Когда в руках Хель появилась длинная словно спица игла, настала моя очередь сомневаться. А она точно сюда помочь пришла?

Но отступать было поздно, да и запасных вариантов не было. Так что, стиснув зубы, я вверил свою тушку в руки того, кого сам же и пригласил.

Какие именно манипуляции происходили за моей спиной, я не видел. Но в одном она не соврала. Было больно. Адски больно. Как будто раскалённый добела́металл начал раз за разом вонзаться в мою плоть, и от неожиданности я закричал. Стиснув зубы, я постарался не растерять остатки гордости. Даже пробовал разок пошутить:

— А какое у нас стоп-слово?

— Никакого, процесс необратимый. Лучше не сдерживайся. Если дашь боли выход, всё закончится быстрее.

Уж не знаю, дал я ей выход или нет, но через полминуты боль действительно резко пошла на спад, а я наконец-то разжал кусок простыни, который неосознанно закусил, и перестал мычать.

Ещё минуту спустя я и вовсе уже не чувствовал никакого дискомфорта и смог спокойно подняться на ноги. Покрутил ногой, осторожно похлопал себя по раненому месту, даже поприседал пару раз.

Хель безразлично следила за моими «тестами», очевидно и без этого зная, что всё у меня там теперь в порядке.

— Спасибо, — поблагодарил я. — Надеюсь, это не стоило тебе слишком много очков.

— Нет. Два свободных, восполню от доноров сегодня.

— Если могу чем-то отблагодарить…

— Обойдусь, — вновь отмахнулась она. — Мне пора.

Девушка направилась к двери, а мне ничего не оставалось кроме как поблагодарить её ещё раз и пожелать удачи на сегодняшней миссии.

И всё-таки необычный у неё навык. Явно не из классического арсенала героев-лекарей. Интересно, насколько этично будет изучать своих товарищей по команде при помощи оценки? Впрочем, этот вопрос я сам себе задал уже после того, как дверь в номер захлопнулась.

Оставаться и дальше в отеле у меня причин тоже не было. Так что я принял душ и пошёл сдавать номер. Девушки на ресепшене как могли делали покер-фейсы, но профессионализма сотрудников больших отелей им явно не доставало. Того и гляди, прыснут со смеху. А что тут смешного? Ну пригласил человек к себе в номер ненадолго женщину в мрачном наряде. Ну покричал там чуток. С кем не бывает?

Возможно, года четыре назад такое недопонимание меня бы смутило. А сейчас мне было всё равно. Я даже мило улыбнулся перед уходом и подарил этим сплетницам шоколадку, прихваченную из минибара.

День клонился к вечеру, и чем занять его остаток я не знал. Меня даже посетила мысль последовать совету Вики и присоединиться к остальным перед их стартом. Тем самым поддержать формирующиеся отношения в новом для меня коллективе. Но в итоге мои сомнения развеял телефонный звонок.

— Дэм? Это ведь Дэм? — спрашивающий говорил на английском, но с явным акцентом. А его голос показался смутно знакомым.

— Да, верно, — я тоже, не задумываясь, «сменил раскладку».

— О, нашёл тебя всё-таки. Это Плеш. Помнишь меня?

Перед глазами тут же всплыл образ лысого чеха с раскрашенной в цвет его национального флага бородой.

— Помню, конечно.

— Да я тут увидел интервью твоё, а ещё пару видео с нашего общего приключения. Хотел спасибо сказать.

— Взаимно. Мы тогда оба постарались.

— Как ты смотришь на то, чтобы обсудить это в баре? Я угощаю.

Первым желанием было отказаться. Подозрительность за последние годы стала моей второй натурой. Но затем я подумал, что иногда людям нужно давать шанс. К тому же день был сложный, и пропустить по кружке-другой, не казалось уж такой плохой идеей. Когда, если не сегодня? Только место, на всякий случай, выберу сам.

Я прямо на ходу повертел головой и почти сразу заметил подходящую вывеску, на противоположной стороне дороги.

— А давай. Знаешь бар Зелёный козёл?

— Нет, но найду.

— Отлично. Я буду там.

— Выезжаю.

Я убрал телефон и направился к пешеходному переходу, уже явственно представляя себе вкус хорошего холодного эля.

Плеш подъехал через час. К тому моменту я уже неспешно цедил вторую кружку, лениво поглядывая в окно.

Всё-таки есть что-то такое в том, чтобы в будний день ещё до окончания рабочей смены сидеть в ирландском пабе и пить тягучее тёмное пиво. Весь мир куда-то бежит, торопится, а тебе спешить не нужно. Словно вырвался ненадолго из системы и теперь со стороны наблюдаешь, как крутятся все эти шестеренки и винтики.

Поприветствовав друг друга, мы заказали ещё пенного и закусок к нему, после чего принялись вспоминать наш совместный сценарий. Ему были интересны события, произошедшие уже после его проигрыша в схватке, и я как мог поведал ему ту же версию, что заготовил для журналистов. Разве что красок добавил, да честных эмоций.

В свою очередь мне хотелось поподробнее узнать о том, что именно говорил ему погонщик. И как выяснилось, принцип был тот же, что и с Викой. Ему озвучили предложение, от которого он не смог отказаться, и от участи раба его уберегла только смерть будущего рабовладельца. За что, он, собственно, и был мне очень благодарен.

Вообще, разговаривать с чехом было на удивление легко. Человеком он был простым и незлобным (если не вспоминать в какое состояние умел входить благодаря своему навыку), а ещё, как выяснилось, был героем одиночкой.

— Я, Дэм, за последний год уже в трёх гильдиях пробовал заново начинать. Но нигде больше чем на три задания не задерживался. Не компанейский у меня навык, понимаешь? Каждый удар, мой или по мне, накапливает внутреннее желание всё крушить и убивать. А когда происходит активация — то дальше всё как в тумане.

— Слушай, а ты случаем не из бывших претендентов?

— Типа донора, ставшего героем? А такие вообще бывают?

— Ага. Редко, но бывают. Я к тому, что навык у тебя странный. И зачем ты такой себе взял?

К этому моменту мы перешли уже на крепкие напитки, и разговор стал ещё более откровенным.

— А я его и не брал. Год назад я ещё был в Катедре. И в команде на четверых попал в один непростой сценарий. Наш лидер сглупил тогда сильно. Привёл нас прямо в ловушку, подстроенную гоблинами. Он их откровенно презирал и за угрозу не считал. За это поплатился сам, а ещё угробил почти всех героев и претендентов.

Я кивнул, так как про тот случай слышал. В то время летальные инциденты среди героев ещё были редкостью, и слухов и пересудов про гибель целой группы ходило много.

— А ты, выходит, тот единственный выживший?

— Да, хотя шансов было не больше, чем у других. У меня тогда «флаг упал», не понимал, что творю. А когда очнулся, вокруг полсотни трупов, да и сам я весь изрезанный и дырявый был. Только и хватило сил, чтобы команду дать. В общем, вернулся я. Меня откачали. А Ковчег возьми и награди меня достижением. Поздравляем, вы теперь «берсерк», вашу мать!

Чех засмеялся своей собственной шутке. Но как-то невесело. У меня аж мурашки по телу пробежали.

Да и ситуация с подарком, от которого нельзя отказаться, выглядела до боли знакомо.

— И как ты проходишь сценарии? — уточнил я.

— По-разному. В команде стараюсь не лезть на рожон, а если не выходит, то просто держусь подальше от основной группы. Но проблемы случаются, поэтому я и остался без гильдии. В последнее время редко хожу на миссии, и за целый год считай не продвинулся. F+ я взял ещё тогда, поубивав всех гоблинов в той деревне.

— Хреново, когда не оставляют выбора. Но всё же лучше так, чем если бы тогда там сдох.

Плеш с грустью глянул на стакан с виски, после чего замахнул его разом.

— Возможно, ты прав. А может, и нет. Ведь, когда я говорю про всех гоблинов, то… То я именно это и имею в виду. Там были безоружные, женщины, дети. Я перечеркнул их жизни, но они мстят мне, засев в моей памяти. А ещё, мне снятся кошмары, Дэм. И в них следы от моего топора не только на гоблинских телах, но и на людских. Иногда я даже сомневаюсь, а точно ли мою группу перебили нелюди.

Плеш в конец захандрил и теперь хмуро пялился на дно опустевшего стакана. Разговор пошёл не в то русло, а значит, пьянство пора заканчивать.