Ситуацию осложняло то, что это была защищенная от многих схем нежить, причём даже на соседних полигонах или в разное время зачастую от своего набора схем. И пусть не только ир Крой, но и другие преподаватели знали, от чего защиты не ставили, это всё равно было проблемой. Большинство спиритистов нужные схемы банально не знали, менталисты не могли использовать то, что неизвестно (или хуже того, вполне известно как) может провзаимодействовать с менталкой. Приходилось использовать адресные упокаивающие, а они не всегда попадали в тех, кому предназначались, да и студенты с определением нежити то и дело ошибались.

Немного помогало, что фундаменталисты и теоретики как раз знали и редкие схемы, так что с нежитью справлялись. Но той было много, действительно очень много, а старшекурсники ещё и держали щиты.

«Я уже что-то не уверена, что вот это всё можно взять и упокоить», — поделилась присоединившаяся к ним Кларисса — в аудитории её сменили Оли и Сира. Там толку от девушек, не слишком-то ладящих с некромантией, было больше, да и смогут, если что помочь резервами или лекарскими чарами.

«Я тоже».

«Их не надо всех упокаивать, — возразил Питер. — Надо просто пройти под щитами до корпуса. Начнёшь целенаправленно упокаивать — пиши пропало, сил на поддержку щитов не хватит».

«Это мы знаем. Я сейчас про другое. Это всё ведь кому-то и как-то зачищать!»

«Боевые некроманты зачистят».

«Сначала им надо попасть в купол, — вмешалась в разговор Сандра. — Это тебе даже не защита полигонов, с ним всё много сложнее! Но это всё потом, а сейчас нам надо добраться. Так что хватит уже разматывать резервы на ерунду!»

Иль посмотрела на ир Сардэ:

«Может быть, использовать тот фокус с „Вескаро“, как в Лесах? Вдруг получится так же, как тогда? Если взять в связку ректора…»

«А если не получится? — вполне резонно возразил преподаватель. — Мы измотаем резервы ради пшика? Нет уж, давайте оставим это на крайний случай. Пока вроде бы получается и без этого».

«Получается» было громко сказанно. Пока что они не преодолели и четверти пути, хотя прошло уже не меньше получаса.

Возможно, выдвинись они раньше, до прибытия всей этой нежити, не потеряй ректор время на попытках наскоро починить купол на общежитии, давно были бы уже в корпусе, но, увы, время было упущено и теперь, чтобы преодолеть очередной метр передовым группам приходилось упокаивать десятки единиц нежити. Причём зачастую нежити не самой простой.

А ведь она не только мешала пройти, она ещё и атаковала щиты, нагружая их и тратя силы их поддерживающих. Чтобы как-то уменьшить нагрузку, от неё приходилось отбиваться, что существенно замедляло продвижение. А меньше её не становилось, на смену одному упокоенному упырю тут же приходил второй, второму — третий…

И ладно ещё, если на место очередного упыря вставал именно упырь — ему хотя бы требовались для упокоения те же схемы, соответственно можно было использовать последовательное — а не кто-то ещё, потому что были тут и гули, и мавки, и кого только не было. Нежить вообще была самой разнообразной и вела себя по-разному. Пару раз мелькнули мантии и цветные банты с полигона для посвящений, иногда могло прилететь шишкой или камнем, кто-то предпочитал затаиться и выпрыгнуть перед самым щитом…

Все старались как могли, но уже было понятно, что нежити слишком много.

Преподаватели старались напоминать студентам, чтобы они экономили силы и в первую очередь держали щиты, а не упокаивали. Сами же раз за разом использовали более серьёзные площадные схемы, расчищая путь.

Вот только их возможности тоже были ограничены. Ир Арвей, ир Миотте и ещё несколько оказавшихся на территории в выходной магистров уже выглядели усталыми, но старались помочь там, где не выходило справиться у студентов.

А студенты в свою очередь видели, что магистры тоже не всесильны, идти ещё далеко, нежити много и начинали пусть не паниковать, но нервничать. В этих обстоятельствах самой полезной схемой Дерека ир Сардэ оказалась успокоительная. Впрочем, кроме неё он и мог не так уж много: разве что подпитывать третьекурсников и держать физические щиты — с некромантией магистр ментальной магии не ладил и уж тем более не отличал умертвий одного типа от другого.

Третий курс менталистов в этом плане был куда полезнее — вот когда пригодились пары с ир Кроем, а до того с ир Вильосом! Но заметного эффекта их вмешательство тоже не давало, в такой куче нежити почти любой вклад был почти незаметен.

Ир Арвей использовал уже даже не площадное, а массовое упокоение. Внешне эффекты от него были в целом похожи на применение площадного, но схема затрагивала большую площадь. По краю ректор поставил тонкий щит, так что студенты успели преодолеть освободившеся расстояние до того, как следующая группа нежити заняла место упокоенной. Но в масштабах необходимого, это было как всего лишь один шаг в стометровке.

В группах крутился круговорот, используемый для пятерок, но в ином масштабе: одни исчерпывали резерв или просто уставали и начинали ошибаться, их сменяли другие. Щиты держались, но нежити как будто меньше вообще не становилось.

«Ри Картэ, дематериализуйтесь, — у третьего курса ир Сардэ старался отслеживать состояние резервов. Менталисты, тоже, оказывается, неплохо натренировались в некромантии. — Ри Дейн, ир Крарт, тоже».

Менталисты не спорили, улетели к своему общежитию, не рискуя дематериализоваться издалека и через защиты.

«Будь осторожнее», — попросила Иль Сандра, прежде чем разорвать связку.

«Постараюсь», — она пока что экономила резерв, понимая, что тот ещё может пригодиться, если всё же придётся использовать масштабное взаимодействие или кого-то, ту же ир Миотте, подпитывать. Да и, понимая, что, возможно, им самим придётся прорываться в столовую. Всё же их кабинет находился от той довольно далеко.

Нежить прибывала, словно её сюда что-то манило. Причём нежить разная, это мог сказать даже неискушенный в нежитеведении Дерек.

Кто-то вскрикнул. Обернувшийся менталист успел заметить, что один из щитов спешно заращивает прореху. Около него осталось лежать что-то довольно странное, суставчатое, но упокоенное и ладно.

— Полигон нежитеведенья, похоже, тоже всё, — пояснила ему Ильда, держащаяся рядом. Уверенности в способности преподавателя если что себя защитить если не от нежити, то от духов, у неё не было.

Над сторожевой башней полыхнуло, а потом нежить вокруг эвакуирующихся начала оседать.

— Вперед, вперед, живо! — поторопил подопечных ректор. Он двигался так, чтобы контролировать сразу несколько групп с той стороны, где нападающих было больше всего. Силы на скелеты не тратил, упокаивал только сложных представителей, а вот щит держал индивидуальный.

Иль посмотрела на башню. Около одного из зубцов виднелись две фигуры. Вокруг них кружили призраки, прежде носившиеся вокруг эвакуирующихся.

— Эффект Сапреде! — восхищенно вздохнул кто-то из спиритистов.

— Шевелитесь! — рявкнула ир Миотте. Она уже выглядела очень усталой, наверняка крупно порасходовалась, но при необходимости продолжала упокаивать, и не скелетов, а нежить посложнее.

Массовое упокоение, запущенное Джул, прокатилось волной до корпуса и затухло. Такую прореху быстро нападающие затянуть не смогли: дар баньши всё же упокаиваивал несколько иначе, да и сориентировавшиеся преподаватели успели поставить щит, пусть не продержавшийся долго, но позволивший вырваться вперед.

Потом продвижение снова замедлилось, но, видимо, баньши была уже занята чем-то другим.

Зато вынырнул из-под земли знакомый Иль призрак в платье с фатой.

— Невеста! — послышался со всех сторон. — Невеста здесь!

В голосах спиритистов звучало благоговение. Для них этот то ли призрак, то ли дух был куда больше чем просто академическая легенда. Почему Иль, правда, так до конца и не поняла.

Сейчас Невеста поднялась над землёй, и нежить отхлынула от фигуры, засиявшей белесым светом, похожим на тот, что исходил от купола.