Летиция, когда об этом услышала, не удержалась от смешка:

— Хороши меха! Со скелетами и всем прочим. Из таких только шубы и шить, конечно!

Ульрих, рассказавший ей об этом, только вздохнул. Ему подобная наглость тоже очень и очень не нравилась. Да и странно всё это было.

— Астареса слишком далеко от Лесов. Это всё нужно было мало того, что достать, ещё и как-то перевести.

— Нашли проблему. До устья Авеи вполне можно сплавляться по Насате. Потом до Верса поднимаешься против течения по Авее, а от Верса до Астаресы уже, считай, рукой подать, дорога вроде как есть, можно перевезти.

Боевой некромант смотрел удивлённо.

— Что? После войны я одно время подрабатывала на охране грузовых барж. Время было неспокойное, нечисть на просторах страны ещё оставалась, а тут ещё и граница с Вирией под боком, нас и нанимали. Так-то большую часть времени отличная работа — лежишь и загораешь целыми днями. Ну, полезет иногда нечисть, её отгонишь и загорай дальше.

Ещё несколько минут Ульрих недоверчиво смотрел на неё, а потом признал:

— Скажу аналитикам проверить ваш вариант. Хуже точно не будет.

— Скажите потом, — кивнула боевая магиня. — А пока прогуляйтесь со мной. Хочу ещё раз осмотреть эту вашу аномалию.

Отказывать некромант не стал, наверняка, и сам об этом подумывал, но не хотел оставлять её одну. Собственно она скорее ради него это и предложила. Ну и ещё потому, что надоело сидеть в четырёх стенах. Хоть немного разомнутся.

Пока что схрон они не нашли, даже ещё не до конца понимали где именно его искать, если не под складом. В теории другие точки сброса излишков фона находились под аномалией, но за годы та разрослась.

Почему так вышло, один из аналитиков объяснил довольно просто: нежить, выходившую за пределы изначальной территории, упокаивали в разных местах, уничтожение, особенно раньше, повышало фон, местные криминальные элементы продолжали использовать аномалию в своих целях, а схрон с конструктами регулярно скидывал излишки в целях выравнивания. А то, на каком расстоянии это происходит, могло очень сильно отличаться и зависело от множества факторов, в том числе того, какая именно защита стояла на схроне.

Сейчас выяснить его местоположение некроманты-теоретики пытались по фону, но работа это, похоже, была ещё более неспешной, чем просто осмотр кладбища. Особенно, учитывая, что занялись этим не сразу, в аномалию натащили кучу новой нежити, часть из которой на месте же и упокоили, а то и уничтожили, в общем о равновесном состоянии, по которому можно было бы что-то вычислить, говорить не приходилось.

Обследование старого кладбища тоже ничего не дало. Вход был спрятан, кто-то даже заподозрил, что его банально засыпали, но Летиция этот вариант отвергла: её муж был не из тех, кто мог бы поступить так опрометчиво. Всё же любая защита не вечна, доступ к схрону вполне может потребоваться. Кроме того, как-то ведь Кевин попал туда уже гораздо позже, чем схрон был создан, после того как Летиция умерла. Едва ли он для этого раскапывал всё, как и едва ли кто-то за ним вход закапывал, соответственно где-то был, может быть зачарованный, может быть замаскированный, но спуск. Оставалось его найти.

Браслет реагировал на близость Кевина ещё несколько раз, но и по его реакции судить о близости спуска было нельзя. По словам артефактора, прибывшего, чтобы осмотреть найденное на складе, браслет работал скорее как сигнал о том, что тело архимага ир Керди где-то поблизости, чем как путеводная нить, способная указать, где именно. Разницы в реакции, пока расстояние достаточное, чтобы артефакт реагировал, просто не будет.

Поначалу Летицию это злило (ну насколько лич в принципе могла злиться), но потом она смирилась. Главное, что муж где-то тут, а найти она его рано или поздно найдёт, даже если для этого придётся перевернуть вверх дном всю Астаресу.

Идти до аномалии было недалеко, боевые некроманты заняли здание, принадлежащее МАН и используемое академией как база практик. Гонять студентов через полгорода преподавателям было, разумеется, ни к чему, так что когда-то давно, по словам Ульриха, ещё до того как он сам выпустился, академия приобрела это вот строение. Что в нём было до того сказать сейчас было сложно, за годы некроманты обустроились тут довольно комфортно. В общих спальнях были пусть не кровати, но топчаны, в нескольких классах стояли парты и имелись шкафы с коробками для материала, в одном даже нашёлся большой ледяной ларь. Была кухня, столовая, даже библиотека. Имелся и защитный купол.

— Что боевиков, что прикладников традиционно гоняют в Астаресе уже давным-давно, — пояснили Летиции, когда она этому комфорту удивилась. — Удачное место, чтобы показать опасности аномалий и заставить задуматься, так ли ты хочешь работать именно как боевой некромант.

Почти у самого входа в аномалию прямо на земле что-то опять чертила Эстель. Чуть в стороне устроился на складной табуретке присматривающий за ней Тобиас.

— О! Тоже решили прогуляться?

— Что-то вроде того, — согласился Ульрих. — Даже если ничего не найдём, хотя бы пройдёмся.

— Правильно. Чего в четырёх стенах сидеть? Если увидите корову, упокойте и или вытащите хотя бы сюда, или метку какую оставьте, ладно? — Когда коллега кивнул, Тобиас пояснил: — Эта зараза уже достала вставать раз за разом. Пяти дней не проходит, как снова на неё натыкаешься. И главное ведь подкратывается так, что не услышишь! А потом обернёшься, а там около твоего щита стоит рогатая, — боевой некромант передернул плечами.

— Корову? — удивилась Летиция, уже когда они отошли. — Откуда на кладбище корова?

— Из старой деревни, полагаю. Аномалия росла в том числе и в сторону деревень.

Солнце ещё не село, так что в аномалии пока что было спокойно и выглядела она просто не очень ухоженным парком или не слишком заросшим леском. Когда около дорожки на глаза боевой магине попался пенёк с ровным спилом, она поинтересовалась:

— Вы тут и деревья рубите?

— Что мы тут уже только не делали, — поморщился некромант. — Да и не только тут. Иногда и деревья рубить приходится. Если дать всему идти своим чередом через пару лет будет непролазный бурелом, по которому если что ты от нежити уже не убежишь. А так знаешь, что, если всё пошло наперекосяк, самое важное — выбраться на эту дорогу, а там уже только бежать.

Летиция не стала уточнять, как часто приходилось бегать и кому. Студенты наверняка бегали, а старшие в таком уже не сознаются.

— Как думаете, здесь сейчас есть кто-то кроме Эстель и Тобиаса?

— Едва ли. А что?

— Да просто, — ушла от ответа лич. Некоторое время спустя, когда они свернули с главной дороги на боковую, всё же призналась: — Хочу потренироваться.

— Надо было сказать, я бы захватил меч.

— Не в фехтовании. В некромантии.

Летиция привычным жестом погладила свой меч, любезно притащенный из пещер памятным Бродящим. Кажется, баньши тоже позаимствовал его у кого-то из погибших: тот был как раз из тех, какие ей доводилось использовать во время войны. Простой, одноручный, без всяких артефактных свойств. Такими были вооружены маги, которым даже при максимальной отработке чар всё же требовалась хотя бы одна свободная рука.

— «Исате» у вас выходит уже неплохо, — явно польстил ей боевой некромант.

— Разве что по сравнению с тем, что было раньше. Но опыт — дело наживное. Поэтому я хочу отработать «Ирай». Заклятье я вроде бы выписала, со схемой разобралась.

Некромант не сразу нашёлся с тем, что на это сказать. Наверное, надо было похвалить, как-то подбодрить, но он не слишком умел это делать. Потому только поправил:

— Ударение на а. — А потом произнёс и остальную часть заклятья. — С тем как вплетать силу, разобрались?

Летиция тут же ухватилась за возможность это уточнить и оставшееся время до появления первой нежити они разбирались с тем, как правильно вплести силу и прочими деталями применения. Это было максимально странно — схема была для первокурсника и на первом же курсе её учили, причём даже не только некроманты, но это сейчас, Ульрих вполне допускал, что во времена, когда училась боевая магиня, программа АБиС не включала основ некромантии.