Такие, выболтают всем и все! Только намекни… хоть как-то покажи, что это «всё» где-то есть, и они всё сами додумают, и всем растрезвонят. И мы естественно сразу поставили им условия — они вечные пленницы нашего замка, если так хотят на нас работать.

— Ткани будут? — поинтересовалась в ответ на это одна.

— Мы будем шить для вас наряды? — поинтересовалась вторая.

— Больно же смотреть на ваш вид! — добавила третья, мельком осмотрев наши безобразно наряженные тушки.

— Прямо сердце кровью обливается! — поддержала мнение вторая дамочка, пристально осмотрев «уродства» надетое на мои плечи, кривя лицо, словно видя мерзкую мерзость, и мельком взглянув на юбчонку сестренки, что не вызвала у неё ник капли интереса, словно бы это было просто нижнее бельё, а трусы, они и в Шурелге трусы.

И тут же забыв о нашем вопросе напрочь, начали трещать о том, почему они вообще реши пойти работать к нам в замок — идейные! Им, так сказать, стыдно за наш полуголенький вид! За ту фигню, что мы носим! И даже не сейчас и тут, когда уже, что называется, все грани за гранью, а обычно, в то время, когда еще носили на себе нормальную одежду! Стыдно им, за те «обноски», что мы обычно на себе носим, и называем «нормальною одеждою»!

Сестра, на такое заявление даже немного обиделась — не обноски эти вещи! Нормальные платья, что пристали⁈ Но те, её и слушать не стали, и вообще… трещат не затыкаясь! Рассказывая нам о неких новых «последних писках моды» до которым нам обоим, вот до фонаря средь дня. И… не стоит допускать эту парочку до нашей маменьки! Поселим их… в опаловой башне, что на «заднем дворе», подальше от людей, основных «обитаемых мест» и через «черный» дворик, от основной постройки.

Хотя может нам их вообще к себе брать не стоит? Ведь эти крали только и балаболят о том, как и во что они нас оденут, как это всё будет красиво, модно благородно. Это реально их мечта, стать нашими личными кутерьерами-швеями! Но… во всей их речи, буквально красной нитью между строк, сквозит одно и тоже — хотим стать теми, кто одевал легендарных пятёрок.

Хотим прославится! Стать знаменитыми! Хотим, чтобы любую нашу одежду принимали за идеал! Просто потому, что в эти «платья», в платья из-под наших рук, одевались когда-то легендарная парочка близнецов-охотников, чья слава сияет в веках. Что… уже всё. Почти сейчас.

В общем, хотят прославится за нас чет. И плевать им, на наше мнение. И плевать им, на наш запрет на выезд. В их глазах, мы лишь ступенька к славе! Способ её достичь! Временная трудность. И временное заключение, и временная же изоляция от мира. Мы для них… по сути и не живые.

Мы с сестрой переглянулись, и долго-долго смотрели друг на друга не моргая. Болтушки поначалу даже не заметили этого, продолжая трещать, словно бы и не с нами разговаривали, а так, меж собой, описывая друг другу новые тенденции. Рассуждали о том, что будет модным в сезоне следующем, юбки до колена, или чуть выше. Широкие, пышные, или наоборот, в обтяжку.

Платья с открытыми спинами, или с накидками? Босоножки с голыми пальцами, или нет. Строгий стиль штанов мужчин, или же наоборот — раскрепощеный, легкий, а может тоже, в обтяжку? Что бы яйца были видны! Рубашки в полоску, или чисто белые, как в этом сезоне. Пиджак с разрезом, или…

Но потом до них все же стало доходить, что мы их уже совсем не слушаем, и им в рот, точно не смотрим. Что мы о чем-то думаем, глядя друг на друга. И что мы… тут как бы их судьбу решаем. И их, уже казалось бы сбывшаяся мечта, начала куда-то улетучиваться, уползать, ускользать…

Их речь стала замедлятся, обрываться, они стали все пристальнее и пристальнее смотреть на наши моськи, словно бы ожидая от нас внимания и заинтересованности, но даже и не думая как-то к себе внимания привлекать. Хотя на фоне того, как они н нас вообще толком и не смотрели, лишь иногда кидая взгляд, словно бы желая убедится, что мы все еще тут и слушаем их, и неважно как именно слушаем, ушами, или пустотой меж них, эта их заинтересованность во внимании… уже много!

Замолчали, уставившись на нас, с вопросом в глазах «Чего это они?» заодно словно бы спрашивая у самих себя «Обиделись чтоль? На что⁈ Нормально же общались!» и мысль о том, что что-то, хотя бы в теории, может пойти не так, прогоняя прочь — раз уж эти дети пришли, да в таких обносках и голышом! Значит точно надо! Значит точно «в угол загнаны»! Значит точно наши! И никуда не уйдут! Не пожелают более ходить по свету в убогих нарядах, словно бы и не пятерки вовсе.

Мы тоже молчали, общаясь глазами и мимикой, думая и обсуждая то, а нужен ли нам этот геморрой? Нужны ли нам эти болтушки? Дамочки, что по началу, скорее всего, проблем не доставят, но потом… да и тайн так или иначе добудут немало. Да и мать, так или иначе раскрутят по полной, став её закадычными подружками. И…

Нет, не надо нам это! — кивнули мы другу-другу, и молча развернулись, потопали прочь от этих клуш, не проронив и слова.

— Так когда нам к замку то подходить? — крикнула нам в след одна из дам, хлопая глазами.

— Никогда, — ответила ей сестра, развернувшись в пол оборота у двери, — для вашей же безопасности.

— Э… что?

— Да вы не волнуйтесь! Мы согласный у вас в замке сидеть безвылазно!

— Да, да! Нас все устраивает! Лишь бы ткань была хорошая, да было что и для кого шить!

— И машинка! Машинка нужна! А еще…

Продолжили они трещать, но мы их уже не слушали, и вообще, закрыли дверь в комнату «переговоров», оборвав на полуслове. И комната с тетками, нырнула в тишину — кажется, до них стало что-то доходить.

— Так когда нам подъезжать то?

— Наверное, они сами нас заберут, через эти, свои камни.

— Точно!

Или нет… но в любом случае проблема этих клуш, уже не наша проблема! Не нужны нам… такие люди. От них будут одни лишь проблемы! Куда больше, чем от всех остальных. Сильно, больше.

Все же, мы хоть и не планируем жить в полной изоляции, напротив, взяли курс на соединение с цивилизацией! Дорогу вон планируем, и вообще… но в тоже время, мы тут с сестрой, словно бы собираем себе экипаж в сверхдальний полет! Словно бы планируя жить в пустоте несколько лет. Принимаем в замок лишь тех людей, которым нечего терять, и ничего не держит в обжитом мире.

С проблемами, с… хм, и когда всё стало таким? Когда наш замок… стал приютом для изгоев? С чего… с поселенцев? Не, и даже вторая парочка с семьями, эти сторожа-охранники, не были той каплей, что свело все… к вот такому. Но вот после того как мы решили принять Бину, да нацепить ей ошейник… а поварёнок просто добил всё, постучав по крышке.

Да, у нас… замок изгоев! И… плевать, что подумают другие! У нас крыши из рубинов и сапфиров! И… интересно, сколько они там стоят? Детально, а не примерно! Что-то как-то Павел больно… интересно реагировал на вес наших крыш. Когда мы обозначили многотонность… хм, стократная разница в массе?

— Сестриц, зайдем в ювелирный? — поинтересовался я у девчонки, что вышагивала рядом со мной в почти синхронном шаге, делая все тоже самое, что и я, но с задержкой на пол мгновения.

— Угу, мне тоже интересно посмотреть, что там продается. — покивала она головой, соглашаясь, что нам реально стоит зайти в это место.

Тем более что из зданий ассоциации и топать то никуда не нужно! Ювелира, и большая… огромная! Есть на первом этаже главного здания, прямо рядом с центральным входом. Её там сложно не заметить! Там кругом её реклама. Хотя дверь в сам магазин довольно маленькая. А в магазине всё… защищено магией, чтобы не украли, или случайно не разбили обычные стеклянные витрины, пуская слюни на цацки. Девушки… всегда девушки, даже когда войны.

И сам магазинчик, его стены, тоже неплохо защищены «от всего», пусть это все и новодел-новодельный, и даже сам ход в магазин, дыра в толстенной несущей стене, была когда-то кем-то пробита, и уже после приспособлена под проход в магазин.

И охранные артефакты там есть… чтобы точно ничего не приключилось! Хозяева магазина, знают, где и чем они торгуют! Там ведь не только чистая ювелирка из серебра и золота продается! Но и что-то, с зачарованием! И с мощными чарами в том числе! И для этого там есть целый зал! Ну, судя по рекламе, и идущему от туда магическому фону.