Народу родители наприглашали много, судя по количеству припаркованных машин. Босс еле вместил своего монстра в самом дальнем уголке.

— По ходу, мы самые последние, — уныло констатировала я, оглядывая вереницу автомобилей.

— Зато нас сразу увидят все, — «обрадовал» шеф.

Он как раз в это время доставал с заднего сидения коробку с подарком. Я давно заказала канцелярский письменный набор из обсидиана. Обошёлся он, конечно, в копеечку относительно зарплаты редакционного переводчика, но на подарок к юбилею отчима не жалко. И босс примазался — выяснив, что виновник торжества курит, решил преподнести коробку дорогих настоящих кубинских сигар. Всё это упаковали вместе в стильную мужскую подарочную коробку, которую, на правах главного в нашей паре, юбиляру вручит шеф.

Я шла по дорожке к дому родителей и нервничала: как всё пройдёт? Маменька грозилась свести с каким-то найденным женихом, а я пришла со «своим женихом». Ой, что-то мне уже нехорошо. Покосилась на безмятежно улыбающегося шефа и ещё больше занервничала: а он-то что так радуется? Что в кои-то веки настоящий выходной? Или предвкушает очередной скандал со мной в главной роли? Надо бы его обломать, — отмазаться не получится. Будем делить главную роль на двоих и позориться, если что, вместе.

Охранник, скользнув взглядом по моему спутнику, улыбнулся краешком губ, поприветствовал и пропустил на территорию, в глубине которой уже во всю шёл банкет. Отчим обнаружился в компании двух семейных пар, мне неизвестных. Вероятно, какие-то новые «нужные» люди. Маменька фарфоровой статуэткой прилипла к мужу и лучезарно улыбалась такими же фарфоровыми зубками. Она первая заметила меня, что-то прочирикала гостям и величаво, но расторопно, двинулась в нашу с боссом сторону.

— Маша, — шеф тоже заметил кого-то знакомого среди гостей и намеревался подойти к нему. — Я оставлю тебя не надолго, буквально на минутку, не скучай.

К моменту, когда ко мне приблизилась маменька, он уже усвистал.

— Ты всё-таки привела с собой ухажёра! — недовольно сказала маман, глядя в спину моему спутнику. — Слава богу, хватило ума прилично одеть его.

— И тебе здравствуй, — вздохнула я.

В этом вся моя маменька — ей абсолютно наплевать на моё мнение, если оно расходится с её мнением.

— Пойдём быстрее, — потянула она меня за руку. — Пока Вадима не увела какая-нибудь более удачливая девица. Вон их сколько! — кивнула на группку молодых девушек, оживлённо болтавших между собой и стреляющих глазками на прогуливавшихся тут же мужчин.

Вырваться из железного матушкиного захвата не обратив на это внимание окружающих, было невозможно. Это она с виду такая миниатюрная и воздушная, а на самом деле — волчица. Занятия фитнессом и в тренажёрном зале дают свой результат.

Тётя Люда — мамина подружка со школьной скамьи, — стояла около фуршетного стола и лакомилась тарталеткамис красной рыбой. Рядом скучал высокий плотный мужчина неопределённого возраста, ближе к среднему. Наверное, это и есть тот самый Вадим. Он лениво пережёвывал очередную тарталетку с морепродуктами, а вот глаза довольно энергично шарили по гостям. Наверное, искали жертву для похода в ЗАГС. Почему я так подумала? Так в здравом уме за это лохматое чм… чудо вряд ли кто пойдёт, разве только от безысходности. Вот моя маменька и решила, что для меня она, эта самая безысходность, и настала.

— А вот и моя старшенькая! — провозгласила маман, выпихивая мои восемьдесят пять килограмм на передовую. — Умница, красавица, знает четыре языка, с квартирой! — взахлёб начала расхваливать «свой товар».

Вадим с пренебрежением прошёлся по моей фигуре, но на верхних частях тела остановился подольше и в глазах появился интерес. Маменька, заметив это, решила закрепить:

— А готовит как! Просто пальчики оближешь!

— Ну, по ней заметно, — фыркнула тётя Люда. — Вадику больше стройные девушки нравятся, но… А где, говорите, квартира у неё?

— Почти в самом центре! — вдохновенно вещала маменька. — Новый дом. Подкова, знаете?

Тут уж и тётка оживилась.

— В собственности или с кем-то на паях?

— В собственности, конечно! — маман незаметно ущипнула меня за попу, чтоб я, значит, не сболтнула про ипотеку.

Ладно, дорогая родительница, про ипотеку не буду, а про «жениха» скажу!

— Приятно познакомиться, — процедила сквозь зубы, а затем открыто улыбнулась: — Прошу простить, я здесь с женихом, он отлучился на минутку, пойду, поищу его. Мы ведь ещё папу не поздравили.

— С женихом? — тётя Люда недоумённо переглянулась с Вадимом и с возмущением воззрилась на маман. — Как же так, Алиса? Ты ведь говорила!

Навязываемый жених, похлопав глазами с коровьими ресницами и скумекав, что в пролёте, повернулся к столу и принялся самозабвенно жрать угощения. Чтоб тебе там мышиный хвост попался!

— Ой, да не слушайте вы её! — отмахнулась маменька. — Очередной нищеброд лезет в нашу семью!

Вадим снова вдохновился возможностью обрести жилплощадь в центре, и ускорил процесс поедания тарталеток. Даже толком не прожевав последнюю порцию, он потянулся ко мне с протянутой рукой для знакомства. Вид неаккуратно жующего мужика с крошками на подбородке откровенно раздражал и вызывал отвращение. Хотя, может, это во мне взыграло упрямство: не нужно мне никого сватать! Сама решу!

— Вадим, — прошамкало великовозрастное чм… чудо в попытке сцапать мою ладонь.

— Приятно познакомиться! — я шарахнулась в сторону, но была водворена на место строгой родительницей. Ну, хоть этому не удалось дотронуться.

— А на свадьбу Олег подарит молодожёнам новенькую иномарку! — с удовольствием выдала планы отчима маменька.

Тётя Люда с Вадимом оживились уже более заметно. Она даже благосклонно качнула башней на голове:

— Ну, небольшая полнота невесты, может, и к лучшему, — рассудила «сваха». — Кто знает, как у неё будет беременность протекать. В таком возрасте токсикоз особенно тяжек.

Ну, маменька! Только нежелание портить отчиму праздник дали силы вытерпеть этот бред. Всё же он хороший мужик, скандала на юбилее от членов семьи не заслуживает.

— Да-а-а, — протянул Вадим, рассматривая меня словно племенную корову. — Пусть будет полная. Хороша Маша!

— Хороша Маша, да не ваша! — голосом, которым можно заморозить всё вокруг, обозначил своё присутствие босс. И поговорка к месту пришлась! — Любимая, я родителей здесь видел, пойдём, поздороваемся.

И, обняв меня за плечи, предварительно чмокнув в висок, он повёл меня прочь. Спиной чувствовала растерянность маменьки и её подружаки. Конечно, ведь на торжество абы кого не приглашали. Значит, родители моего жениха нужные для семьи люди.

— Ты серьёзно? — прошипела я, как только удалились на значительное расстояние. — Твои родители здесь?

Ответить босс не успел: нам навстречу вышагивал отчим с распростёртыми объятиями. Сзади слышалась дробь маменькиных каблучков — бежала, родимая, чтоб не пропустить знакомство моего жениха и своего мужа.

— Машенька! Дорогая! — сверкал улыбкой отчим. — А я уж думал, что случилось, почему моя старшенькая всё не едет?

Да, мой отчим никогда не отделял меня от своих родных детей. Иногда мне казалось, что любит он меня больше, чем Виолетту. За сына ничего не могу сказать, мальчишки они и есть мальчишки, всегда ближе к отцам, чем к матерям, за небольшим исключением.

— Пробки, — виновато ляпнула я. Ну, а что? Не говорить же ему, что в салоне просидела? Там накладка вышла, мастер мой заболела, пришлось всовываться в очередь к другому. В принципе, это стало своего рода пробкой. Так что, не соврала.

— С кем это ты? — переключил внимание на босса отчим.

— Это мой жених, — заставила я себя выдавить. — Познакомьтесь. Борис, — представила я шефа. — А это мой любимый отчим, который лучше всех пап в мире!

Отчим от такого сравнения засверкал сильнее кремлёвской новогодней ёлки. Однако это не помешало ему просканировать новоявленного жениха падчерицы с ног до головы. Наверное, он остался доволен, так как первый протянул руку.