— Благодарю вас, — пробормотала Шарлотта после этих моих слов.

— Было просто невозможно представить, чтобы Шарлотта Майнер, которую я знал, услышав приказ принести фотографию, беспрекословно отправилась его выполнять. Да она огрела бы вас по голове чем-нибудь тяжелым, первым, что подвернулось бы под руку

Сцена, которую вы разыграли с Шарлоттой в тот вечер, очень походила на мелодраму поздней викторианской эпохи девятнадцатого столетия и не обманула меня больше, чем на пять секунд. — Режиссура была никуда не годная. Было понятно, что вы с Шарлоттой действуете так по чьему-то приказу. Кто был главным режиссером Лаворский, или Доллман?  

Бандитам было нужно превратить в наших глазах вас, сэр Энтони, в злобного деспота, а вас, Шарлотта, в несчастную жертву, чтобы, в случае если мы обнаружим их  секретный маленький передатчик, подключенный к нашему в фальшивом двигателе, организовать «побег» несчастной жертвы на «Файркрест» и тогда у них там будет свой человек.

Что они и в конце концов и осуществили, бросив вас Шарлотта в воду неподалеку от нашего судна вместе с водонепроницаемым пакетом, в котором находились маленький радиопередатчик и пистолет. Пригрозив, что в случае непослушания настоящую супругу сэра Скураса ждет тяжелая судьба. Так было, Шарлотта?

Она кивнула:

— Именно так они и сказали.

— У меня отличные глаза. Чего нельзя сказать о зоркости сэра Артура. У него глаза послабее — его зрение пострадало во время войны. А я хорошо рассмотрел полосы от бича на вашей спине. Они были настоящими. Такими же настоящими, как следы инъекций: перед тем как избить, они вас усыпили. Надо сказать, в этом случае была проявлена гуманность.

— Нет, я даже подумать не мог, чтобы… — Тяжело вздохнув, заговорил Скурас.

— Сэр, — перебил я его, — не надо оправданий. Уверен, что именно вы настояли на этом, а также и на том, чтобы вовремя ограблений никого не убивали. Иначе вы грозили выйти из дела, наплевав на последствия. Окончательно я убедился в правильности моих предположений относительно роли Шарлотты и вашей, сэр Энтони,  в этой истории, когда провел пальцем по одной из этих жутких ран на вашей спине, Шарлотта. Вы должны были завопить от боли, а вы даже не не поморщились — и это после того как соленая морская вода должна была разъесть там все! Наблюдательность и знание человеческой психологии, — не удержался добавить с умным видом я — просто необходимы секретному агенту, об этом постоянно твердит сэр Артур.

Как дальше мне вести себя с вами, Шарлотта,  было понятно. Нужно было использовать вас в своих целях, чтобы вы помогали нам бороться с бандитами, сами об этом не догадываясь. Прибыв на «Файркрест», вы сообщили о подслушанном разговоре, из которого было ясно, что нам грозит ужасная опасность и расправляться с нами прибудут не раньше, чем через два часа. Затем узнав, что мы покинем Торбей через час, и покидать остров будем от причала, вы отправились в каюту и сообщили эту информацию по рации на «Шангри-Ла». Квин, Жак и Крамер — появились много раньше, чем через два часа, рассчитывая, застать нас врасплох. К счастью, я этого ожидал, и Жаку и Крамеру пришлось погибнуть. После этого, узнав от меня что мы направляемся к островам Ойлен Оран и Крейгмор, вы опять передали сообщение, чем их обрадовали и успокоили. — Там мы им были неопасны. А потом вы улеглись спать прямо на палубе в своей каюте, потому что я подсыпал вам снотворное в кофе. Не мог же я допустить, чтобы на «Шангри-Ла» узнали, что я направляюсь с визитом к лорду Кирксайду и его очаровательной дочери на Дюб-Скейр. Мне бы там организовали достойную встречу.  

— Вы… вы были в моей каюте? Говорите, я лежала на полу?

— Дон-Жуану по умению проникать в спальни к женщинам я дам сто очков вперед. Сьюзен Кирксайд может это подтвердить. Все верно, спали, лежа на палубе, и я отнес вас на постель. Тогда же я получил возможность осмотреть и ваши руки. Следов от веревок не было, они чудесным образом исчезли. Видимо, перед нашим с Ханслетом появлением на «Шангри-Ла», их нанесли с помощью косметики. Верно?

Она кивнула, и вид у нее был совершенно растерянный.

— Разумеется, тогда же в вашей каюте я нашел и передатчик, и пистолет. Потом, уже на Крейгморе, вы получили от меня информацию о моих дальнейших планах. Это было именно то, что я хотел передать Лаворскому и компании через такую хорошую послушную девочку, как вы. И вы, как показали дальнейшие события, ее передали, шмыгнув в свою маленькую чистую спаленку.

— Филипп Калверт, — медленно выговорила она. — Вы низкий и подлый обманщик…

— На борту «Шангри-Ла» находятся еще несколько людей Лаворского, — взволнованно перебил ее Скурас, стараясь вернуть нас к насущным проблемам. — Они могут удрать…

— Не смогут, — ответил я. — Они уже либо в наручниках, либо на том свете, — люди капитана Роули, как мы смогли убедиться, шутить не любят.

— Но как… как они смогут найти «Шангри-Ла»? В такой темноте, в тумане — ведь это невозможно…

— Возможно… А, кстати, как поживает ваш катер?

— Что? Черт возьми, причем тут мой катер? Ну, двигатель его вышел из строя, и что?

— В среду вечером, после того как мы с сэром Артуром расстались с вами, я вернулся и сыпанул в бензобак катера килограмм сахара. Одновременно с этим я оставил на катере транзисторный передатчик, работающий на батареях. И после того как вы подняли катер на борт, мы постоянно знали точное местонахождение яхты. Где катер, там и яхта.

— Боюсь, что не совсем вас понимаю, Калверт.

— А вы взгляните на господ Лаворского, Доллмана и Имри. Они понимают. Шкипер мистера Хатчинсона, который вез на шхуне группу захвата знал частоту этого передатчика. Он поворачивал рамку антенны для направленного приема так, чтобы сигнал был максимальным. Таким образом и была найдена яхта.

— Шкипер мистера Хатчинсона? — недоумевал Скурос. 

— Хатчинсон хозяин двух шхун для ловли акул. Перед тем, как отправиться в гости на остров Даб-Сгейр прошлой ночью, я радировал с одной из этих шхун и попросил прислать мне на помощь спецназ королевской морской пехоты. Мне заявили, что не могут послать вертолет или корабль в такую погоду, при почти нулевой видимости. Я сказал им, что вертолет мне не годится, поскольку нужна скрытность, а от него столько шума. И их корабль мне тоже не нужен, я пришлю две шхуны, под управлением людей, для которых слова «нулевая видимость» — просто пустой звук. Я имел ввиду шкиперов мистера Хатчинсона, которые и сходили на материк за  капитаном Рейли с его людьми. Я не знал точно, когда они прибудут, поэтому мы с сэром Артуром и дожидались полуночи. Когда вы прибыли сюда, капитан Рейли? 

— В двадцать один тридцать.

— Так рано? Значит, вам пришлось ждать почти три часа?

— Да, сэр. И, откровенно говоря, мы успели основательно замерзнуть.

Лорд Кирксайд легонько кашлянул. Возможно, он как раз подумал в этот момент о моем ночном свидании с его дочерью.

— Скажите, Калверт, если вы пользовались передатчиком в Крейгморе, на судне Хатчинсона, то зачем еще и здесь, в замке?

— Если бы я этого не сделал, то сейчас в замке валялись бы не два трупа, а гораздо, гораздо больше. Я потратил почти пятнадцать минут, чтобы передать подробное описание окрестностей Дюб-Скейра, внутренней планировки замка и эллинга. Ведь людям капитана Роули предстояло работать в полной темноте. Капитан, шхуна придет сюда вскоре после рассвета. Позаботьтесь об арестованных. 

Спецназовцы загнали весь этот сброд в туннель, уходящий в скалу,  осветили их тремя мощными фонарями и выставили охрану из четырех человек с автоматами наизготовку.

— Так вот почему сэр Артур остался на Крейгморе, когда вы и мистер Хатчинсон отправились к «Нантсвиллу»? — После долгого молчания медленно произнесла Шарлотта. — Следить, чтобы я не узнала от людей Хатчинсона, куда отправились шхуны.

— Все верно, рисковать было нельзя. 

Она высвободила руку и посмотрела на меня довольно неприязненно.

— Здорово же вы меня переиграли, — тихо сказала она. — Заставили страдать в течение тридцати часов, хотя раскусили довольно быстро.