Затем император разорил окрестную территорию вплоть до Малатии, угоняя женщин. Мужчинам выкалывали глаза, отрубали носы и уши. Не успела эта новость достичь Самарры, как Мутасим перебрался в военный лагерь на западном берегу Тигра и развернул боевые знамена. Помимо регулярных тюркских частей, были мобилизованы все имевшиеся в наличии мужчины из Египта, Аравии, Сирии и Ирака.
Весной 838 г. Мутасим отправился в поход во главе самой большой армии, какая когда-либо имелась у халифов. По подсчетам Масуди, к которым, впрочем, следует относиться с осторожностью, ее общая численность составляла, самое меньшее, 200 000 человек. Арабы перешли через Тавр, разделившись на две колонны. Одна, под командованием самого Мутасима, следовала по прибрежной дороге через Таре. Другая, во главе с Афшином, должна была пересечь горы через проход Хадес. За Тавром обе колонны должны были соединиться и вместе двинуться на Анкару. Поскольку два прохода разделяло почти сто пятьдесят миль, операция была не лишена риска.
Очевидно, теперь арабы уже овладели тайной греческого огня, спасшего Константинополь от армий Муавии и Сулеймана ибн Абд ал-Малика. Вместе с армией Мутасима шли специальные отряды «огнеметателей», обученных зажигать горючую жидкость и поражать ею противника.
Император Феофил был уже готов к столкновению и ждал мусульманского вторжения на реке Ламис. Арабская армия перешла через Тавр в июне 838 г. Император получил от своей разведки донесение о том, что вторая арабская колонна — которой командовал Афшин — штурмует горы севернее, через Хадес. Он очень мудро решил уничтожить эту северную колонну до последнего бойца, прежде чем две арабские армии успеют соединиться. Поэтому он незаметно покинул реку Ламис и быстро направился на север.
Мутасиму доложили об исчезновении Феофила. Мутасим не мог пуститься за Феофилом в погоню из-за того, что его осадный поезд и обоз все еще прорывались через горы, но спешно послал предупреждение Афшину. Еще не успев получить это сообщение, Афшин был внезапно атакован императором, и сначала его колонна пришла в некоторое смятение. Но Афшин, будучи закаленным воином, оказался на высоте положения. Собрав своих воинов, он повел их в контратаку на византийскую армию и нанес той тяжкое поражение, вследствие чего византийские войска в беспорядке отступили в западном направлении. Это сражение произошло в конце июня 838 г.
Две арабские колонны соединились у Анкары и оттуда двинулись маршем на Аморий (арабы называли его Амурией), место рождения Феофила, или, по крайней мере, родной город его семьи. (Напомним, что его отец был известен как Михаил Аморийский.) Поэтому Мутасим вознамерился стереть Аморий с лица земли, как император поступил с Зебетрой. Осадный обоз подошел очень быстро, и заработали тяжелые баллисты. Феофил и византийская армия выбыли из игры. Вскоре в крепостной стене образовалась дыра, и город был взят приступом. Согласно сообщениям с арабской стороны, было перебито тридцать тысяч византийцев, а от города не осталось камня на камне. Осада длилась пятьдесят пять дней, с начала августа до конца сентября 838 г. Как заявляют арабские историки, тридцать тысяч женщин и детей было угнано в рабство. Так Мутасим отомстил за злодеяния, совершенные Феофилом в Зебетре.
Когда армия возвращалась назад через перевалы Тавра, вскрылся заговор. Ряд высших военачальников присягнул Аббасу, сыну Мамуна — видимо, в отместку за те милости, которыми Мутасим осыпал тюрков. Заговорщики, включая Аббаса, были казнены, но Мутасиму все еще не суждено было насладиться миром. Афшин достиг вершины своей славы. Именно он окончательно разбил Бабека и, командуя всего одной колонной, дал отпор Феофилу и византийской армии. Халиф был не в силах достойно вознаградить своего великого полководца.
Один или два раза Мутасим по секрету признался Афшину, что не вполне удовлетворен наместником Хорасана Абдаллахом ибн Тахиром. В Табаристане шло восстание некоего Мазиара. Мазиар прежде был союзником Бабека и, возможно, хуррамитом. Афшин был персом родом из Мавераннахра и, очевидно, считал себя потомком древних царей Персии.
Сложно сказать, сочувствовал ли Афшин Мазиару, будучи персидским аристократом, или надеялся, что сам сделается наместником Хорасана, если ибн Тахир потерпит поражение. Во всяком случае, Афшин написал Мазиару, призывая того к восстанию. Однако ибн Тахир разбил Мазиара и захватил его переписку с Афшином. Из этих документов стало ясно, что полководец не только поддерживал мятеж, но, определенно, еще и стремился к свержению династии Аббасидов и восстановлению Персидского царства и зороастрийской религии. Афшин умер в тюрьме.
В ходе расследования деятельности Афшина был взят ряд показаний, из которых становится ясно, что и впрямь многие наемные воины халифа даже не были мусульманами. Поскольку Мутасим покупал многих из них у тюркских племен Мавераннахра, этот факт, вероятно, не должен удивлять. Тем не менее, в этой ситуации была определенная ирония, поскольку, хотя краеугольным камнем халифата была религия, теперь Повелитель правоверных использовал языческих воинов, чтобы властвовать над своими собратьями по исламу. И это притом, что всего двести лет назад первые мусульмане-арабы сметали перед собой армии неверных как сор.
Мутасим умер 5 января 842 г. в возрасте сорока семи лет. Он был человеком огромного мужества, любил войну и охоту и увлекался игрой в поло. Ему был чужд тот интерес к культуре, который отличал Мамуна. Самой заметной чертой Мутасима была его безрассудная страсть к тюркским воинам. Он стал первым халифом, при котором тюрки поднялись до высших государственных должностей.
Мутасим, обладавший прекрасными физическими данными и выдающимся мужеством, был внушительной личностью, вселявшей страх. Когда в лагере у стен Амория начались беспорядки, Мутасим галопом пересек поле с саблей наголо в сопровождении всего одного конного оруженосца. Воины в ужасе отпрянули перед этим огромным человеком, мчащимся на своем скакуне, и халиф в одиночку рассеял мятежников. Однако можно было предвидеть, что контроль над грубыми наемниками станет невозможным, если на смену этой сильной и властной личности придет слабый халиф.
Считается, что после смерти Мутасим оставил восемь миллионов золотых динаров. К тому же золотом было покрыто оружие и снаряжение тюркских войск. Интересно вспомнить, что Карлу Великому, который умер в 814 г., пришлось ввести в обращение серебряные монеты из-за отсутствия необходимого количества золота.
Когда Мутасим умер в 842 г., стороннему наблюдателю могло показаться, что никаких признаков ослабления империи не заметно. Халиф обладал самой могущественной армией в мире, намного превосходившей своих противников, одной колонны которой оказалось вполне достаточно, чтобы отразить всю византийскую армию. Финансовое положение было чрезвычайно прочным, торговля и производство переживали бум, и ничто ни внутри, ни снаружи не нарушало спокойствия в империи. Мутасим оказался сильным и способным правителем, и все же именно он стал основной причиной падения империи, которую так мужественно защищал.
Единовластие в Арабской империи шло от самого Пророка Мухаммада, который явился религиозным наставником, военным вождем и политическим главой своего народа. Так велик был его авторитет, что его наследники стремились лишь сохранить его систему. Тем не менее до падения Омейядов продолжала существовать изрядная доля прежней демократии и патриархальности.
Только страх Аббасидов перед соперниками из клана Омейя побудил их опереться на персов, уничтожить власть арабской аристократии и пренебречь арабскими племенами как источником новобранцев для армии. Арабские жители Куфы, Басры и Дамаска утратили свои воинские достоинства, а племена — нет.
Однако доверие Аббасидов к персам необязательно должно было стать пагубным, поскольку они были мусульманами и хорошо прижились в империи. Однако, на деле персидское влияние оказалось гибельным, приведя к неограниченной тирании. Никто больше не дерзал противоречить халифу, если он совершал крупную политическую ошибку. Как мы уже видели, подданные империи питали жгучую ненависть к ввезенным Мутасимом тюркам, но уже не существовало группировки, достаточно влиятельной, чтобы помешать халифу действовать по собственному желанию.
