Подбродив по каменному стакану, не нашёл ничего подходящего на нижнем уровне и принялся за второй. С грустью подумал о том, как хорошо было бы, если бы демонов не было. Прокачивался бы себе в тепличных условиях, от разлома к разлому становясь сильнее. Вот только, к сожалению, такого варианта у меня не было.

Не найдя ничего лучше и остановившись на некоем «Авангарде», выбрал его и нажал кнопку подтверждения.

Локация была вполне себе нормальной. Даже больше. Это был простой сосново-еловый лес. Пахло тут на удивление приятно. И то, что когда-то называлось «Авангардом», сейчас валялось под ногами — щепки и камни явно рукотворного происхождения. Укрепления, может быть.

Тянулись они вдоль опушки леса настолько далеко, насколько хватало глаз.

Единственное, что выбивалось из нормальности — это звук. Откуда-то исходил низкий, протяжный гул, как будто мимо пролетал невидимый реактивный самолёт. Воздух завибрировал, отчего с ветвей посыпалась хвоя, а земля под ногами слегка подрагивала.

Не придумав ничего лучше, пошёл на звук, пробираясь между стволов, прислушиваясь и вглядываясь в лес. Конкретной угрозы не было видно, но шестое чувство, обострённое сотнями боёв, кричало об опасности.

Первой заметил не саму тварь, а последствия её присутствия. Полоса леса метра три в ширину была словно выкошена. Деревья были аккуратно срезаны в нескольких сантиметрах от земли, словно по ним прошлись гигантской косой. Срезы были идеально ровными, гладкими. Ладно бы только деревья, но то же самое с пнями, камнями, даже с кочками мха. Всё, что попадало в эту полосу, было рассечено.

Я обошёл зону, стараясь не приближаться к невидимой границе. И тут гул внезапно изменил тональность, стал выше, пронзительнее. Из-за деревьев справа выплыло… нечто.

Формально это был прямоугольный параллелепипед, примерно три метра в длину, полтора в высоту и столько же в ширину. Материал напоминал матовый чёрный металл или обсидиан. Ни окон, ни щелей, ни следов шасси, ни гусениц. Зато у него были тонкие ножки. Очень много ножек. Он просто стоял и смотрел на меня, не издавая никакого звука, кроме того изменяющегося гула, который, видимо, и был его «двигателем». От него не исходило ни тепла, ни холода, лишь лёгкое искажение воздуха по краям, словно от сильного нагрева или нагнетания воздуха.

Над объектом всплыло системное имя:

[Резак-патруль (91)] [Серебряный]

Автономный дозорный модуль периметра «Авангарда»

Очки Здоровья: 890 000/890 000

Не веря собственным глазам, перечитал несколько раз описание.

Это что, робот?..

Голос Йона в моей голове был каким-то грустным:

Император без кораблей впервые увидел что-то достойное. Обезьяна восхищается телефоном.

Он не атаковал сразу. Модуль плавно развернулся ко мне одной из граней. На ней не было никаких сенсоров, но я почувствовал тяжесть внимания, холодный, бездушный анализ. Затем гул снова сменился, став резким, визгливым. От нижней грани объекта отделилась и пропала в воздухе тонкая, едва заметная полоска искажения — вроде марева над раскалённым асфальтом.

Я понял, что хорошим это вряд ли закончится и бот принял меня за врага, и сейчас атакует. Поэтому, ничуть не сомневаясь, рванулся назад, падая за толстый сосновый ствол.

Спустя секунду рёв перешёл в резкий свист, и за ним последовал треск падающих деревьев.

Выглядывая из-за дерева на новую просеку, пытался оценить и понять, что это вообще за атака. Он резал чем-то невидимым, невероятно тонким и невероятно острым. Лучом? Проволокой? Силой поля? Неважно. Попадание под этот эффект означало мгновенную смерть или увечье, даже с моей бронёй. Йон?

Йон сейчас не может ответить, перезвоните позже.

Урод.

Модуль, не обнаружив цели, снова издал ровный гул и поплыл вдоль просеки, сканируя местность. Машина без эмоций, без спешки, пугающая одним своим присутствием. Мне бы таких с десяток тысяч… и было бы легче против демонов сражаться. Может, даже получилось бы их отогнать. Эх, мечты.

Так возьми и построй. Тебе ведь никто не запрещает системные постройки ставить. Ты просто ленив.

Нужно было его уничтожить. Но как? Подойти близко — значит попасть под тот невидимый рез. Стрелять? Проверил — автоматные пули отскакивали от матовой поверхности, не оставляя и царапины. Разрушение Пустоты, выпущенное с безопасного расстояния, рассеялось по корпусу, как вода по стеклу, сняв лишь жалкие несколько тысяч очков здоровья. Королевский Приказ не сработал. Метка Бездны задержалась на долю секунды.

Пока я раздумывал, гул снова нарастал. Модуль замер, развернулся и выпустил очередную невидимую режущую линию. На этот раз она прошла ниже, на уровне колен, прошивая всё на своём пути. Два сосновых ствола были перерезаны, их верхние части с грохотом обрушились, поднимая тучу хвои и пыли. Я успел подпрыгнуть, почувствовав, как что-то острое просвистело в миллиметрах от подошв сапог.

Он учился. Или его алгоритмы адаптировались. Следующая атака могла быть выше, или сразу несколько резов в разных плоскостях. До чего же страшная вещь. Увы, придётся, походу, лезть в ближний бой.

Сосредоточившись, я активировал Древнюю Форму, и мир окрасился в золотые тона. Детали стали кристально чёткими. И тогда я увидел. Не сам рез, а его след — мельчайшие колебания пространства, слабую рябь в воздухе, исходящую от нижней грани модуля перед выстрелом. Это был крошечный промежуток, меньше секунды, но его можно было использовать.

Я выждал. Модуль снова начал цикл атаки. Гул перешёл в высокочастотный писк. В воздухе от его днища побежала едва заметная дрожь — предвестник реза.

В этот момент, вместо того чтобы уворачиваться, я рванул навстречу. Не к самому модулю, а немного в сторону, вкладывая в прыжок всю возможную скорость. Невидимая аномалия прошла позади, срезав ветви. Я же оказался сбоку от робота, в его мёртвой зоне, если таковая у этого плавающего куба вообще была.

Короткий, яростный рывок вперед. Нож Зверолова в руке вспыхнул белым калением. Я не стал бить по корпусу — цель была в тонкой щели между двумя черными плитами, откуда и исходила основная вибрация. Удар был точечным, вложенным в него всем весом и силой.

Белый клинок встретил сопротивление, но всё же застрял. Он вошёл на пару сантиметров, и раздался не металлический лязг, который можно было ожидать, а что-то вроде хруста ломающегося хрусталя. Искажение воздуха вокруг модуля дёрнулось и погасло. Гул сменился прерывистым, хриплым треском. Из щели, в которую я вонзил нож, повалил едкий серый дым.

Очки здоровья у патруля дрогнули и поползли вниз. Я выдернул клинок и ударил снова, рядом, стараясь расширить пробоину. Треск усилился. Машина потеряла стабильность, её повело, она начала вращаться, задевая деревья и снося их с грохотом. Я же в это время висел под ним вверх ногами, держась свободной рукой за разрез, проделанный в брюхе у робота.

Последний удар — Ножом в то же место, с добавлением короткого импульса Разрушения Пустоты внутрь корпуса. Взрыв был негромким, приглушённым. Чёрный параллелепипед дёрнулся, из всех стыков повалил густой дым, и он рухнул на землю, издав последний шипящий звук. Гул прекратился. В лесу воцарилась тишина, которую тут же нарушили.

Поднявшись с земли, увидел приближающихся ко мне других ботов. Ясное дело, что «Авангард» звучал как нечто большее, чем один дозорный модуль.

Я не дурак, поэтому отступил. Чёрта с два я буду с ними сражаться, пока не вижу их атак. Предугадывать — себе дороже. Только через Древнюю Форму с её подсветкой и никак иначе!

Последующие двадцать минут стали кошмаром из уклонений и мгновенных решений. Я не дрался — я выживал, превратившись в тень, скользящую между деревьями. Лес работал на меня: особенно толстые стволы служили укрытием от режущих лучей, которые не могли их мгновенно преодолеть, а лишь оставляли глубокие, дымящиеся борозды. Я использовал это, постоянно маневрируя, заставляя патрули резать друг по другу, наводить свои лучи на сородичей. Один куб, попав под перекрёстный огонь другого, треснул и взорвался, осыпав лес осколками чёрной керамики.