Смех у неё низкий, мужской какой-то.

— Открывайте, конечно. Мы не можем допустить потерь в королевских войсках.

Даглас фыркнул, понимая, что улыбается.

— А у вас немалый опыт, однако. Давно с ним возитесь?

— Не с ним. Он как раз впервые позволил себе подобное. Раньше угадывал и оставался на ногах.

— А с кем?

— Извините, это личное, — сказал и осёкся, вдруг да обидится? Но нет. Дева кивнула, этак, с пониманием.

— Так значит, вам в нашей провинции нравится? — уточнила она.

— Пока не знаю. Сложно сказать… нас не заждались там?

Приподнятая бровь. И насмешка. И что Даглас вообще делает? Ему бы пару комплиментов. Мол, ваши глаза, как звёзды, или что-то в этом духе, вдохновляющее. И прогулку предложить, точнее попросить, чтоб ему там… сад показали, что ли?

А он вон к дамочкам собирается вернуться.

— Нет. Не думаю, — сказала Киара. — Напротив, полагаю, будет уместно, если мы прогуляемся. Вы не хотели бы посмотреть наш сад? У матушки Анхен розы удивительной красоты.

Вот вроде предложение невинное, но заставило напрячься.

— А это не бросит тень на вашу… репутацию?

Дева снова всхрапнула.

— Боюсь, репутацию кого-то из рода Каэр испортить нереально. Вам ещё не рассказали?

— О чём?

— О нашей отвратительной безнравственности. Вы мне руку предложите или как?

Почему ощущение, что это не Даглас за девой ухаживает, а наоборот всё? И почему, вместо радости, данный факт вызывает желание сбежать?

— Конечно, — Даглас изобразил улыбку и подал руку. — Буду счастлив взглянуть на ваш сад… и благодарю…

— Ваша комната дальше по коридору. И да. Слуги у нас своеобразные.

— Я заметил.

Молчаливы и незаметны.

— Но бояться их не стоит.

— Бояться?

Не хватало Дагласу ещё чужих слуг бояться.

— Или вы нормально относитесь к умертвиям?

— А они…

Горничная тенью скользнула в комнату к Персивалю. Так, одна надежда, что он слишком пьян, чтобы лезть к кому-то под юбку, а внешне девица ничем-то не выделялась.

— У меня отец некромант. Был. И брат некромант. Есть. Вот и решили вопрос по-своему. К нам здесь, знаете ли, относятся с некоторым предубеждением.

Киара вцепилась в руку мёртвой хваткой.

Шла она неспешно, но само присутствие рядом девицы, что на полголовы выше его, Дагласа нервировало. А если она ещё причёску сделает, как при дворе ныне принято? Чтоб башня из волос и наверху перья там или кораблики.

Воображение тотчас нарисовало картину и Даглас затряс головой, отгоняя видение.

— Нанять кого-то было настоящей проблемой. Пришлось изворачиваться…

— То есть у вас все слуги — умертвия?

— Не все, конечно. Повариха вот вполне живая, как и её помощница. Умертвия не слишком хорошо умеют готовить, но да, в доме — почти все, включая охрану.

Т-твою же ж… нет, Даглас знал, что Каэры — некроманты. Но знание — это одно, а мёртвая охрана — совсем даже другое.

— После того печального происшествия…

Киара вырвалась вперёд и уже шла широким чеканным шагом, не выпуская, впрочем, руки Дагласа. И теперь уже не он вёл даму на прогулку, а она его тащила по тёмным коридорам особняка.

— … отец всерьёз озаботился вопросами безопасности. А с этой точки зрения мёртвая охрана надёжнее живой. Они не пьют, не устают, не имеют человеческих слабостей. Почти не имеют, некоторые всё-таки есть. Их нельзя подкупить или склонить к предательству.

— Но… — Даглас придержал. — Куда вы так бежите?

— А… извините. Это привычка. Я как-то больше там, — она махнула рукой. — В саду, на полях. Приходится ходить быстрым шагом, вот и забываюсь порой.

И шаг чуть замедлила.

— А как вам здесь? В таком окружении? Я просто слышал, что эльфы не выносят тёмную силу, но…

— Но я исключение. Во мне есть кровь некроманта, пусть дар достался от матери, но иммунитет от отца. Нет, работать рядом с тёмными магами неудобно, сила так и норовит из-под контроля выйти, а в остальном как-то и не замечаю. Привыкла.

Сложно, наверное, привыкать к такому.

Хотя…

Даглас, если подумать, тоже ко многому привык.

— Прошу, — Киара распахнула дверь. — Тут запасной выход в сад.

И посторонилась, пропуская Дагласа.

Тот замер.

— Что-то не так?

— Как-то, знаете, неудобно вперёд дамы…

— А! Точно! Извините, забываю. Конечно… просто у меня братья, а они… скажем так, когда с малых лет растёшь вместе, то кто первый до двери добрался, тот и выходит. Мои манеры далеки от столичных.

— Мои тоже, — Даглас придержал дверь. — Но и здесь не столица.

— Это плохо?

— Скорее наоборот. Там… всё иное. Я сам вырос в провинции.

— Но уехали.

— Пришлось.

Там, дома, шансов исправить всё не было.

— Я третий сын барона.

— Без шансов на наследство? — Киара кивнула, показывая, что понимает.

— И это тоже.

Наследовать было нечего. Почти нечего. Дом, который заложен и перезаложен, потому что матушка когда-то пыталась держать хозяйство сообразно положению. А отец не перечил, напротив, как-то вот наивно верил, что однажды всё как-нибудь да наладится.

Старший братец, выросший таким же, как отец. И его супруга, чудесная женщина, но бесприданница, потому что любовь — она важнее золота.

И средний, полагавший, что главное — это честь, а карточные долги его — долги чести…

— Неприятные воспоминания?

— Извините. Просто… воздух такой. Почти как дома.

— Скучаете?

— По сёстрам, — и зачем Даглас это сказал. — У меня их две. Старшей уже почти шестнадцать, а младшей — четырнадцать. И она считает, что станет великим магом.

Считала.

Когда Даглас был дома в последний раз. Как раз прошлым летом. Он привёз книгу по магии Альфреде, а Мели — набор гребней с инкрустацией. И всё было почти хорошо.

Матушка радовалась.

Братец хвастал, что уже месяц не пил и больше не будет. Совершенно точно не будет. На этот раз он полон решимости, как никогда. Старший согласился, что надо решать вопрос с запрудой и лугом, а его затея — выращивать пуховых коз — не самый лучший вариант, потому что никто в семье с козами дела не имел…

А потом наступило время отъезда, и Даглас поругался с Мели.

И думал, что та поймёт. Ну куда её взять-то? В казармы? Даглас живёт в них, экономя на квартире. Жильё в столице дорогое, если снимать что-то, то он или на службу не успеет, или денег вообще не останется. А матушка рассчитывает на них.

И на Дагласа.

И на будущее Мели замужество.

— Мне кажется, я то и дело заставляю вас вспоминать неприятные вещи.

— Нет. Скорее ошибки…

Даглас надеялся, что Мели простит. Всегда ведь прощала. И поймёт. И писал ей. Только ни на одно письмо так и не получил ответа. Он бы поехал домой, узнал, да этот вот герцог.

И затея дурная.

И всё вообще…

— Ваша матушка не будет волноваться? — Даглас усилием воли отогнал дурные мысли. — Ваши матушки?

— Не думаю. Матушка Нова наверняка занялась обустройством ваших людей, а матушка Анхен получила возможность выпить чаю в хорошей компании. У них с герцогом давняя симпатия. Так что предупредите вашего человека, чтобы не нарывался.

Прозвучало спокойно, но так, что Даглас кивнул.

— Поэтому будет неплохо, если мы немного прогуляемся. Вы расскажете мне о своей семье. Я — о своей… но можете, если хочется, стихи почитать.

Следовало бы.

Даглас заучивал. Но сейчас почему-то изящные строки показались насквозь фальшивыми.

— Скажите… — в голове крутанулась мысль. — А вы дело с козами имели?

— С козами? — Киара явно удивилась.

— С высокогорными, пуховыми. Мой брат задумал выращивать их, чтобы чесать пух, я его отговаривал, но, боюсь, это бесполезно. Он довольно упрям…

Какой идиот нежной летней ночью беседует с девицей о козах?

Правильно.

Даглас МакКинзи.

Глава 25 В которой всё упирается в семейную придурь