Как выяснилось, нас тогда спалили девчонки. Они видели, как мы с мальчиком наперегонки побежали в лес собирать шишки. Я тогда очень разозлилась на них. Мне хотелось отомстить им и показать другу детства, что я тоже могу позаботиться о нём. Что он для меня важен!

— Эй, крокодилиха, — услышала я на ухо. Стефан схватил меня за волосы и с силой потянул свою руку вниз, открывая моему взору хмурое лицо его брата. — Открывай рот и высовывай свой язычок. Пока прибрать за собой, почистить ботинки Матея. Он у нас чистоплотный, — его негромкий смех отдавался тревожной дрожью в теле.

Я успела лишь судорожно вдохнуть немного воздуха перед тем, как носом почти соприкоснулась с чёрной кожаной обувью. Пелена слёз никуда не делась. Я шмыгала носом и часто моргала, пока Стефан с силой держал меня за волосы. Он сел рядом на корточки и запах его парфюма окутал моё обоняние.

«Деньги большие. Но только не суйтесь к Лам де Вель! В этом поместье живут особенно жестокие мальчики»

Слова горожан, что разводили множество слухов об этом месте появлялись в моей голове в этот момент, прошибая испугом и холодным потом. Я чувствовала себя настолько бессильной, что молча продолжала плакать, надеясь на чудо. Через плотную пелену слёз я заметила, как одна нога Матея двинулась ближе ко мне. К моему лицу, что находилось слишком близко к полу. Там буквально оставалось пару сантиметров.

— Моё терпение не вечно. Знаешь, что будет, если ты этого не сделаешь? — Стефан говорил медленно и игриво. Явно насмехался надо мной и моим положением.

Я же продолжала молчать, безмолвно глотая слёзы. А когда носок чёрного кожаного ботинка стал ещё ближе, я не выдержала — закрыла глаза и громко выпалила:

— Я выполняю только поручения мистера Леви!

Я и сама не могла разобрать того, что сказала из-за слёз и всхлипов. Но в любом случае это не возымело никакого эффекта.

Стефан низко рассмеялся, чуть ослабляя хватку на моих волосах. Я немного выдохнула, подумав, что теперь они меня отпустят. Сморгнула поток слёз, делая глубокий вдох, а потом перед моим лицом резко появилось лицо Матея. С выражением полного отвращения, он присел передо мной на корточки и больно сжал мой подбородок, чем напугал, зарождая по всему телу ледяные мурашки. Надавил пальцами на щёки, отчего я открыла рот и нагло схватил меня за язык. Я заорала, а он выглядел так, словно его сейчас стошнит.

Стефан снова сжал в кулаке мои бедные волосы, тем самым удерживая мою голову на месте. Боль в коленях осталась где-то позади. Я вообще ничего кроме страха за свой язык не ощущала.

Они ведь не собираются сделать с ним что-то ужасное?!

Боже, пожалуйста…

По коридору послышались шаги, тяжёлые и медленные, после чего я услышала мрачный и такой знакомый голос:

— Какого хрена вы делаете с моей служанкой?

Над нами троими возвышался первый сын семьи Лам де Вель. Его присутствие давило и казалось, что стены в этом проклятом коридоре сужаются. Я зажмурилась, помнила слова Николая о том, что смотреть на мистера Леви запрещается. Он неплохо относится ко мне и усугублять это шаткое, но нормальное отношение я не желала всем сердцем. Меня вообще дёргало из стороны в сторону. Я ругала себя за трусость и одновременно мечтала сбежать к Габриелю.

Матей выразительно цокнул, прекращая издеваться над моим бедным языком и поднялся на ноги. Я тоже хотела последовать его примеру и наконец-то сбежать от этих чудовищ, но Стефан усилил хватку до невозможности и искр из глаз. Буквально на пару секунд, после чего всё же отпустил, поднимаясь следом за братом.

Ни черта не видя перед собой, я тряслась, учащённо дышала, пытаясь осторожно, но как можно быстрее встать на ноги. Ноги были ватными и не слушались, я шаталась. Не слышала, о чём они говорили. Смотрела в пол, судорожно разворачиваясь, чтобы уйти и привести себя в порядок. Надеялась, что мистер Леви уладит эту ситуацию, и такого больше не повторится. На большее я уже не рассчитывала. Определённо слухи об этой семейке были верными. И мне стоило быть очень внимательной и сосредоточенной в стенах особняка.

Сделала пару шагов, прислоняя ладони к щекам, а после попыталась поправить волосы и чепчик, даже не представляя, как я сейчас выглядела. Не заметила, как наткнулась бедром на уборочную тележку. Колёсики развернулись, и я, почти лёжа на ней, поехала к стене. Широко распахнула глаза, смотря в стену, с которой вот-вот должна была столкнуться. Но чья-то рука перехватила ручку тележки. Я замерла по инерции падая с неё назад, как и ведро, в котором была всё та же грязная вода, что сейчас забрызгивала белоснежные спортивные штаны Стефана.

У меня сердце из груди почти выпрыгнуло, а паника окутала с ног до головы. Особенно, когда мистер Леви спокойно, но твёрдо произнёс:

— Пошли вон.

Слова первого сына зародили во мне неоткуда взявшиеся силы, и я, торопясь, принялась протирать лужицу на полу. В груди часто стучало, лицо горело. Я не смотрела по сторонам, только слышала возмущение Стефана и Матея, а после и то, как они, кажется, удалялись по коридору.

Над моей головой прозвучал глубокий вдох. Я вся сжалась от страха.

Вот теперь он меня уволит, да?..

— Лучше тебе превратиться в мышь, а не создавать себе проблем. Приведи себя в порядок и приступай к работе, — его голос тяжёлый, мрачный. Такой, которому тут же хочется подчиниться.

Кивнула несколько раз, смотря в пол перед собой. Туда тут же упала капля моей слезы, которую я протёрла тряпкой.

Через несколько секунд я осталась одна, выдохнула и тихонько начала плакать, собираясь уйти в домик прислуги.

Сегодня первый день мой работы в этом поместье, а я уже успела потратить достаточную часть нервных клеток. Но назад дороги не было, мне требовалось пережить три месяца. И как-то придумать передвигаться так, чтобы не встретить эту жуткую парочку братьев снова.

Я умывалась, когда в ванную комнату вошла Марта — служанка, что принесла мне утром форму горничной.

— Ну как первый день? — спросила она, улыбаясь, и начала мыть руки.

— Могло быть и лучше, — тихо ответила, пальцами приглаживая волосы.

— О, понимаю. Я тут уже две недели, но мне повезло. Смотри, — она закрывает кран и подносит одну ладонь ко мне, демонстрируя длинный светло-синий след на тыльной стороне, прямо над костяшками.

— И… — хмурюсь, переводя на неё взгляд, — ты называешь это «повезло»?

— Верно. Когда второй сын прищемил мне руку, миссис Рахель проходила мимо. После этого Николай перевёл меня к ней, так что теперь я можно сказать сорвала куш, — Марта подмигивает, вытирая руки полотенцем.

Я невольно вспомнила как зовут миссис Лам де Вель. А её мужа — мистер Шарль.

— А кто второй сын?

— Матей. Он и третий ещё те ублюдки, будь осторожна, Нора, не попадайся им на глаза. Они невероятно красивы, но только снаружи. Им вообще никого не жаль, и матушку свою они не слушают, — вздыхает она. — Ладно, я побегу, дел ещё куча. Увидимся.

Она ушла, а я осталась. Смотрела на своё отражение, боясь возвращаться в особняк. Что, если они ждут меня там, чтобы сотворить то, что задумали? Ещё и дурацкая вода испачкала штаны Стефана. Возможно ли, что меня и их заставят вылизывать?

Я поморщилась, вертя головой. Мистер Леви вроде поговорил с ними, всё должно быть хорошо. Специально они не будут искать меня, а я постараюсь не попасть им на глаза.

Господи, как я рада, что не оказалась служанкой кого-то из них!

Остаток дня прошёл спокойно, хоть я каждый раз, выходя из комнаты первого сына, оглядывалась по сторонам и ощущала колкие мурашки, что прямиком устремлялись к копчику. Я вымыла душевую кабину и даже вовремя принесла ужин. И вот теперь сидела в своей комнате и поглаживала локоть, что немного чесался под бинтом.

Уже вечерело. Из особняка слышалась отдалённая музыка, а ещё на территорию поместья въехало не меньше двадцати дорогих и красивых автомобилей. Я наблюдала в окно за тем, какие нарядные женщины и мужчины выходили из них. Ещё я заметила тех трёх девушек, одна из которых меня вчера толкнула. Наверняка набралась такого поведения от своих двух кареглазых друзей.