— Это уже не имеет значения, — сказал Элиас. — Совсем скоро мы сможем сами войти в этот дом, не дожидаясь возвращения мистера Уинтерса.

Три пары глаз вопросительно уставились на него.

— Я отправил запрос в столицу на ордер для обыска, — пояснил он. — Ждать осталось недолго.

— Недолго — это сколько? — уточнила Джулиана, терпение которой закончилось. — Пока это «недолго» истечёт, пройдёт ещё неделя! А то и две! Мы не можем просто ждать!

— И что ты предлагаешь? — спросил Элиас, посмотрев на неё.

— Нужно действовать! Взять и зайти самим! — выпалила она. — И вообще... Мы должны были сделать это ещё тогда!

— Это опасно, Джулиана. Если этот человек и вправду похититель магии — а всё указывает как раз на это, — то на входе может быть установлена магическая ловушка. С ордером я смогу использовать служебный артефакт для подавления чужой магии. Без него — нет. Это нарушение всех протоколов.

— Вечно ты со своими протоколами! Зануда, — Джулиана надула губы, словно рассерженный сыч. Её взгляд скользнул к дому Эрни, и в зелёных глазах вспыхнул почти дьявольский огонёк. — Через дверь идти опасно, но мы ведь можем воспользоваться и иным путём.

Элиас удивлённо вскинул брови.

— И как же, интересно? Ты умеешь проходить сквозь стены? Если да, то место в Пионтонском бюро дознания тебе гарантировано, можешь не сомневаться.

— Чтобы ты знал, никто не может проходить сквозь стены. А мы попадём в дом через дымоход, разумеется, — объявила она с торжествующим видом.

— Что за глупости? — Элиас скривил лицо, и Джулиане страсть как захотелось хорошенько встряхнуть его, чтобы сбить этот надменный вид. — Забудь! Лазать через дымоход мы не станем! Я не намерен ставить под удар свою карьеру из-за чьей-то неспособности проявить элементарное терпение.

— Почему это нет?! — возмутилась Джулиана. — Да я в этом ас! Спроси у Люси и Гейба!

Те тут же принялись кивать и наперебой рассказывать, как ловко она когда-то проникла через дымоход в дом миссис Купер.

— Я сказал нет, и это моё последнее слово! — вспылил Элиас. — Это опасно для жизни!

— А я тебя и не спрашиваю, — фыркнула в ответ Джулиана. — Оставайся, если боишься!

— Клянусь, я нацеплю на тебя наручники! — пригрозил он.

— Попробуй, — она протянула ему руки. — Но это ничего не изменит.

Элиас закатил глаза и тяжело вздохнул, выпуская в морозный воздух белое облачко пара.

— Не верится, что я на это соглашаюсь... Но ладно. Поступайте как знаете.

Как только густая темнота окутала всё вокруг, они вчетвером крадучись подобрались к дому. Габриэль, самый сильный и рослый, помог Элиасу, а затем и Джулиане забраться на пологую, заснеженную крышу. Сам он с Люси остался внизу, пообещав подать знак, если что-то пойдёт не так.

Наверху ветер был сильнее. Элиас осмотрел кирпичную трубу и скептически изрёк:

— Не хочу тебя огорчать, но вряд ли ты пролезешь. Он малость узковат.

— Много ты в этом понимаешь! — фыркнула Джулиана. — Ты хоть раз в жизни пробирался через дымоход? Небось, даже мысль такая в твоей голове не рождалась!

— Естественно, — ответил Элиас, наблюдая за тем, как Джулиана вертится вокруг дымохода, явно примеряясь. — Я ведь ещё в своём уме. И в отличие от тебя, я умею пользоваться входной дверью. Это удивительное изобретение открывается и закрывается.

— Ну а я лазила! — важничала Джулиана, не обращая внимания на его слова. — И всё со мной в порядке!

— Ага, оно и видно, — пробурчал Элиас. — Только здравый смысл растеряла. Он, видимо, так и остался в дымоходе миссис Купер.

В очередной раз пропустив его слова мимо ушей, Джулиана с решительным видом шлёпнулась в дымоход головой вперёд. Что ж... Идея, как и предсказывал Элиас, оказалась провальной. Узкий кирпичный проход, щедро сдобренный вековой сажей, зажал Джулиану, и она мгновенно застряла в нём. Снаружи остались торчать лишь беспомощно дёргающиеся ноги и та часть, что размещалась чуть выше ног, — ни продвинуться вперёд, ни выкарабкаться назад.

— Ну ты, как я погляжу, уже на месте. Блестящая работа, просто молниеносно! — раздался невозмутимый голос Элиаса, пробиваясь сквозь толщу кирпича.

Джулиана беспомощно дёрнулась, осознавая всю глубину провала. В прямом смысле слова. Можно было даже не сомневаться, что теперь Элиас не упустит повода позлорадствовать. Впрочем, с этим она разберётся позже. Сейчас главное выбраться из трубы, которая держала крепко.

— Я… кажется... я застряла, — сдавленно призналась она, чувствуя, как жар стыда разливается по щекам.

Сверху донёсся тихий смешок.

— Застряла? Не может быть! Ты просто скромничаешь. Ты же наш главный специалист по дымоходам! Ас, так сказать! Мне бы до твоего уровня. Пожалуй, и впрямь стоит написать в Пионтонское бюро нашему главе. Такой ценный кадр, как ты, просто не имеет права пропадать в безвестности!

— Помоги мне, чёрт побери, а не болтай! — зашипела она, отчаянно дёргаясь в саже. Ещё немного, и шапка свалится с её головы.

Голос Элиаса приобрёл ленивые, подтрунивающие нотки.

— Знаешь, с этой стороны вид просто загляденье. Очень... вдохновляющий.

Джулиана покраснела, как рак, будто её и впрямь поджаривали в трубе. В приступе ярости и стыда она забилась с новой силой. Неужели он пялится на неё? Да уж точно пялится! Она буквально чувствовала его взгляд на своей...

— Не смей смотреть, слышишь? Я запрещаю тебе! Запрещаю, Элиас Донован! Тащи меня отсюда, немедленно!

Она готова была крикнуть громче, но поостереглась, боясь, что их обнаружат.

— Как невежливо, — с притворной обидой вздохнул он. — После таких слов я, пожалуй, и не буду. Лучше ещё минутку полюбуюсь, как та часть тебя, что ещё с утра натирала пол, теперь воодушевлённо взирает на звёздное небо.

Джулиана выругалась. На этот раз Элиас рассмеялся не громко, но открыто.

— Боже мой! И это лексикон благородной девицы, дочери нашего уважаемого губернатора?

— Элиа-ас! — рявкнула Джулиана, пообещав себе, что непременно оторвёт ему голову, как только выберется из этого кирпичного плена.

— Ладно, ладно, шучу я, шучу! Во всём, кроме «вдохновляющего вида». Вот это — чистейшая правда.

Он подошёл к ней, крепко обхватил её за талию и, уперевшись, потащил на себя. Джулиана ахнула. Она бы непременно отстранилась, да только возможности такой не было: спереди — труба, а сзади — Элиас.

— Ты что делаешь? Ты же прижимаешься ко мне… ко мне самой! А ну-ка отойди!

— По-другому не вытащить, — раздался его невозмутимый ответ, после которого Джулиане показалось, будто он прижался ещё теснее. — Придётся тебе немного потерпеть. Хотя, если настаиваешь, я могу оставить тебя здесь, в дымоходе...

Джулиана надулась, но спорить не стала. Он прав, и осознание этого злило её ещё больше. Ладно, она как-нибудь переживёт это вынужденное... физическое взаимодействие. Хорошо, что здесь кроме них двоих никого не было.

«Это нужно для дела и только», — твердила она себе, ощущая тепло его тела сквозь одежду.

Пока она уговаривала себя, Элиас дёрнул резко и сильно, и её тело наконец высвободилось из тесного плена кирпича и сажи. Они едва не рухнули на заснеженную крышу, но Элиас удержал равновесие, продолжая при этом крепко держать Джулиану. Та, боясь свалиться вниз, инстинктивно развернулась и вцепилась в его плечи.

— Спа-сибо, — выдавила она, радуясь, что ночь прячет её пламенеющее лицо.

Он нахмурился всего на миг, затем вскинул руку, стянул перчатку и протянул ладонь к лицу Джулианы, отчего она непроизвольно дёрнулась.

— Ты что задумал? — насторожилась она, отодвигаясь. Неужели он собирался придушить её здесь, пока никто не видит? Она, конечно, сглупила с этим дымоходом, но не до такой же степени!

— Не дёргайся, — строго сказал Элиас. — Или хочешь, чтобы отныне я звал тебя предводительница «Общества магической сажи»?

— Что? — не поняла Джулиана, а он уже вытирал ей лицо пальцами. Она смотрела на него, совершенно сбитая с толку.