Но как только я это сделала, я услышала ещё один глухой удар, когда что-то снова ударилось о стену позади меня. Рори громко выругался на гэльском, почти волоча меня по тротуару, и мы продолжили бежать к машине. У меня сильно болела лодыжка, а давление и скорость были сильнее, чем когда-либо за последние недели, но я не останавливалась. Я не понимала, что происходит, но чувствовала, что что-то не так, и мне было трудно дышать. Моё сердце бешено колотилось о рёбра.

Рори резко открывает пассажирскую дверь, бесцеремонно заталкивая меня внутрь, а сам перебегает на другую сторону. Что-то ударяется о ветровое стекло, от чего по нему разбегаются трещины, и он снова ругается. Резко вывернув руль, он нажимает на газ и выезжает на дорогу.

— Далия... Эвелин... — Я приподнимаюсь, хватаясь за ремень безопасности и пытаясь разглядеть, куда они делись. — Рори!

— С ними всё будет в порядке, — говорит он сквозь стиснутые зубы, не сбавляя скорости. — Их ребята о них позаботятся. Я должен доставить тебя обратно к Роуэну целой и невредимой, иначе он оторвёт мне голову, черт возьми.

В его голосе слышится неподдельное беспокойство, и я с трудом сглатываю, оборачиваясь, чтобы посмотреть, не преследуют ли нас. Я никого не вижу.

— Что происходит? — Тихо спрашиваю я, и Рори качает головой.

— Я не знаю. Возможно, это кто-то, кто хочет отомстить одной из вас, или кто-то, кто стремится нанести удар по Роуэну или братьям Яшковым. — Он пожимает плечами, не отрывая взгляда от дороги. — Но можешь быть уверена, Роуэн узнает.

Вендетта против одной из нас.

— Это не может быть Крис, — шепчу я себе под нос, так тихо, что Рори не слышит. Но ноющее беспокойство не покидает меня.

В тот момент, когда мы с Рори врываемся в пентхаус, Роуэн уже на ногах. Он смотрит на меня, видит моё бледное лицо и растрёпанные волосы, царапины на шее от осколков кирпича, и его собственное лицо заливает кровь.

— Какого хуя, произошло? — Спрашивает он с убийственной интонацией, переводя взгляд на Рори, который тоже выглядит слегка ошеломлённым.

— Покушение, — просто говорит Рори. — Кто-то целился в неё, босс. Я не мог разглядеть, где они были. Думаю, снайпер находился в здании напротив нас.

— Я думала... — Мой голос дрожит. — Я думала, ты сказал, что это могла быть любая из нас...

— Я сказал это, чтобы ты не паниковала. — Рори, оглянувшись на Роуэна, продолжил: — Нападение было направлено на неё, а затем на нашу машину. Может быть, кто-то разозлился из-за того, что ты вернулся и взялся за это дело, босс?

Роуэн, поджав губы, медленно произнёс:

— Возможно. В завещании моего отца есть кое-кто, кто унаследует, если я откажусь или если... — Он замолчал, прежде чем продолжить: если Женевьева не забеременеет, что я ценю. На самом деле, я не хочу, чтобы Рори знал об этом. — Может быть, это он? Но я сомневаюсь. Мой отец не выбрал бы кого-то, кто мог бы предать его таким образом. И он, скорее всего, даже не сообщил бы ему, что он указан в завещании, чтобы избежать именно этого. Он не знал бы, что получит наследство, пока не будут выполнены все необходимые условия.

Рори, потирая затылок, произнёс:

— Тогда кто...

Я с трудом сглатываю. Меня охватывает чувство вины, и я достаю из кармана телефон, протягивая его Роуэну.

— Тебе, наверное, стоит это увидеть, — говорю я, открывая сообщение от Криса, и показываю ему экран.

Его лицо темнеет, когда он читает.

— Блядь, Женевьева... — Он качает головой, и его челюсть сжимается. — Почему ты не сказала мне, что всё так плохо?

Я поджимаю губы, чувствуя, как моё лицо вспыхивает.

— Я не... — Я медленно выдыхаю. — Я не думала, что всё настолько серьёзно. Я думала, что он просто ведёт себя как придурок, пытаясь напугать меня. Я не ожидала, что он действительно что-то предпримет, тем более...

— И все же, почему ты ничего не сказала? — Роуэн пристально смотрит на меня, возвращая телефон. — Помоги мне понять, девочка.

Я прикусываю губу.

— Я подумала, что ты, или Дмитрий, или Алек пошли бы за ним, если бы я это сделала. Вы бы ранили его или... убили. Я не думала, что он этого заслуживает просто потому, что он такой, какой есть.

— Очевидно, что в этом вопросе мы не сходимся во взглядах, — огрызается Роуэн. — Но теперь он, блядь, заслужил это.

— Что ты имеешь в виду? — Я с трудом сглатываю. — Роуэн...

— Я думаю, он нанял для тебя убийцу, девочка. — Взгляд Роуэна встречается с моим, и я вижу в нём страх, явный как божий день. Страх за меня. — Он упомянул о связях. О деньгах. Я думаю, именно это здесь и происходит. Снайпер? По-моему, это похоже на правду.

— Согласен, — говорит Рори. — Что ты хочешь, чтобы я сделал, босс?

— Обеспечь здесь дополнительную охрану, — отвечает Роуэн, проводя рукой по волосам. — Я собираюсь позвонить отцу.

Он достаёт свой телефон и уходит в другой конец комнаты. Я стою в оцепенении, не зная, что сказать или сделать. Мне кажется, что ситуация быстро вышла из-под контроля, и я не понимаю, как всё зашло так далеко. Я никогда не думала, что такое возможно.

Роуэн, стоящий в другом конце комнаты, бормочет что-то, чего я не могу разобрать. Он кивает, а затем снова кивает. Через несколько минут он кладёт трубку и возвращается ко мне. Его лицо напряжено, глаза прищурены, и я с трудом сглатываю, глядя на него.

— Собери некоторые вещи, девочка, — говорит он ровным голосом. — Мы отправляемся в Ирландию.

РОУЭН

— Что? — Удивлённо спрашивает Женевьева, глядя на меня так, будто у меня выросла вторая голова. — Почему...

— Мы можем продолжить разговор в самолёте. Я собираюсь позвонить и попросить заправить его. Рори, ты полетишь с нами. Если Женевьеве что-нибудь понадобится, помоги ей. Мне нужно сделать пару звонков. — Я бросаю взгляд на Женевьеву, которая всё ещё смотрит на меня, словно не до конца понимает, что я говорю. — Девочка, иди собирай вещи. Сейчас.

Я замечаю в её глазах короткий проблеск упрямого вызова, но, к моему облегчению, она кивает и направляется к лестнице. Я вижу, что она напугана, шокирована и сбита с толку, и мне хочется просто подойти к ней, обнять её, сказать, что всё будет хорошо, и утешить её. Но сейчас у нас нет на это времени.

Я рад, что мой отец согласился со мной: лучшее, что мы можем сделать, — это увезти Женевьеву как можно дальше от этого места, пока мы не выясним, действительно ли Крис напал на неё, и не убедимся, что с этим нападением покончено.

Лучший способ сделать это — убрать Криса, а затем расплатиться с нынешним владельцем контракта. Но на это потребуется время. Время, которое может стоить Женевьеве жизни, если за ней охотится убийца, а она останется в Нью-Йорке.

Я в ярости из-за того, что она не рассказала мне о сообщениях. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять: мы имеем дело с человеком, который слишком высокого мнения о себе и злится из-за того, что Женевьева ушла от него к другому мужчине, который, предположительно, более могущественен, чем сам Крис. Несмотря на все связи и деньги, которые у него могут быть, я всё ещё наследник мафии.

Но я не могу остановить пулю наёмника, по крайней мере, пока у меня есть время. И я уверен, что именно на это он и рассчитывает.

— Мне следовало убить тебя в тот день, когда я увидел, как ты ударил её, — бормочу я себе под нос, вешая трубку и направляясь наверх, чтобы собрать свои вещи. Женевьева стоит у изножья кровати, укладывая одежду в чемодан, и не поднимает глаз, когда я вхожу. Её лицо бледное, и я замечаю, как дрожат её пальцы.

— И что мне теперь делать с моими врачами? — Спрашивает она. — Реабилитационный центр?

— Мы разберёмся с этим, — заверяю я её. — Но сейчас нам просто нужно доставить тебя в безопасное место. Тебе не придётся беспокоиться ни о чём из этого, если ты умрёшь.

При этих словах Женевьева вскидывает голову.

— А в Ирландии безопасно?

Я киваю.