Он провёл головкой члена по моей груди, оставляя влажные следы, а затем нажал на плечи, заставляя меня сесть удобнее.

— Я буду пользоваться тобой столько, сколько нужно, — продолжил он, глядя сверху вниз. — Часы, а может, всю ночь. Пока магия не успокоится, а яйца не будут пустыми.

Его ладони легли на мою открытую грудь, обрамлённую тонкими ремнями лифа, и сжали так, чтобы мягкая плоть сомкнулась вокруг него. Чёрные полоски подчёркивали изгибы, а отсутствие чашечек делало каждое движение неприкрытым и бесстыдным. Он подался вперёд, и я прижала груди ближе, создавая для него плотный тоннель.

— Смотри на меня, — приказал он. Подняла взгляд, и, удерживая его, видела, как он начинает двигаться с наслаждением, наблюдая, как его плоть исчезает между моих сжатых, блестящих от смазки и спермы грудей.

Тонкие ремни, натянувшись, приподнимали их, делая форму ещё более соблазнительной, а кружевное обрамление только усиливало контраст с грубой, тяжёлой плотью, скользящей между ними.

— Чёрт… — он выдохнул, не отрываясь от зрелища. — Ты даже не представляешь, насколько это красиво. Как будто этот чёрный ремень сделан, чтобы я видел, как мой член проходит между твоими сиськами.

Он усилил хватку, плотнее сжал мои груди, и ритм стал чуть быстрее. — Посмотри вниз, — приказал. — Смотри, как ты их держишь и как моя головка снова появляется из-под твоей кожи.

Подчинилась, и картина, которую я увидела, разожгла меня не меньше его слов: плоть между моих приподнятых, подчёркнутых ремнями грудей, блеск смазки и капли, что стекали по коже.

Слегка подалась вперёд, чтобы ритм стал глубже. Он двигался без спешки, словно смакуя каждое погружение. Головка члена то скользила вверх, появляясь поверх приподнятых вершин моей груди, блестя от смазки, то снова уходила вниз, прячась в ложбинке. При движении вверх кожа на его стволе слегка натягивалась, открывая головку полностью, а при возвращении вниз медленно закрывалась, заставляя плоть выглядеть ещё более налитой и напряжённой.

Его дыхание становилось всё тяжелее, бёдра двигались чуть быстрее. Он стоял, слегка наклонившись ко мне, чтобы ладонями охватить открытую грудь. При каждом толчке его пальцы сжимали плоть сильнее, почти болезненно, а большой палец иногда проходился по соску, усиливая жар. Я видела, как вены на его члене наливались, как головка начинала едва заметно дрожать при каждом движении.

— Нравится, когда я так беру тебя? — спросил он, не отпуская, всё так же удерживая мои груди в своей хватке.

— Да, хозяин, — выдохнула я, ощущая, как его наслаждение передаётся мне, как меня заводит каждая секунда этого зрелища.

Он ещё раз глубоко вошёл между грудей, задержался на миг, и я, опустив подбородок, смогла дотянуться губами до головки, когда она показалась над вершинами моей груди. Лизнула, провела языком по напряжённой, налитой плоти и, задержавшись, обхватила её губами, слегка пососала, ощущая солоноватый вкус его смазки.

— Дааа… боги, как с тобой хорошо. — выдохнул он, с трудом удерживаясь, чтобы не кончить прямо в этот момент.

Рванул вперёд, стиснув зубы, и я отпустила его, вновь зажав между грудей. Его член дёрнулся, и горячая сперма ударила мне в шею, обжигая кожу. Первая густая струя легла чуть ниже ключицы, вторая — по линии горла, а остатки стекли по ложбинке между грудей, смешиваясь с нашей смазкой и потом, пока его ладони всё ещё жёстко сжимали мою плоть, будто не желали отпускать.

Я осталась сидеть, чувствуя, как его руки ещё держат меня, а дыхание гулко раздаётся над моей головой. Сперма остывала на коже, и мне нравилось это ощущение — как метка, как подтверждение того, что он получил со мной удовольствие до конца.

Сделал шаг назад, и его член выскользнул из плена груди. Я осталась сидеть на коленях перед ним, чувствуя, как ремни всё ещё туго стягивают грудь. Дыхание было тяжёлым, сердце гулко стучало в ушах — я и сама завелась не меньше его, даже несмотря на потрясающий оргазм, который недавно пережила.

Он смотрел на меня прямо, глаза в глаза — взгляд властный, цепкий, как сталь. Кто ж знал, что меня так вставит и понравится этот грубый, жесткий секс, даже несмотря на то, что вначале было больновато.

— Полностью разденешься, — произнёс он ровно. — Подготовишь ванну. Я приду, когда буду готов.

— Да, господин, — ответила тихо, опустив глаза, но внутри уже знала — ожидание сведёт меня с ума не меньше, чем его прикосновения.

Быстро пошла в ванную, включила воду, добавив немного горячего, чтобы она обволакивала паром, и бросила в неё пару капель ароматного масла. Пена начала подниматься, а по комнате поплыл тягучий запах ванили.

Пока большая ванна наполнялась, я быстро сняла чёрный комплект белья, в котором он так страстно меня оттрахал, и приготовила для нас полотенца. Спустя несколько минут, когда уровень воды стал достаточно высоким, я выключила кран.

— Умница, — произнёс эльф, проходя мимо и входя в ванную.

Он вошёл в воду первым и устроился, откинувшись на спинку и положив одну руку на широкий борт. Другой жестом пригласил меня к себе. Я подошла, перекинула ногу через край ванны и, разворачиваясь к нему спиной, ощутила резкий шлепок по ягодице. Вскрикнула — скорее от неожиданности, чем от боли — и, обдав его быстрым взглядом, опустилась в воду. Легла спиной к его груди, устроив голову на его плече и вытянув ноги. Он тут же обхватил меня обеими руками, прижимая к себе, так что тепло воды и тепло его тела смешались в одно.

Ощущала его член у себя за попкой. Он уже начинал оживать под водой и моим телом.

— Так… — его губы коснулись моего уха, и едва тёплое дыхание обожгло кожу, по телу пробежала приятная дрожь. Мне стало невыносимо сладко от этой близости. Он медленно скользнул губами вниз, целуя шею, оставляя влажные поцелуи, а затем вернулся к уху и легко прикусил мочку. Я едва сдержала тихий стон.

— Второе желание… — его руки скользнули вверх, обхватили мою грудь, и он тихо выдохнул. — Хороший выбор.

Ладони сжали грудь так, что соски выпрямились под его пальцами. Он начал массировать медленно, обводя круги большими пальцами, иногда прижимая так, что кожа прогибалась под давлением.

— Раздвинь пошире, — велел он, голосом, в котором слышалось нетерпение.

Я подчинилась, чувствуя, как вода слегка колышется вокруг, когда он опустил ладонь и медленно провёл ею вниз от груди, скользнув по животу, к самым интимным точкам.

Его пальцы нашли мою промежность, обвели её кругом, будто проверяя, насколько я готова. Он дразнил меня: большим и указательным пальцем очерчивал мягкий контур, едва касаясь, а потом лёгким нажимом проводил подушечками по клитору. Иногда менял ритм, то быстрые короткие движения кончиком одного пальца, то широкие круги сразу двумя, усиливая давление на каждом третьем касании. Вода делала ощущения глубже — её сопротивление заставляло его движения быть чуть медленнее, тягучее, и от этого жар разливался по всему телу.

Застонала уже не сдерживаясь, и услышала, как он выдохнул чуть громче, будто эти звуки начали нравиться ему больше, чем тишина. Пальцы на мгновение остановились, он перехватил меня за талию, другой рукой направил себя и, не отпуская, вошёл.

Ощутила, как головка растянула нежную кожу на входе и, преодолев это тугое сопротивление, скользнула глубже, наполняя меня знакомым, томным ощущением. Он втянул меня к себе, так что я полностью прижалась спиной к его груди. Его дыхание стало глубже, а мышцы подо мной расслабленнее. Казалось, каждый сантиметр внутри был для него не просто удовольствием, а способом сбросить накопленное за день напряжение.

Пара неспешных толчков и снова ладонь между моих бёдер. Он продолжил ласкать меня, уже прижимая меня к себе бёдрами, чтобы я чувствовала его внутри. Теперь движения пальцев были точнее: он чередовал круги с лёгким постукиванием подушечками по самой верхушке, иногда чуть сжимая клитор между большим и указательным.

— Мне нравятся твои стоны, рабыня, — прошептал он, двигаясь внутри. — Они заводят похлеще многого.