— Можно я хотя бы возьму свой рюкзак?

— Нет — Флор ткнула меня пистолетом в бок, направив острие в одно из тех мест, которые она обработала прошлой ночью — Шевели задницей.

Я подумал о том, чтобы убежать, когда, спотыкаясь, выбежал во двор, но бежать было некуда. Если я так поступлю, меня просто пристрелят. Для нас с Бертраном лучшим выходом было бы сделать так, как они сказали. Оказавшись снаружи, мы могли бы забраться на дерево и подождать до утра, а затем попытаться спуститься в деревню. Это казалось разумным планом, пока я не вспомнил о медвежьих лапах у волков. Что-то подсказывало мне, что они воспользуются ими, чтобы забраться за нами.

Мы пришли в палату Бертрана и обнаружили, что он сидит в углу, что-то записывая в блокноте, который он держал на коленях. Его волосы встрепенулись, когда он просматривал открытые тексты по обе стороны от себя.

— Пора выезжать — позвал Джеймс.

Лицо Бертрана вытянулось, его взгляд, казалось, переместился из какого-то далекого мира. Он откинул волосы набок и, прищурившись, посмотрел на заостренное оружие, блеснувшее в свете его маленького костра.

— Что это значит?

— Ты был прав — сказал я ему — Они — парочка негодяев. Они собираются отправить нас на съедение волкам и отдать книги какому-нибудь коллекционеру, чтобы те могли купить себе айподы и модную обувь.

— О, не будь таким занудой — сказал Джеймс — Если бы ты проявил чуть больше интереса к нашей работе, мы бы, возможно, пригласили тебя присоединиться к нам. Нам нужен новый переводчик.

Я вспомнила свою реакцию на обеде в деревне, когда Флор предложила разделить добычу. Еще один тест.

— Почему? — прорычал я — Что случилось с твоим последним?

— У нас возникли разногласия — сказала Флор — А теперь двигайтесь. Вы оба.

Я ожидал, что Бертран начнет сопротивляться, но он стоял на четвереньках и собирал свои блокноты.

— Оставьте их — приказала Флор — Они не принесут тебе там никакой пользы.

— О, позволь ему забрать их, любимая — прошептал Джеймс — Это займет его руки, и мы сможем забрать их отсюда без особого шума.

Бертран, прихрамывая, подошел ко мне, прижимая блокнот к груди и дико вращая глазами. Обнаружение текстов значило для него все.

— Им это с рук не сойдет — выплюнул он — Будь я проклят, если им это сойдет с рук.

— Сохраняй спокойствие — прошептал я — Мы что-нибудь придумаем, когда окажемся снаружи.

Он проигнорировал меня, роясь в своих блокнотах, пока Джеймс и Флор подталкивали нас во двор. Я увидел, что забаррикадированный вход больше не был полностью забаррикадирован. Камни были сдвинуты, и одна из деревянных балок отодвинута в сторону, чтобы мы с Бертраном могли протиснуться внутрь. Холодный ветер, проникавший в монастырь, доносил вой волков. Не близко, но и не слишком далеко.

Ворчание Бертрана рядом со мной перешло в грубое бормотание.

— Сохраняй спокойствие — рассеянно повторил я, пытаясь вспомнить местность за пределами монастыря. Если бы мы смогли найти пещеру в скале, где можно было бы укрепиться, у нас был бы небольшой шанс пережить ночь.

Бормотание Бертрана стало громче.

— Заткнись — сказала Флор, и я тоже так подумал. Он собирался проветрить нас обоих. Но когда я обернулся, то обнаружил, что он больше не бормочет просто так. Он читал что-то в одном из своих блокнотов. И я узнал слова. Это было заклинание, призванное вызвать что-то темное и могущественное, идея, которая всего несколько дней назад могла показаться мне безумной.

— Будь осторожен — прошептал я, вспомнив предупреждение, содержащееся в Книге душ — Что бы ты ни вызвал, тебе придется записать обратно.

Но атмосфера монастыря уже начала меняться. Что-то высасывало кислород, затрудняя дыхание. И поднимался неприятный запах. Приторно-сладкий запах, который, как колючки, застрял у меня в горле. Я понял, что это запах того, что призывал Бертран.

— Сначала француз — сказала Флор, когда мы подошли к входу — Я больше не могу его видеть

Бертран резко выпрямился, и блокноты выпали у него из рук. Он так и стоял, широко раскрыв глаза, пока я не подумал, что у него припадок. Я схватил его за неподвижную левую руку и встряхнул.

— Бертран?

Когда он повернулся, я отпустил его и, пошатываясь, отступил на шаг. Чернота застлала его глаза, как пролитые чернила. И его губы растянулись в улыбке, такой широкой, что она казалась мучительной.

— Ты больше не можешь выносить Бертрана? — сказал он Флор чужим голосом, как будто что-то гудело глубоко в его горле — Что ж, возможно, он больше не может выносить твоего вида.

Его улыбка сошла с лица, и изо рта вылетело жужжащее черное облако. Осы, с ужасом понял я. Флор успела закричать, прежде чем осы облепили её лицо и заглушили крики.

— П-Прекрати это — Огромные глаза Джеймса перевели взгляд с распростертого тела Флор на Бертрана, или во что там превратился Бертран. Вспомнив, что у него в руках винтовка, Джеймс поднял её — Прекрати! Убери их от нее!

Бертран рассмеялся.

— Как пожелаете.

Он взмахнул рукой, и сотни ос взлетели с Флор и облепили Джеймса. Он закричал и отшатнулся назад, раздались выстрелы из винтовки, как будто рой был существом, чье сердце он мог пронзить. Я присел рядом с Флор и убрал безвольную руку, закрывавшую её лицо. Она совсем не походила на ту женщину, какой была всего несколько мгновений назад. её лицо было обезображено красными рубцами, глаза превратились в две блестящие морщинки, губы напоминали плод, лопнувший на солнце.

О Боже . Я опустил её безжизненную руку.

Надо мной раздался смех Бертрана, похожий на тошнотворное жужжание.

— Ты смеешь оскорблять Демона-Осу, мать выводка, матрону смерти.

 Я прижал руку к носу, от приторного запаха я чуть не задохнулся.

— Помоги мне, Эверсон! — Джеймс закричал, перекрывая шум сгущающегося роя — Ради бога, помогите мне!

Он споткнулся об обломок колонны. Когда он упал на спину, осы накрыли его блондинистую фигуру, словно черным одеялом, заглушая его крики. Мгновение спустя его сведенные судорогой руки безвольно повисли по бокам, разряженная винтовка со стуком ударилась о камень.

Стоя спиной к Бертрану, я оставил тело Флор и направился ко входу в монастырь. Осы поднялись с Джеймса и вернулись к Бертрану, направляясь к нему в рот. Очевидно, в коллекции была еще одна книга заклинаний, темная, которая попала в руки Бертрана. Я не знал, как именно работает одержимость, не знал, сколько от Бертрана осталось в его теле. Но я не планировал задерживаться, чтобы выяснить это.

Я был почти у самого проема, когда из темноты за ним сверкнули глаза, и в образовавшееся пространство просунулась толстая, щелкающая зубами морда.

— Черт! — Воскликнул я, отшатнувшись назад.

Передние лапы протиснулись внутрь, когда волк, извиваясь, просунул голову. В образовавшиеся щели просунулось еще больше клыкастых морд. Я бросил взгляд на Бертрана. Он расчесывал пальцами волосы обеими руками, как будто чистил пару антенн. Мой взгляд скользнул по внутреннему двору. Во всех монастырских комнатах не было дверей. Нигде нельзя было спрятаться от волков, или Бертрана. А мой перцовый баллончик не смог бы надолго удержать их на расстоянии.

Книга Душ, подумал я.

Я бросился бежать к комнате, где Джеймс оставил его.

Позади меня волк ворвался внутрь с пронзительным криком, его толстые когти царапали камень, набирая скорость. Но новое жужжание перекрыло вой волков.

— Летите, мои красавицы — сказал Бертран — Убейте их.

Да, пожалуйста, убейте.

— И человек тоже.

Дерьмо.

Я ухватился одной рукой за дверной проем спальни и втиснулся в бывшую комнату Флор. Волк проскочил мимо двери, дернулся и попытался затормозить. Я отшвырнул ногой сумку Флор и титановый футляр, схватил "Книгу душ" и прижался спиной к стене. Я открыл книгу и пролистал до конца. Для большинства заклинаний в книге требовалось нечто, называемое призмой и Словами силы.