Это произошло рефлекторно, неосознанно - мне просто хотелось этого, моим рукам хотелось. В тот миг я ни о чём не думала, наслаждалась переливами волос Стюарта.

Они лились в моей ладони шелестящим шумом, и это было приятное, успокаивающее ощущение. Вампир смотрел в потолок, сложив руки на животе. И нам не нужны были слова - кажется, мы оба устали.

Как долго мы просидели, не проронив ни слова - час или больше, не знаю. Я забыла о времени. Стюарт лежал с закрытыми глазами, и вид у него был безмятежный, будто он спал и видел приятный сон.

Он не подавал признаков жизни, но я чувствовала, что он здесь, со мной.

Незаметно подкралось ощущение тревоги и тяжести, небеса падали на нас, рушились. Я вздохнула, моя рука застыла, сквозь пальцы просыпались волосы Стюарта. Я глядела мимо него невидящим взглядом, чувствуя, как ползёт зло.

Моя магия, согревавшая нас мерцающей вуалью, шелохнулась, и я вздрогнула вместе с ней. Стюарт распахнул глаза и закатил их, чтобы видеть моё лицо.

Послышались голоса, весёлый женский смех - вампиры из обеденного зала перебазировались на лужайку перед склепом. Но среди них я отчётливо ощущала ЕГО.

— Райан, — беззвучно выдохнула я против своей воли.

— Ты так чувствуешь его, что даже мне не по себе, — невольно усмехнувшись, с лёгким изумлением в голосе проговорил Стюарт. — Когда он входит в комнату, из моего сердца всё лучшее и приятное уходит, сгорают счастливые воспоминания. Остаётся мрак, холод и страх.

— Чего ты боишься, Стюарт? — прозрачным голосом спросила я, и даже мне мой голос показался чужим.

Я видела его кошмары, но были и другие, которые не успели раскрыться.

— Одиночества, — поразмыслив, сказал вампир.

Он не касался меня и вёл себя деликатно, если не считать его головы лежащей на моих коленях, что само по себе носило несколько интимный характер. Сложив руки на животе, он сплёл пальцы в замок.

— Не то одиночество, когда уходит женщина, а одиночество в целом. Друзья, все те, кто окружает меня, составляют мой маленький и уютный мир, за границами которого ничего нет для меня. Пустота, безнадёжность, бессмысленная вечность. Только здесь моё место.

Я вздрогнула, ощутив что-то невероятно мимолетное, тёмное, будто рябь на чёрной воде. Стюарт заметил и изящно нахмурился.

— Кажется, я чувствую его шаги, — ответила я на его немой вопрос. — Он набирает силу, и мне это не нравится. Ты тоже чувствуешь?

Он едва заметно кивнул.

— Я ощущаю его присутствие, как приближение грозы. И не могу находиться с ним в одной комнате, стараюсь быстрее убраться.

— А остальные чувствуют то же самое?

— Думаю да.

— Тогда почему ты оставляешь Киру наедине с ним?

— Я вижу, как ей тяжело, поэтому не могу видеть её мучения. Защитников у Киры хватает и без меня. А если вмешаюсь, то это будет расценено, как вызов Райану. Мне это совсем не нужно.

Я задумчиво перебирала волосы Стюарта, наматывала непослушные пряди на пальцы.

— Кем бы он мог быть, по-твоему? Демоном, злым духом или невиданной экзотической нежитью?

Стюарт задумчиво улыбнулся. Я улавливала его взгляд на себе, но упорно смотрела мимо.

— Заблудшей душой давно убитого вампира, — предположил Стюарт. — Было бы логично, как думаешь?

— Кира высушила источник мёртвых душ, — кивнула я. — Одна из них могла проскользнуть в наш мир и юркнуть в того, кто находился ближе всего.

— Почему не в Киру?

— Потому что она является сосудом, сдерживающим эти души, их тюрьмой.

Я подумала о том, что произойдёт, если однажды она не выдержит, и её самоконтроль треснет? Сколько тьмы вырвется на свободу? Стюарт помрачнел, с его лица ушли эмоции, оно разгладилось - я поняла, что он подумал о том же.

— Я считала, что твои страхи касаются только Киры, связаны с ней. Чего ты на самом деле боишься, Стюарт?

Вампир чуть заметно прищурился, закусив соблазнительно губу, и не сумел сдержать улыбку.

— Почему мы только обо мне говорим? Расскажи о себе, Эшли. О твоей жизни по ту сторону кованых ворот.

— Моя жизнь не настолько интересна, — смутилась я. — А почему ты уходишь от ответа? Я уверена, что ты не об одиночестве вспоминаешь, когда Райан заходит в комнату.

Лицо вампира утратило живые краски. Он посмотрел мне в глаза и обжёг ледяным взглядом. На языке появился привкус его силы.

— Подумай, Стюарт, — мягко попросила я. — Мы думаем, будто чего-то боимся, но зачастую это не имеет ничего общего с нашими истинными страхами.

— Её смерть, — холодно и почти беззвучно произнёс вампир, но я услышала. — Но пока ты рядом, мне не приходят в голову мрачные фантазии, никакие страхи не тревожат сердце.

— Я избавляю тебя от чар Райана? — изумилась я и склонилась, чтобы видеть его лицо.

Стюарт загадочно возвёл глаза к небу, но я поймала его взгляд. Он виновато улыбнулся.

— Твоя магия разгоняет тьму, исходящую от него. До твоего приезда, Эшли, я угасал, словно расплавленная свеча. Ему было достаточно войти в комнату, чтобы повергнуть меня в ужас моих собственных мыслей.

— Поэтому ты приклеился ко мне? — догадалась я и убрала руки от его волос.

— Совсем не так, — возразил он и, запрокинув голову, взял мои руки и накрыл их своими ладонями. — Ты стала для меня утешением, и будет очень тяжело расставаться с тобой, когда придёт время. А ведь оно придёт, это неизбежно.

— Увы, — только и смогла сказать я и опустила голову.

В воздухе запахло хвоей и лесными цветами, теми необычными и красивыми, которые прячутся в глуби леса под сенью старых деревьев, поросших мхом. Я втянула аромат магии Вивиан и на душе сразу как-то посветлело.

— Похоже, мы пропускаем всё самое интересное, — тяжело вздохнув, сказал Стюарт.

Он поднялся и сел на скамье. Его самодовольная, соблазнительная ухмылка больше не трогала моё сердце. Пусть так и остаётся.

— Я должен это видеть, — сказал он и одним неуловимым движением оказался на ногах.

Я ахнула, когда он, слегка наклонившись, протянул мне руку.

Мы вышли из беседки и направились к дому по тоннелю из деревьев. Кора на стволах сияла, подсвеченная изнутри, и была похожа на кожу сказочного существа.

Сухие ветви пробуждались и переплетались, обрастая почками. Из почек появлялись листья и распускались нежно-розовые цветы. Трава вдоль дорожки мерцала росой, а ведь мгновение назад здесь была мёрзлая земля.

Я провела кончиками пальцев по шероховатости коры дерева, и она оказалась тёплой на ощупь. Воздух благоухал зеленью и хвоей, лучистый ветер нёс запах весны.

На лужайке перед зданием собрались вампиры, а Вивиан демонстрировала чудеса. Это так новое романтическое увлечение действовало на целительницу?

Ведьма опустилась на колени и коснулась ладонями почвы, наполнила жизнью, и вокруг неё вспыхнуло поле магии. Серебристо-зелёное мерцание озаряло воздух, раздувалось, словно мыльный пузырь.

В зрачках каждого из вампиров, как в чёрных зеркалах, загорались огни, и отражалось лицо целительницы. Жители дома стекались к ней, обступали и взирали на волшебство, как на праздничный фейерверк - с выражением безграничного покоя на лицах.

Жутковатое зрелище. Я ощутила сладковатый привкус чар и нахмурилась. Что это значит?

Сбавив шаг, я оглядела толпу перед входом. Кира стояла у края дорожки внутри шара и держала под руку Райана, опустив голову ему на плечо. Так же, как и все, он был охвачен магией Вивиан.

Замерев перед поляной, я посмотрела на Стюарта - он не меньше меня оказался удивлён. На красивом лице тенью отразилось сомнение, смешанное с приятным изумлением.

В воздухе мерцали частички пыли, смешивались с густой силой, перед её цветочно-медовым запахом невозможно было устоять. Целительница создала что-то вроде стеклянного шара и заключила в него всех, кто почуял чары и полетел на них, как мотылек.

Я коснулась их пальцами - чары натянулись, но не поддались и не впустили меня. Не особо и хотелось.