Все это помогло тому, что на Востоке кризис, каким бы острым он ни был, не перерос в агонию. Позже константинопольские императоры учли многие ошибки своих равеннских коллег и приняли ряд реформ, укрепивших Империю. И когда активные нападения варваров (хотя это были уже другие варвары) возобновились, Империя стала намного сильнее, так что разрушить ее они не смогли.

Позднюю империю можно и нужно рассматривать с двух точек зрения. С первой эта эпоха является завершением римской истории вообще и Римской империи в частности. Римское государство на протяжении своего более чем тысячелетнего существования не раз переживало политические кризисы различной продолжительности, глубины и результативности. Наряду с ними в римской истории выделяются три больших общих кризиса, из которых вырастали революционные трансформации общественной и, что нас сейчас интересует более всего, политической и государственной жизни.[284] Каждый из них длился не одно десятилетие, прежде чем перерасти в агонию предшествующего строя. Первый кризис охватывает последнюю треть II и первое (с небольшим) десятилетие I в. до н. э. Он начался выступлением Тиберия Гракха в 134–133 гг. до н. э., разрушившим то реальное или воображаемое «согласие сословий», на котором основывалась фактическая власть республиканской олигархии. После Союзнической войны сначала теоретически, а затем и практически возникает новый гражданский коллектив, неизбежно потребовавший и новой формы римской civitas. В 88 г. до н. э. впервые в римской истории армия открыто выступила против правительства, и с этого времени политическое противостояние часто превращалось в гражданские войны. С этого года речь шла уже не о кризисе Римской республики, а о ее агонии, которую вслед за Р. Саймом можно назвать римской революцией, в ходе которой рождались иные формы государственного устройства. Победа Октавиана над Антонием в 31–30 гг. и ее юридическое закрепление в 27 г. до н. э. означали окончание первой римской революции и положили начало созданию нового политического строя — принципата. Началась история Римской империи.

Создателем принципата явился Октавиан, принявший в 27 г. до н. э. имя Август. Естественно, что этот строй развивался, совершенствовался, трансформировался (так продолжалось на протяжении двух столетий после смерти его основателя), но сохранял свою сущность. Принципат — дуалистический политический строй, неразрывно соединивший полисно-республиканские и монархические элементы. С течением времени последние стали все явственнее брать верх над первыми, но никогда не устранили их полностью. И такой строй всецело соответствовал социальному и ментальному состоянию римского общества. В момент создания принципат рассматривался как чрезвычайное установление, связанное с личностью Августа как победителя в последней гражданской войне, спасителя государства, вернувшего государство к нормальной жизни. Однако за время его 44-летнего правления новый строй настолько укоренился, что ни о каком возврате к чисто республиканскому правлению не могло быть речи. События 41 г., когда сенат после убийства Калигулы попытался восстановить республику, но, встретив решительное сопротивление римского гарнизона и, по крайней мере, части плебса, был вынужден отказаться от этой затеи, совершенно ясно показывают это радикальное изменение и политической, и ментальной ситуации. Власть теперь постоянно находилась в руках одного человека — принцепса, который делил ее с сенатом и магистратами. Личностный характер императорской власти в большой мере выражался в ее связи с домом Цезаря и Августа. Хотя некоторые члены старой римской знати и пытались претендовать на власть, в сознании людей она неразрывно связывалась с Юлиями — Клавдиями как прямыми наследниками Цезаря и Августа.

Гражданская война 68–69 гг., в начале которой погиб последний член правящего дома Нерон, покончила с этим представлением. Поздний принципат, родившийся из этой войны, фактически стал уже не личностным и теоретически чрезвычайным установлением, а политическим институтом. Положение принцепса теперь было основано не на происхождении, хотя бы и косвенном, от Цезаря и Августа, а на обладании властью независимо от него. Цезарь и август из имен превращаются в титулы. Это вело к тому, что императорская власть становилась все больше независимой по отношению к сенаторской аристократии, состав которой в это время также довольно значительно меняется. Место старого римского нобилитета во все большей степени занимает общеимперская знать, в основной своей массе про исходившая из провинций. Резко ускоряется начавшееся еще при Августе формирование императорского бюрократического аппарата, он все более заменяет сенаторский, республиканский. Определенное равновесие различных элементов принципата обусловливает стабильность Римской империи во времена Антонинов. Еще в период гражданской войны 68–69 гг. был выдвинут новый принцип занятия трона — принцип заслуги, конкурировавший с династическим. Антонины, кроме предпоследнего императора Марка Аврелия, не имели родных сыновей и в связи с этим обстоятельством были вынуждены руководствоваться заслугами, а не происхождением преемников, но оформлялось это путем вхождения в императорскую семью в результате усыновления. Таким образом, оба принципа наследования власти соединились, и это тоже (независимо от субъективных взглядов и стремления императоров) стало основой политической стабильности.

Во второй половине II в. эта стабильность начала рушиться. Возникли явные признаки разбалансировки политической и социальной жизни. При Марке Аврелии это выразилось в резком усилении внешней опасности, с которой римлянам пришлось справляться с чрезвычайным напряжением всех сил. Марк Аврелий, в отличие от своих предшественников, имел родного сына — Коммода, ему он и передал власть. Все это нарушило политическую стабильность. Появились несомненные элементы кризиса, все более нараставшие. Убийство Коммода в ночь на 1 января 193 г. запустило его механизм. Первыми проявлениями кризиса стали чрезвычайная кратковременность правления преемника Коммода Пертинакса, а затем ожесточенная и длительная гражданская война, победителем в которой стал Септимий Север.

Период правления Септимия Севера и его преемников был временем второго большого общего кризиса.[285] Сам Септимий Север, после того как он расправился со своими врагами, субъективно стремился к сотрудничеству с сенатом, но на деле его политика была антисенатской. Ее же придерживались и его преемники. Только последний Север — Александр — пытался как-то возродить августовский паритет в отношениях между императором и сенатом. Императорская власть, опиравшаяся еще больше, чем раньше, на армию, настолько усилилась, что дальнейшее существование принципата стало невозможным. Когда же в 235 г. солдаты подняли мятеж, убили Александра Севера и провозгласили императором Максимина Фракийца, начавшего свою карьеру рядовым воином, кризис принципата перерос в его крушение.

Период 235–285 гг. М. И. Ростовцев назвал «военной анархией», поскольку наиболее яркой чертой этого времени были действия различных армейских групп и их командующих. По сути это была вторая римская революция. В ней выделяются два этапа, сильно разнящиеся между собой. На первом, продолжавшемся приблизительно до 260 г., еще делались попытки сохранить дуализм принципата и даже при казавшихся благоприятными условиях склонить чашу весов на сторону сената. Порой планировались реформы, которые должны были вывести Римскую империю из тяжелейшего состояния путем реставрации старых порядков. Эти попытки не имели никакого успеха, поскольку они совершенно не соответствовали объективным обстоятельствам. В 260 г. или несколько позже Галлиен проводит абсолютно новую реформу, окончательно лишившую сенаторов какой-либо реальной власти. Начинается второй этап, когда ни о каком возврате к отжившей политической системе уже не могло быть речи. Возникают элементы нового политического строя — домината. Важнейшим шагом на этом пути стало правление Аврелиана, занявшего, по существу, положение абсолютного монарха. Черту под всем этим развитием подвел акт Кара в 282 г., когда он не обратился за утверждением к сенату, а лишь сообщил ему о своем провозглашении армией. Это означало, что сенат лишился последней «конституционной» прерогативы — формального утверждения императора. Концом второй римской революции является победа Диоклециана над сыном Кара Карином в 285 г. Это была не просто победа одного претендента над другим, а начало стабилизации Империи на новых принципах. Зарождалась эпоха Поздней империи.