А сестра… пальчиком запихала проклюнувшееся средь волос на затылки копьё, чей наконечник выглянул оттуда в сторону тазов, но запуск в полет так и не был произведен. Умница девочка! Растет над собой! Горжусь ею!

В магазине мебели, куда мы пришли спустя пятнадцать минут неспешной ходьбы и болтовни, нас сразу же узнали, а мы не стали бегать по всему заведению и искать «Чо купить⁈», решив и тут проявить вальяжную степенность взрослых граждан.

Просто сунули собравшимся полебезить пред нами продавцам наши каталоги с выделенными кружками нужными позициями мягкой мебели, сказали «Дайте это всё, и только это всё» и пошли проверять, как там поживает наша кафешка, которую мы обещали проверить через неделю, но не обещали, что придем ровно через неделю, приперевшись… через две. В тихий и спокойный день для розничной торговли, когда тут нет ни столпотворений, ни… открытых дверей у кафешки!

Заведение, что и стоило бы ожидать, оказалось закрыто. Не ясно только, это насовсем, или по случаю «не сезона». Зато над ней красовалась огромнейшая вывеска! Дорогая, с голографическим эффектом, все витрины были и склеены стикирами и призывными стрелочками в стиле «Заходи сюда, тут вкусно кормят!», «Только здесь, как дома готовят!», «только здесь, все как в ресторане, но это кафе!», а посреди прохода к выходу, на высоте чуть выше роста человека, красовалась огромная растяжка со стрелочкой и надписью «Уютно, по-семейному, заходи, не стесняйся!».

— Мне кажется, они нас как-то не так поняли, — сказала сестренка, осмотрев все это, и обнаружив еще и рекламную стойку, по ту сторону дверей этого входа в торговый центр, приглашающею посетить это самое прекрасное заведение, где ресторанная кухня. В домашней атмосфере. — Им нужна была… вывеска, и хорошая кухня, — пошевелила девчушка своим носиком и сморщилась, так как в воздухе со стороны кафешки до сих пор витал запах чего-то горелого, и прокисшего, — а они похоже решили бухнуть все в рекламу, позабыв про второй пункт «плана». — посмотрела она на меня с видом «Они идиоты?».

— Но план то был не их! — усмехнулся я, глядя на её мордашку, — Вот они и решили видимо, что справятся лучше. Что стоит им… план улучшить!

— Брат… — посмотрела сестра на меня глазами «Не корчь из себя идиота!».

— Видимо кухню отвоевать так и не смогли, но решили все компенсировать рекламой. — вздохнул я, поясняя, и мотая головой, словно бы горя «Охо-хо-хох, жалко их! Бедняг-дурачков!».

— Это то понятно. — покивала сестричка головой. — Но… это так глупо!

Из-за поворота, со стороны центра заведения, вырулил один из парней-трудяг данной кафешки, и прямым ходом направился к дверям заведения, поигрывая ключами на пальце, прибывая при этом в глубокой задумчивости, и словно не здесь, двигаясь как на автопилоте. Заметил нас уже только на подходе, метрах в пяти — застыл соляным столбом, пуча глаза.

Быстро огляделся, как видно ища укрытие, где можно спрятаться, или путь отступления. Как можно сбежать-спастись и не быть пойманным — не нашел! Большой просторный коридор от центрального входа до еще более просторного фойе, с потолком, уходящим сквозь этажи на четвертый, с балконами прочих по периметру, и фонтаном в центре. Место, что не предполагает наличия укрытия и уголков, где можно спрятаться. И людей, с которыми можно «вдруг заговорить», и выставить тараном, в этот миг тут тоже как бы нет. Так вот… совпало.

И парень это все быстро понял и сам, и натянул на себя маску «лебезим», такую, с которой обычно начинают пресмыкаться пред начальством, вылизывая ботинки, или в нашем случае голые грязные ножки, и подполз к нам на полусогнутых, отвешивая поклоны. Приветствуя по Самым Высоким Стандартам, явно являясь когда-то отличником в школе. Как минимум по предмету «Приветственный Этикет».

— Что желают многоуважаемые охотники? — поинтересовался он, после всего расшаркивания и лебезения, и видя наши постные моськи, никак, вообще никак, не реагирующие на его примыкание, и смотрящие на него словно бы на не смешного клоуна без цирка.

— Да вот, решили заглянуть, как вы… исправляетесь после того провала, две недельки назад, — сказала сестричка, и обвела взглядом всю богатую рекламу вокруг.

Паренек на мгновение сморщился, словно бы вспомнил что-то неприятное, но тут же вновь натянул на себя свою лебезящею улыбочку, и «Взгляд в Рот Хозяина», начав нахваливаться, какие крутые и первоклассные шаги они сделали, как все сразу стало хорошо, и как они все благодарны нам за то, что помогли встать на путь истинный. Какой у них вчера был аншлаг, как много клиентов было, и сколь сильно они все были им благодарны за их замечательную готовку.

— Да? А чего же сегодня тогда закрыто всё, и никого нет? — поинтересовалась сестра, и проводила взглядом какого-то бомжа, что шел примерно тем же курсом, что и наш «поваренок» совсем недавно.

То есть вырулил из-за угла со стороны фойе, и направился прямоходом к дверям кафе. Но заметил нас куда раньше незадачливого предпринимателя, не витая в облаках и думах на ходу, и предпринял действия куда скорее него, отступив обратно, решив спрятаться за угол, за стеклянную витрину с манекенами внутри, за угол бутика, и оттуда «ненавязчиво наблюдая», надеясь, как видно, что его на фоне фонтана и подле манекенов в витрине никто не углядит, не заметит.

И может это было и так! Нам до него и дела нет! И с нашей стороны он действительно незаметен! Вот только с противоположной — очевиден и словно прыщ средь лба красавицы с идеальной кожей. И на фоне витрины с бикини бомжика уже заметила охрана. И выдвинулась поглазеть, что это там за кадр трется об стекло с манекенами в трусах.

— Народу сегодня нет! Лучше отдохнуть после триумфа день-два, чтобы потом… вновь набирать полный зал! — сказал поваришка так, словно бы говорил о неком театре-балете-цирке, выступлении звездной труппы, что делает это сугубо по выходным, — Тем более что мы вчера столь много всего ра… продали, что на сегодня у нас просто продуктов нет! Ждем, когда привезут. — сказал он, грустнея, и вроде как даже не напоказ, а до бомжа добралась охрана, решив докопаться «А чего это он тут делает, такой, красивый⁈».

А я же подумал о том, что хоть сегодня и правда народу не много, но, блин, центральный вход! Обзор от фойе! И мимо нас, пока мы тут болтаем и слушаем лебизение, не только бомж хотел пройти, но и вполне успешно прошествовали две тетки, не выказав особого внимания, но без интереса тоже не оставив, поглазев как на наши моськи, так и на все эти плакаты и закрытую дверь заведения.

У фонтана в фойе, молодёжь тусуется, фотки делает, себя и всего вокруг, цепляя в кадры в том числе и рекламу заведения. В мебельных рядах, какие-то граждане деловой наружности выбирают деловую же мебель, как видно для офиса. В бутике на углу, с бикини, какая-то дамочка модельной внешности, но не модельной одежды, выбирает себе вполне модельный купальник.

Народу тут полно! Даже сегодня и сейчас! И кафешка в таком месте была просто обречена на успех! Даже несмотря на то, что там, чуть дальше, и по другую сторону фонтана, есть еще одна, со столиками под куполами, и закосом под летнее кафе. А чуть глубже в здание, по одному из ходов к иным выходам, по которым можно попасть в ТЦ, вдоль рядов с деловой мебелью, где ходят граждане деловики, есть еще одно заведение общепита. А еще по дальше, вообще на другом углу, еще одно, что бы уж на всех! Но они все, как бы это странно не звучало, не конкуренты друг другу!

Кафешка этих студентов, подавалась ими самими, как «домашняя выпечка», летнее кафе — летняя еда! Закуски всякие, лаваши с мясом, шашлык, гриль, и так далее. Та, что «в деловом квартале», еда для деловых людей! Кофе, чай, быстрый, но цивильный перекус, прочее этому подобное. А заведение совсем далекое от сюда, в месте, куда вряд ли пойдет незнающий посетитель, в уголке, что уж точно нельзя назвать «проходным» или «людным», стоит самая банальная «рабочая столовая». Куда бегают жрать да кушать, все работники здешних магазинов.