— Лучше бы меня ты поддерживала, -тихо проговорил маг.

— Да без проблем, — преувеличенно бодро заявила я и соорудила себе второй чизмит. — Вот сейчас координаты прямо в спальне сниму и буду там появляться в самый неожиданный момент.

— И на ночь останешься? — чуть прищурившись, внимательно глянул на меня мужчина.

— Сегодня точно нет, но часа два могу с вами посидеть.

— А не сегодня?

— Посмотрим на ваше поведение, — попыталась отшутиться я, и он не стал настаивать дальше.

— Слушайте, а правда, что при Пазерисе не стоит тему семьи поднимать, потому что он кого-то там отравил, или это такие же враки как то, что Эддард ваш сын?

Отхлебывавший в этот момент отвар мужчина поперхнулся и закашлялся.

— Ничего себе новости, — просипел он. — Я, конечно, не исключаю, что за свою довольно долгую жизнь мог обзавестись парочкой бастардов, но Эддарда первого в их числе точно нет.

— Так я же и говорю — враки. Во дворце чего только не болтают, даже что кот кастелянши по ночам в демона превращается.

— Ну у этой сплетни хоть какая-то подоплека есть, — хмыкнул Кайден. — Он просто здоровый и мордой чем-то на мракла смахивает. Ночью прыгнет какой со шкафа, вот демон и померещится. А насчет Пазериса… Он, конечно же, никого не травил, но история там действительно очень неприятная вышла. Он потому на этот континент и перебрался, теперь уже видимо с концами.

— Расскажете? — заинтересовалась я, создавая себе кружку из твердой иллюзии и тоже наливая в нее отвара.

— Там очень личное. Не хотелось бы, чтобы об этом стало известно и здесь.

— Клятву хранителя тайны дать? — неохотно предложила я.

С этим заклинанием у меня были связаны не лучшие воспоминания об упертости Айна, который долгое время и сам страдал и Тэля мучил, скрывая, кто он есть.

— Не стоит. Уверен, что за пределы этой комнаты информация не выйдет, — грустно усмехнулся маг.

За время его рассказа я успела допить отвар и даже снять телепортационные координаты, а алхимику в свете услышанного можно было только искренне посочувствовать. История оказалась чудовищной и даже омерзительной, хотя начиналось все как в большинстве любовных романов. Он был умен, известен и состоятелен, она — молода, очаровательна и очарована его достоинствами. А еще она училась на алхимика. Как итог, свадьба после полутора лет не особо активных ухаживаний и, казалось бы, все должно быть замечательно, ведь их объединяет любовь не только друг к другу, но и к алхимии. Вот только как вскоре выяснилось, они очень по-разному представляли роль юной девушки в жизни архимага. Она заслушивалась его рассказами об исследованиях и мечтала, как они вместе будут делать новые открытия, а он видел в ней любящую супругу, которой не надоедают разговоры о магии, как это было с предыдущей женой, и мать своих детей. Поэтому молодая жена не получила даже доступа в домашнюю лабораторию, не говоря уж о каких-то совместных экспериментах. Да и алхимиком она при этом была хоть и не совсем посредственным, но и далеко не выдающимся.

Однако и Пазерис, честно скажем, не являлся женским идеалом как внешне, так и по характеру. А того, чего ожидала от знаменитого алхимика, молодая супруга не получила и быстро начала замечать все те его недостатки, которые раньше затмевала мечта. Время шло, пропасть недопониманий между супругами становилась все шире, Пазерис с головой ушел в работу, а девушка решила отомстить за загубленную, по ее мнению, жизнь. Архимаг мало интересовался тем, что не было связано с любимым делом, так что завести любовника ей не составило особого труда. И ладно бы, если бы она нашла того где-то на стороне, но молодая супруга решила ударить побольнее, соблазнив младшего сына Пазериса, бывшего ее ровесником. Вернувшись однажды раньше запланированного и планируя хорошенько отметить успешное завершение серьезного эксперимента, архимаг застал их в супружеской спальне.

Во всяком случае в изложении Кайдена все выглядело именно так. Не знаю уж кто там кого на самом деле соблазнял, но ситуация в любом случае отвратительная.

— И что было дальше? — вопросительно посмотрела я замолчавшего архимага. — Он хоть развелся или просто взял и уехал?

— Не развелся, — глухо проговорил ректор. — Она забеременела.

— От кого⁈

— А это невозможно определить. Они же отец и сын, кровь рода в них одинаково сильна. От опозорившего его сына Пазерис отрекся и выгнал из дома без единой медяшки, все свое имущество, включая лаборатории, передал старшему. Жену отправил в какое-то захолустье с минимальным содержанием, а родившуюся дочь воспитывают, как и полагается наследнице рода.

— Вот только она в результате не видит ни отца, ни матери. Бедный ребенок.

— А Пазериса тебе значит не жалко⁈ — возмутился Кайден.

— Жалко. Но им с невестой стоило лучше узнать друг друга до свадьбы, а девочка уж точно ни в чем не виновата. Однако я понимаю, почему новый королевский архимаг не желает ее видеть. Такого врагу не пожелаешь.

— Да уж, не надо мне такого желать, — усмехнулся архимаг.

— А вам и не грозит.

— Потому что я неотразим? — приосанился он.

— Потому что вы закоренелый холостяк и женаты на магии. А еще на академии.

— И кто из них жена, а кто фаворитка?

— Никто. Но магия — любимая жена.

— А академия значит нелюбимая? — помрачнел маг.

— Любимая. Просто без нее вы жить можете, а без магии нет. Во всяком случае мне так кажется.

Время за разговорами пролетело незаметно и пришла пора отправляться спасать Вельда, но пытаться открыть портал в подземелья прямо из академии я, конечно же, не стала, для начала телепортивовавшись ко входу в обследованные нами во время моего обучения на артефактора пещеры. Еще пятнадцать минут ушло на то, чтобы забраться в них поглубже и сконцентрироваться, после чего я достала нужный эвакуатор и совместила резьбу, открывая портал.

Либо телепортационной защиты на подземельях вообще не было, либо она не справилась с таким способом пробоя, но перламутровое зеркало развернулось передо мной как ему и положено, без задержек и сбоев. Вельд тоже был на месте. Я использовала заранее подготовленный комплект из трех заклинаний на дальнее от ошейника звено цепи, идущей к стене, и то порвалось так легко, будто было из папье-маше, а не из металла. Спустя еще несколько минут мы уже вывалились из портала во дворе замка, поскольку вампир был настолько измучен и истощен, что даже стоять сам не мог, а я торопилась успеть пройти в окно телепорта и не сумела нас нормально скоординировать.

— Райна сюда и усильте охрану во дворе. По нашему следу могут прийти и церемониться ни с вами, ни с вампирами они не станут. У стационарного телепорта тоже караул выставьте.

— Так он же не работает, — удивился старший в группе встретивших нас орков.

— Он нет. Но если где-то сохранился набор координат, использованный при его создании, по ним могут открыть динамический портал.

Вскоре подошел Райнкард и Вельда забрали, а охрану замка усилили. Я еще примерно час посидела у пруда во дворе, то и дело омывая лицо прохладной водой, чтобы не заснуть, и тихо радуясь, что вызволить вампира удалось настолько легко. За это время в замке так никто и не появился, поэтому я попрощалась с орками, попросила передать графу, что на днях обязательно загляну, и отправилась домой к гвардейцам. Трия все еще не было, так что я наскоро ополоснулась в душе и со вздохом облегчения провалилась в сон.

А утро для меня началось экстремально. Все дело в том, что, для того чтобы меня разбудить, Трий не окликнул и даже не потряс за плечо, а решил взъерошить пацану и так вечно лохматую шевелюру. Я вздрогнула, открыла глаза и успела заметить тень изумления во взгляде гвардейца, сразу поняв, в чем именно прокололась. Волосы у меня были значительно длиннее, чем показывала иллюзия и не заметить этого несоответствия Трий не мог.

— Поговорим? — предложила я, садясь на постели и растирая лицо руками.