушчатое лицо.

— Ну да…

— Даже если ты не пойдёшь по его зову, уверен, он тебя просто утащит силком из кровати… Так что…

Я вздыхаю, будто бы подтвердив это для себя, и ещё раз достаю коробку из-под неё.

— Покажешь?

— Ты хочешь? — удивляюсь я, ведь обычно парням наплевать на всякое такое.

— Конечно хочу, блин. Я тот ещё у мамки модельер, — с гордостью выдаёт, заставив меня хихикнуть. Я тянусь за платьем, встаю перед кроватью и прислоняю к себе, любуясь этой красотой.

— Ну да… Есть вкус, определенно…

— Мне пойдёт?

— Такое пойдёт даже нашей уборщице… Той женщине с пузом…

— Даняяяя! Прекрати!

Он смеётся, а я снимаю резинку с волос и чуть поправляю их, встав перед другом.

— Они такие… Безжизненные, да?

— Кто сказал? Они прикольные…

— Уверен?

— Аврора… Твой Арсюша по уши в тебя… И волосы ему нравятся, я уверен… Не то, чтобы везде… А у тебя, кстати, там какие? Есть вообще или ты лысая?

— Я тебя сейчас ударю… — взвываю, пока он угорает, а потом приподнимает футболку на своём животе и показывает мне свою блядскую рыжую полоску волос, тянущуюся вниз.

— Зырь! — зазывает меня, хвастаясь.

— Господи, ты такой… Стройный, блин! И столько жрёшь!

— Я вообще не для этого показал. Я жру нормально! Всё в мозги идёт…

— Ага… Да, точно, — отвечаю саркастически, и снова сажусь с ним рядом.

— Мы бы общались потом… Как выйдем отсюда? Я бы хотела…

— Уоооооо, — обнимает он меня, схватив за плечо и прижав к себе. — Это так мило… Ты — душка!

— Это да?

— Это определенно да! Я хочу быть твоим другом… Но только если покажешь сиськи…

— Заткнись… — выдыхаю с отчаянием.

— Не проканало, да?

— Нет…

— Ээээх… Ладно… Придётся довольствоваться своими…

Аврора Стадницкая

С наступлением вечера приходит и осознание, что совсем скоро мы с ним якобы должны окунуться в атмосферу романтики. Не знаю уж, какой будет эта самая романтика. Но у меня сомнения насчёт её релевантности в данном месте.

Хотя… Насколько я смею заметить, для Арсения вообще нет не осуществимых задач и каких-либо правил. Он сам себе судья, сам себе хозяин и палач тоже. И рубить голову с плеч у него получается ничуть не хуже, чем медленно доводить людей до сумасшествия…

— Уже девять… — говорю я Дане, глядя на часы, и вздыхаю. — Думаешь… Он зайдёт за мной…

— Ну или наденет мешок на голову в коридоре… Не знаю, — смеётся он, ещё больше меня нервируя. Я и так готова ногти грызть, если честно. Да ещё и таблетки уже дважды прикопала, как он сказал… Не знаю, зачем… Но зато хоть сердце к вечеру не истерит. Пока всё нормально, на удивление. Даже если я уверена, что мне легко не отделаться. Потому что рядом с ним у меня всё максимально наэлектризовано… Он как гроза, концентрирующая все свои силы над моей головой…

— Буду надеяться, что мы обойдёмся без мешка… — отвечаю задумчиво и смотрю на деду Вову, который сидит в уголочке зала и молчит, глядя в одну точку. Мне так жаль этого дядечку на самом деле. Он такой уставший от жизни. Словно потерял всякий интерес. — Как думаешь… О чём он думает?

— О слиянии с бесконечно-вечным, — ржёт он, как всегда, а я растягиваю губы и с сопутствующей грустью выдаю:

— А мне кажется, он думает о доме… К нему никто не приезжает, да?

— Хз… К тебе вот тоже ещё никто не приезжал… Но ты и сама не хочешь, так что…

— У меня другие причины, ты же знаешь… — отвечаю я, задумавшись. — Ой, ладно… Будь что будет. Нельзя ведь постоянно его бояться, правда?

— Ну, теоретически можно, наверное, но да — это глупо, я считаю… — отвечает Данька, отковыривая какую-то наклейку со столика. Аж все ногти себе испачкал.

— Да оставь ты её в покое уже! — рявкаю на него, но он никак не реагирует. Продолжает пакостить. Будто так успокаивается.

— Она уродская, я хочу её снять…

— Была нормальная… — улыбаюсь я, потому что он уже половину раздербанил. — Ты чего это… Такой нервный сегодня… После вашего разговора.

— Ой, да забей… Вообще не из-за неё… — фыркает он, будто реально задело. — Не хочу о ней даже говорить, если честно.

— Ладно, не будем тогда… — отвечаю тихонько. — Я пойду приму душ… Не буду же на грязное тело надевать эту красоту…

— Уооо… И намазаться всякими вкусняшками не забудь. Чтобы Арсению было приятно и вкусно слизывать… — вытаскивает он язык, а я тут же закипаю от злости.

— Нет, я точно тебя прикончу! — топаю ногой, кидаясь на него, пока он ржёт и убегает от меня в сторону своей палаты. И мне реально не по себе. Вот зачем он так, а?! Я же не собираюсь специально для Арсения там что-то делать. Просто пытаюсь выжить… И чтобы он не обижал меня. Так будет проще всем… Когда он получает хоть какую-то часть желаемого, успокаивается. А как раз это мне и надо. Чтобы он не жестил, потому что тогда он, кажется, готов идти по головам и оставлять за собой лишь выжженную землю. На которой я буду стоять в одиночестве и перебирать ноги от страха.