А ее грудь… Боже, ее грудь. Лишь под тонким слоем черной тканюшки, она мягко обволакивала мою руку. Каждый вдох девушки, каждое ее едва заметное движение во сне заставляло эту совершенную упругость смещаться, создавая волны невыносимого ощущения даже сквозь ткань. Я чувствовал под своей рукой всё!

Ее приятную и очень нежную кожу. Ее плавный изгиб под ребрами. И главное — подушечкой большого пальца, слегка прижатого к ее груди, я случайно уловил твердую вершинку сквозь сорочку. Сосок⁈ Он был так близко! Я его коснулся!

Палец тут же одернул подальше.

Мозг выдал «синий экран смерти». Внимание! Перегрев вашего Кайто в районе паха! Охладитесь! Перезагрузка успешно завершена. Ваш Кайто снова частично функционирует.

Запах ее волос, смешанный с теплом ее кожи одурманивал сильнее любого алкоголя, наверное.

Как⁈ Как в этом «аду» можно уснуть⁈ Я же не святой! Я не каменный!

Я лежал, застывший, как статуя, боясь дышать и шевелится. Каждый вдох углублял наш контакт кожей. Каждый выдох казался слишком громким в тишине комнаты.

Я пытался думать о демоне Джо, о комментариях к манге, о утреннем звонке в полицию и ссоре у комбини — о чем угодно, кроме Кимико прижатой ко мне. Но мозг предательски возвращал фокус к ней. К мягкости ее бедра, прижатого к моему. К тяжести ее руки на мне. К невероятному ощущению ее большой и тяжелой груди на моей руке.

Как вообще спят женатые пары⁈ Это же пытка! Они что, привыкают к этому? Как к этому можно привыкнуть⁈ Или они спят в разных комнатах? Иначе можно просто сойти с ума или умереть от недосыпа! Почему никто и никогда в жизни не говорил мне как нужно просто спать с девушкой⁈ Почему этого не было ни в одном учебнике по биологии или анатомии⁈

Я попытался осторожно отодвинуться на сантиметр. Невидимое цунами желания уже бушевало у меня ниже пояса, делая мои шорты тесными до боли. Там все давно твердое и нагло требует внимания, совершенно игнорируя мои попытки мыслить рационально. Любое движение грозило прижать ЕГО к ее бедру. Ад!

Пока я пытался отодвинуть таз подальше, чтобы не провоцировать себя, моя левая рука, та самая, что лежала под Кимико, сама потянулась обнять ее чуть крепче. Пальцы непроизвольно сжали ее бок, ища большей площади контакта, большей… близости.

Нет! Что ты делаешь рука⁈

Я замер в ужасе. Неужели разбудил? Но Кимико лишь тихонько просопела во сне и… прижалась сильнее. Ее грудь полнее легла на мою руку, а бедро мягко уперлось в мой твердый, предательски выдающийся боевой шест. Мгновенная, яркая молния желания пронзила меня от мозга до кончиков пальцев на ногах. Это было невыносимо приятно!

Сейчас или никогда. Беги! Беги, глупец, или это плохо кончится!

Я совершил рывок. Резко, как ошпаренный, отдернул руку из-под нее. Кимико хмыкнула, но не проснулась. Я как тайный агент неуловимо скатился с дивана и почти улетел в ванную, прикрывая шорты руками. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Внизу бушевал настоящий ураган.

Я открыл кран с холодной водой и сунул голову прямо под ледяную струю. Холод спасительно обжег кожу, заставил вздрогнуть всем телом. Все похотливые мысли и желания тут же отползли куда-то в угол моего мозга и там тихонько начали исчезать.

Я стоял, опершись о раковину, мокрый, и даже слегка дрожащий, глядя на свое отражение в зеркале. Глаза были дикими, щеки пылали даже под холодной водой.

Храбрец, который не боится призраков? Сейчас я был жалким пленником собственного неопытного тела и желания, такого сильного, что оно пугало.

Это не сон. Это пытка.

Я вернулся в комнату. Кимико спала, повернувшись на спину, плед сполз, обнажив изгиб ее талии и начало бедра под натянутыми штанами. Она выглядела безмятежной, невинной и бесконечно желанной одновременно. Мысль вернуться на диван, к этому теплу, к этому искушению… вызвала новую волну жара ниже пояса, но я сразу ее подавил.

Ну уж нет. Я не выдержу. Я или сделаю что-то глупое во сне, или просто сгорю заживо от напряжения.

Я схватил подушку с запасным пледом и плюхнулся на пол перед диваном. На жесткие и холодные татами. Я лег на спину под одеялом, подложив подушку под голову. Холод пола проникал сквозь одеяло, контрастируя с жаром.

Посмотрел в потолок, на слабый свет ночника. Сверху доносилось ровное дыхание Кимико с дивана. Там было тепло, мягко и пахло ею.

Здесь было холодно, жестко, пахло чистотой и одиночеством. Но здесь отпускало. Жестокое напряжение, сковывающее тело и мысли, отступило.

Вот он, секрет супружеского сна — раздельные кровати. Ну или холодный пол.

Уже через полчаса мучительного лежания на твердой поверхности, когда холод окончательно победил внутренний пожар, а мысли перестали скакать как обезьяны по клетке, я наконец провалился в тяжелый сон.

Побежденный не призраком, а собственной физиологией, но нашедший спасение на территории пола. Утром предстояло объяснять Кимико, почему она проснулась одна на диване, а я — как бомж на полу.

Но это было проблемой утреннего Кайто. Сейчас же, на холодном полу, под тихий гул системного блока и тихой музыки, я просто был спасен.

Сон был очень глубоким и тяжелым. Это такое состояние когда ты просыпаешься и не понимаешь какой сейчас год.

Где-то на границе сознания мне снилось, что демон Джо пытается растопить меня в гигантской микроволновке за то, что я украл его Кимико. Было похоже на сны при температуре 39. Жар был невыносимым даже не смотря на то, чтоя спал на полу.

И вдруг…

Что-то твердое и тяжелое вдавилось мне прямо в солнечное сплетение. Воздух с хрипом вырвался из легких. Я открыл глаза, ослепленный серым утренним светом, и увидел над собой…

…Ногу. В черной облегающей пижамной штанине. И следом вторую. Они стояли у меня на животе всего долю секнды или вроде того, но этого хватило, чтобы все остатки сна полностью прошли.

— Ой! — оглушительный, пронзительный вопль разорвал тишину комнаты и мои барабанные перепонки.

Кимико, быстро убравшая свои ноги обратно на диван, отпрянула как ошпаренная подальше, к стенке. Затем через секунду из-за дивана выглянуло ее милое сонное и напуганное личико.

— Кайто-кун⁈ Что ты тут делаешь⁈ Я думала… я думала, это какой-то мешок с мусором или… или вообще ПРИЗРАК — девушка сидела на диване, широко раскрыв глаза, хватая ртом воздух, одна рука прижата к груди. Она будто пыталась удержать выпрыгивающее сердце.

Я сел, потирая грудную клетку и чуть поковырял в оглохшем ухе.

— Я тут… сплю… Точнее спал — прохрипел я — Пока ты не решила проверить мои ребра на прочность своими ногами — я слегка улыбнулся понимая курьезность момента.

Кимико, осознав ситуацию, сначала покраснела, потом фыркнула, и наконец рассмеялась. Смущенно, слегка покраснев но от души.

— Ой, извини! Правда, извини! — она подтянулась, села рядом со мной на пол, ее плечо ткнулось в мое — Я проснулась… а тебя нет. Диван пустой. Я испугалась, подумала… Ну, мало ли что. Вскочила, хотела тебя искать… Подумала, может ты уже проснулся и возишься на кухне… А тут ты, как котик или собачка, лежишь на полу! Я даже не поняла на что наступила — она снова захихикала, дотрагиваясь до моей груди — Ты живой? надеюсь я тебя на раздавила? Ребра целы?

— Кое-как выжил… — пошутил я, хотя под ее пальцами было не больно, а приятно, да и встать на ноги она ведь не успела.

Мы посидели так пару мгновений, плечом к плечу на полу, улыбаясь этой абсурдной ситуации. Ночь с призраками и невыносимым желанием казалась далеким и странным сном. Утро все расставило по местам. Обычными, смешными бытовыми красками.

Потом Кимико повернулась ко мне. Ее улыбка стала мягче.

— Ладно, с ногами разобрались. А теперь скажи честно… почему ты тут? — она кивнула на мое импровизированное спальное место на полу — Тебе со мной на диване было неудобно? Или… — она сморщила носик — Неужели я храпела?

Вот он, вопрос на миллион. Мой мозг лихорадочно заработал. И что сказать?