Кристина поняла достаточно быстро, несмотря на красоту. Демон поклялся не пялиться на султановых жен и поручит смотреть на снимки сообщникам, один из которых женщина. Меня велели показать. Демон повернул экран на нас с Одинцовым. Мы сидели рядышком в халатах на кровати. Моя красота Кристину не впечатлила, невеста дала одобрение, после чего отключилась.

Демон сидел со слегка осоловевшим видом в глубокой задумчивости. Сильно его Кристина припечатала.

— Старикова, пока сидим и ждем результата, закажи себе одежду. Не надо в моем халате ходить, — предложил ректор.

Смотри-ка, а мужик после лицезрения Кристины соображать может. Вырвала из рук задумчивого Демона лонг и набрала любимый магазин. Парни не проявили тактичности и пялились на белье и другие товары, которые заказывала. Надеюсь, они просто женскими вещами интересовались, а не моими конкретно.

Успела почти все заказать. Когда начала размышлять, как отправить парней подальше, чтобы приступить к покупке предметов гигиены, тренькнул лонг.

На экран посыпались фотки красоток. Интересно, сестра Кристины их из журнала моделей высылала? Как-то они на обычных девиц не похожи.

Парни увлеченно рассматривали полуобнаженных красавиц, а меня пробрала дрожь.

— Мне придется такое одеть? — проблеяла вслух испуганные мысли.

— Конечно, у них такая форма одежды рабочая, — радостно оскалился Круз.

— Мирослав Владимирович, а можно я евнухом оденусь? — взмолилась я. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — сложила ладошки перед лицом в молящем жесте.

— Ритка, а почему ты к Мирославу по имени-отчеству обращаешься? — спросил довольный Круз, не отводя взгляда от картинок на экране.

Остальные мужские представители, кстати, тоже не отрывались от просмотра, потому моя мольба осталась незамеченной.

— А как я должна обращаться? — не поняла странного вопроса.

— Обычно после этого по имени зовут, — не глядя на меня, ответил Круз.

— После чего? — не поняла его намека.

— Старикова, он решил, что у нас был секс, — прокомментировал Одинцов, не отрывая взгляд от султановых жен.

Интересно, сколько их? Прорва какая-то.

— ЧТО? — взревела я. — Как ты мог такое подумать?

— Что я должен думать, если вы после душа на постели сидите? — подарил короткий взгляд Круз.

— Я, кстати, тоже так подумал, — совершенно спокойно подтвердил Демон.

— Вы обалдели, что ли? С какого перепуга у нас с Мирославом Владимировичем будет секс? — пыталась достучаться до оловянных парней.

— А почему нет? — пожал плечами Круз.

— Да потому, что для этого мужчина должен хотя бы нравиться! — воскликнула рассерженная я.

Все трое синхронно на меня посмотрели. Выражение было разное. Демон понимающе, видно все-таки вспомнил выпускной, Круз насмешливо, а на Одинцова я боялась взглянуть. Почему-то казалось, он сильно разозлился на откровенные слова. Второй раз сообщаю об отсутствии симпатии, а сейчас в присутствии других мужчин. Подозреваю, Одинцов в данный момент очень захотел оставить меня в гареме.

— Как насчет моего наряда евнухом? — попыталась перевести разговор.

— Нет! — хором ответили мне.

— Я подобрал кандидатуру, — почти спокойным тоном произнес Одинцов. Повернул лонг к парням и показал курсором. Круз и Демон принялись внимательно разглядывать изображение и сравнивать со мной.

— Не пойдет, — возразил Демон, — у Ритки грудь меньше.

Можно подумать, он помнит.

— Не страшно, прикроет тканью, зато проще перейти в образ, — возразил Одинцов.

Лонг повернули ко мне. Поначалу, кроме огромного бюста, я практически ничего не увидела. Поморгала и перевела взгляд на лицо. Верно, мой тип.

— Я справлюсь, — кивнула соглашаясь.

— Значит, решено, — Одинцов поднялся с кровати. — Старикова, в гостиной есть диван, ночуешь сегодня в моей квартире, завтра подыщем тебе другую комнату. И просьба, больше пожаров не делать.

— Что? — оторопела от его наглости я. — Это вы сову подожгли! — возмутилась поклепу.

— Кто мне ее в лицо совал? — развернулся ко мне злой ректор.

— Вы мне комнату с чучелами подсунули! — подскочила я, совсем забыв, что на мне одежда на десять размеров больше.

Халат благополучно соскочил с плеч, но хорошая реакция позволила подхватить его на груди. Трое парней опять превратились в сиамских близнецов. Чего уставились, спрашивается? Голые плечи не видели? Только что на полуголых султановых жен смотрели.

Сердито пнула безразмерные тапки, которые отказывались нормально надеваться, и гордо пошаркала на выход в гостиную. Почему бы Одинцову там не встречать гостей? Никто бы не думал глупости разные.

Уселась на диван, положила ногу на ногу и сердито начала ей покачивать. Достала пульт и нервными нажатиями стала переключать кнопки. Каналы скакали, помогая успокоить нервы. Парни прошли мимо, попрощались. Круз весело подмигнул, за что получил диванной подушкой по стрижке.

Одинцов из спальни не выходил, я нашла музыкальный канал и остановилась на нем. Пора волосы в порядок приводить, сняла полотенце, поискала расческу. Придется в ванную идти, и, кстати, надо еще ее заказать. Придется проходить через спальню. Помялась перед дверью, потом решилась.

Распахнула дверь и замерла на пороге, потом быстро ее закрыла. Поморгала, пытаясь сбросить наваждение. Нет, правда, я видела Одинцова голым. Он стоял у шкафа, спиной ко мне и доставал вещи. Идиотка! Надо было постучать! Правильные мысли приходят позже. Дверь открывалась бесшумно, может, не заметил?

Постояла еще дверью, опасаясь попасть в неловкую ситуацию. Но идти надо, завтра я волосы не раздеру. Постучала.

— Можно? — я сама вежливость и тактичность, могу собой гордиться.

— Войдите, — спокойно ответил Одинцов.

— Мирослав Владимирович, мне расческа нужна, можно я возьму? — кротость — мое второе имя.

— Старикова, когда заходите, всегда надо стучаться, — спокойно ответил Одинцов, облачившийся в спортивный костюм. — Холерные дни! Заметил все-таки. — Возьмите расческу в ванной, а лонг перенесите в гостиную и купите, что не успели заказать.

Я пошаркала безразмерками в ванную, потом с лонгом в руках, обратно на диван. Голод настоятельно напомнил о себе. Доставка пиццы решила дело, знакомая пиццерия хорошо знала адрес Академии, значит ждать недолго.

Шарила по лонгу, ища знакомый сайт с магазинами. Случайно увидела на папки с личными делами. Мои шаловливые ручонки всю жизнь получали всенепременно. Знала о наказании, а все равно залезла в свой файл, в котором нашла фотки. Не обычные три на четыре, а нормальные жизненные. То я одна стою в задумчивости, а то с кем-то загораю на травке перед общежитием, здесь я на выпускном. Оу, целуюсь с Демоном. Не знала, что нас снимали, хотя ничего удивительного. А вот мы садимся к Демону в его сапрон.

— Старикова, сколько можно? Вроде взрослая, должна понимать, что в чужом лонге лазить неприлично, — осуждающе произнес Одинцов за моей спиной.

— Но это мои снимки. Откуда они у вас? — подскочила, повернулась и встала на колени, чтобы посмотреть на него в упор.

— У меня на каждого студента есть досье. Вы все заказали? — забрал свой лонг из моих рук Одинцов.

— Вроде, все, — не уверено протянула в ответ.

— Если что-то забыли, можете пока пользоваться моими вещами.

Он ушел в спальню, но дверь не закрыл. Поставил лонг на столик перед кроватью, закрыл мой файл, а потом вышел в гостиную.

— Держите рубашку. Можете переодеться и в ней спать, — протянул черную, шелковую рубашку. Видать, дорогущая.

— Спасибо, — решила промолчать о ее стоимости, а то ляпну, не подумавши. Наговорилась на сегодняшний день.

Прибывшая пицца решила вопрос с ужином. Одинцов, как настоящий мужчина, расплатился. Согрел чай, добавил магии для спокойного сна, и по воздуху поплыл аромат.

Щетку мне выделили из запасов с изображением голой тетки. Не иначе студенты презентовали на день розыгрыша, Приколисты тоже мне. Я-то оригинальнее придумала. Подарила ему зеркальце карманное намагиченное. Старалась, заклинание подбирала. Когда кто-то другой смотрит, все нормально, но если Одинцов, то в отражении обезьяна появляется на несколько секунд. Ректор тряхнет головой, а зеркальце опять нормально показывает. Мы долго на лекциях за ним наблюдали. Одинцов не мог понять, в чем подвох.