Заложило уши, к горлу подкатила тошнота, а потом всё резко закончилось. Таня крепко зажмурилась и наверняка упала бы, но Мангон легко подхватил её, прижимая к груди. Жужжания колеса больше не было, вокруг стояла блаженная тишина. Где-то пела ночная птица. Кожи коснулся теплый воздух, душный, едва колышущийся под порывами прохладного ветра, как бывает жарким летним вечером. Пахло шалфеем и кардамоном, а ещё лесной подстилкой, деревом и дымом. Где бы Таня ни оказалась, воздух там был отравлен испарениями, которые заставили закашляться.

— И как вы тут дышите? — проворчал Адриан, а потом спросил участливо, почти нежно: — Татана, как ты?

Таня наконец решилась открыть глаза и посмотреть на него. Мангон улыбался.

— Где мы? — прохрипела Таня: голос предал её.

Они оказались в ночном лесу. В свете луны белели стволы берёз, ноги утопали в высокой траве, и им тотчас стало жарко в меховых сапожках. Издалека доносился странный, смутно знакомый шум. Среди деревьев металось пятно света: к ним кто-то приближался.

— Здесь кто-то есть, — шепнула Таня, прижимаясь к Мангону сильнее. Но поза Адриана оставалась расслабленной. Он ждал.

Наконец из-за деревьев вышел незнакомый мужчина. Лицо его было трудно рассмотреть, но он был высоким и широкоплечим. В руках мужчина держал светящийся прямоугольник.

— Добрая ночь! — проговорил он, странно коверкая слова. — Я радый, что вы пришли. Гм! Мне говорить, что вы есть один.

— Я взял с собой одного важного человека. С ученой группой всё согласовано. Адриан Мангон, — Адриан протянул руку для локтепожатия, но незнакомец крепко сжал его ладонь в своей и легонько потряс.

— Очень приятное. Я Олег, — и замер, не зная, как обратиться к Тане.

А она во все глаза смотрела на прямоугольник, источавший ровный белый свет, и в голове её роились дерзкие догадки, в которые она не смела поверить.

— Что у вас в руках? Это телефон? — спросила она по-русски.

— Да, последний джейфон, — с гордостью ответил Олег, не заметив сразу, что спросили его не на драконьем. А потом осознал и удивлённо посмотрел на Таню.

А та стояла ни жива, ни мертва, да и стояла только потому, что Адриан крепко держал её. Нос щипало от подступивших слёз, но пролиться им не давало потрясение, которое сжало грудь.

— Олег, где мы? — сдавленно спросила она.

— Так в Лосином острове, — ответил Олег.

Таня подняла взгляд на Адриана. Он продолжал улыбаться, но улыбка его была немного грустной.

— Что же это, Адриан? — пискнула она жалобным голосом.

Мангон стянул перчатку и коснулся её щеки горячими пальцами. Провёл от виска до уголка губ, задержался на пару мгновений, а потом уронил руку. И просто сказал:

— Ты дома.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ