Они рождались на глазах. Каменные глыбы откалывались от самого тела амфитеатра, становясь ядром, каркасом. А кости с пола, будто притянутые магнитом, летели к ним, прирастая, формируя конечности, оружие, дополнительные пасти. Это не была нежить, поднимающаяся из могил. Это было нечто неописуемое, названное Системой как «Конструкт». Уровни всплывали в поле зрения — 55, 58, 60… Не бог весть что по отдельности, но их было уже с десяток, и новые формы продолжали отпадать от стен или слепляться из груды.
Мне тут же очень сильно не понравились уровни местных монстров. Если монстры в локациях каким-то образом скаллируются относительно меня или она подбирается по уровню, то я, чувствую, очень сильно пожалею о том, что вообще сюда припёрся. Но выхода-то нет. Вот он — последний шанс стать сильнее, существом серебряного ранга. Может быть, это откровенно глупейшая идея сейчас, и я продолжаю думать о том, что мне нужно просто плюнуть на это дело и свалить отсюда к своим, на фронт, продолжать биться своими силами…
Но я и так делал всё это в последнее время. Результаты? Демоны у границ России. Возможно, когда я отсюда выйду — ещё один портал откроется над самим Борисоглебском.
Благо, место я выбрал отдалённое. По сетке порталов пробежался и вышел под Нижним Новгородом, в глуши. Я перестраховался на тот случай, если из разлома полезет системная нечисть. Конкретно — из разломов, получается… золотого ранга. Врагу такого не пожелаешь. Хотя… почему это не пожелаю? Ещё как пожелаю, чтоб им в каждом доме такой открылся, у каждого…
Время превратилось в физическое давление на виски, в свинцовый ком в животе. Каждая секунда, проведённая в этой круглой каменной могиле, была своего рода предательством. Предательством по отношению к тем, кто прямо сейчас держал рубеж. Здесь, в абсолютной тишине костяного амфитеатра, не было слышно грома артиллерии, ставшего уже привычным круглосуточным фоном, но моя кровь всё же кипела, как в бою. Мне нужно было торопиться. Нужно было не просто победить, а снести, уничтожить, размазать всё на своём пути с максимально возможной, безумной скоростью. Двигаться как метеор, жечь ресурсы как солому — лишь бы быстрее.
Перед тем как первый конструкт полностью сформировался, я успел открыть меню персонажа, окинув быстрым взглядом характеристики. Сила, ловкость, выносливость, интеллект, мудрость, восприятие, удача — всё это многократно увеличилось уже по сравнению с тем, что было изначально. И крайне ироничным был факт того, что последняя характеристика была всего лишь числовой. У меня удачи много, но по факту её вообще нет. То, что происходит с Землёй сейчас, где мы держим последнюю оборону против демонов — разве это можно было бы назвать чем-то удачливым?..
Все эти цифры были просто инструментом. Холодным расчётом того, сколько ударов я смогу нанести, прежде чем упаду от истощения. Сколько монстров убью, прежде чем меня убьют, сколько навыков использую, перед тем как очки магии покажут жирный ноль.
Список навыков промелькнул следом. Древняя Форма — основа всего. Королевский Приказ — против толп. Разрушение Пустоты — против особо стойких. Метка Бездны, Временное Прозрение, Глаз Предвидения, Воля Трона, Кристальная Твердыня… Весь арсенал был заточен под одно — выживание в бою против превосходящих сил. И сейчас мне предстояло проверить, насколько хорошо он работает против монстров, чей уровень был очень высок.
Инвентарь тоже требовал проверки. Я быстро пробежался глазами по списку. Эликсиры исцеления — тридцать флаконов. Противоядия — двенадцать. Эликсиры выносливости — восемь. Свитки восстановления — девяносто четыре. Боеприпасы для Абакана — четыре с половиной тысячи патронов для всякой мелочи. Гранаты — несколько сумок. Запас еды и воды на неделю автономной работы. Запасная броня. Три комплекта оружия ближнего боя — всё снаряжение бронзового ранга.
Всё на месте. Всё готово к долгой, изматывающей битве на истощение.
Я закрыл меню и посмотрел на формирующихся монстров. Они собирались неспешно, будто знали, что я не собираюсь отступать и искать другой разлом. У меня было, может быть, ещё десять секунд, прежде чем первый из них станет боеспособным. Десять секунд на принятие решения.
Можно было попытаться прорваться к Источнику сразу. Рискованно и быстро. Можно было зачищать волны конструктов, экономя силы. Надёжно и долго. Слишком долго…
Я выбрал первый вариант.
Рывок к центру. Убить всех, кто встанет на пути. Разрушить Источник. Не думать о последствиях, о ранах, о том, что будет потом. Только вперёд. Только сейчас.
Я сделал глубокий вдох, наполняя лёгкие спёртым воздухом и висящей в воздухе пылью. Выдохнул медленно, успокаивая бешено колотящееся сердце. Не от страха — от предвкушения. От осознания того, что следующие минуты определят, доживу ли я до завтрашнего дня. Что будет делать Кира?.. Вырастет ли Сим без отца?..
Мысль о них обоих на миг остановила меня. Кира с новорождённым на руках. Её усталое лицо. Пустое место рядом с ней, потому что я снова ушёл. Снова оставил их. Ради чего? Ради того, чтобы стать сильнее? Или просто потому, что не мог остановиться? Не мог перестать быть тем оружием, которым меня сделала война? Возможно, я просто сломался окончательно и испугался того, что будет дальше. Не хотел видеть, как человечество доживает свои последние месяцы, если не дни.
Первый конструкт шевельнулся, делая пробный шаг. Время на раздумия вышло.
Кира простит. Или не простит. Сим вырастет, зная отца. Или не зная. Но если я не сделаю это сейчас — у них не будет шанса вообще. Демоны не дадут им этого шанса.
Я активировал Древнюю Форму. Золотистый свет заструился по помещению, вспыхнул в глазах. Мир обрёл чёткость, детализацию, которой не было секунду назад. Каждая трещина в камне. Каждая выщербина на костях. Каждое движение формирующихся монстров — всё это стало частью единой картины, которую мой разум обрабатывал с нечеловеческой скоростью.
Серая кожа пошла волнами по рукам. Когти вытянулись, превращая пальцы в оружие. Я вновь перестал быть человеком. Стал чем-то другим. Чем-то, созданным для убийства. Но за последнее время у меня создавалось ложное ощущение от того, что Древняя Форма — моя истинная, а человеческая — так, промежуточная между самыми яркими событиями.
К сожалению, именно такие события были запоминающимися в моей жизни. Чем же я стал…
И я рванул вперёд, окончательно подавив все лишние мысли.
Медлить было нельзя. Я не стал ждать, пока они завершат сборку или займут выгодные позиции. Моей стратегией была одна лишь ярость и скорость, замешанные на отчаянии.
Быстро. Только быстро. Я жёг выносливость, как дрова, не обращая внимания на нарастающую тяжесть в мышцах.
Автомат в моих руках взревел очередью. Я не целился в головы или сердца — этих понятий здесь не существовало. Я стрелял в точки соединения, в узлы, где кости сцеплялись с камнем, подсвеченные Глазом Предвидения. Трассеры прошивали воздух, впиваясь в грубые каменные торсы, откалывая куски, сбивая с ног ещё неустойчивых монстров. Пустые магазины падали в кости с глухим стуком. Я вщёлкивал новые на бегу, двигаясь вдоль стены, пытаясь опередить процесс оживления. Очередь в паучий клубок с черепом — конечности разлетелись в щепки, тварь рухнула, но тут же начала жадно втягивать в себя новые кости с пола.
Не давай регенерировать. Добивай нормально. Или ты тут на неделю остаться решил? Я-то не против, но у тебя вроде как дела есть. И выкинь уже эту бесполезную железку. От неё толку как от нуля с палочкой.
Речь Йона пронеслась в голове. Я сменил тактику. Рывок вперёд, сапог с размаху вминает череп паука в каменный пол. В тот же миг чувствую движение сбоку — каменная рука, увенчанная кулаком из спрессованных тазовых костей, летит в висок. Уклониться уже не выходит. Вкладываюсь в удар плечом, принимаю его на броню по касательной. Глухой удар, как от отбойного молотка, отдаётся по всему телу. Лёгкие на миг пустеют от воздуха. Но я уже нападаю сам, и Нож Зверолова, вспыхнув белым пламенем, описывает короткую дугу. Лезвие не режет камень — оно взрывает его. Рука от каменного торса отлетает, рассыпаясь на груду булыжников и костяной крошки.
