Торжество Галлы Плацидии было недолгим. В 433 г. Аэций вернулся и с помощью гуннов восстановил свое прежнее положение. Себастиан бежал в Константинополь. Теперь у Аэция соперников не было, и Плацидии пришлось с этим смириться. Он стал фактически главой равеннского правительства.
Важнейшей проблемой, с которой столкнулся Аэций, было отношение к варварам и их действиям уже не столько на имперских границах, сколько внутри их. Гунны активно помогли Аэцию вернуться к власти, но оставлять их в Италии он, естественно, не мог. Он заключил с ними соглашение, и они покинули Италию, но за это расширили свои владения на Балканском полуострове. В 433 г. равеннское правительство официально уступило гуннам восточную часть Паннонии. В Африке Аэций тоже пошел на соглашение с варварами. В 435 г. был заключен договор, в соответствии с которым вандалы и аланы признали себя федератами Империи, и им была передана для поселения значительная часть Северной Африки: Ситифская Мавритания, часть Нумидии и небольшой район на северо-западе Проконсульской Африки. В результате владения вандалов разрезали римскую территорию. За это Гейзерих обещал платить небольшую дань Империи. Она была небольшой и с экономической точки зрения неважна, но подчеркивала, что власть императора распространяется и на эту территорию. Гейзерих явно рассматривал этот договор лишь как временное перемирие, но все же на какое-то время в Африке воцарилось спокойствие, и Италия могла снова получать оттуда продовольствие.
В Испании свевы возобновили свои набеги, но и с ними Аэций сумел заключить соглашение. Его посланец Цензорий в 432 г. провел переговоры со свевским королем Гермерихом, а сам договор был заключен в следующем году уже непосредственно между свевами и местными римлянами, но его основы были заложены Цензорием. Эти соглашения с гуннами, вандалами и свевами обеспечили некоторую стабилизацию в Империи, но путем фактической потери значительной части имперской территории. Аэций пошел на это, понимая невозможность сохранения прежней ситуации. В Галлии, однако, он действовал иначе. Эта страна территориально была слишком близка к Италии, чтобы уступить ее варварам. Кроме того, первые военные успехи Аэция, давшие ему шанс резко выдвинуться, были связаны именно с ней. И там он прибег уже не к дипломатии, а к силе.
Положение в Галлии было очень сложным. Вестготы снова стали нападать на римские города, стремясь расширить территорию своего королевства. Вестготский король Теодорих I фактически порвал федератские связи с Империей и стал полностью независимым, хотя, как кажется, имперские власти этого и не признали.[251] На северо-западе Галлии снова вспыхнуло народное восстание, возглавил его Тибаттон. Повстанцы называли себя багаудами, как это делали их предшественники в III в. Аэций направил против них армию во главе с Литорием, назначенным комитом rei militaris. Тот сумел подавить восстание и взять в плен его руководителей. Некоторые из них были казнены, другие, в том числе Тибаттон, сохранили жизнь. Несколько позже под водительством того же Тибаттона вспыхнуло новое восстание, но пока римская власть в этом регионе была восстановлена. Воспользовавшись этим, Литорий двинулся на юг и освободил Нарбонн от вестготской осады.
Аэций во главе большой армии выступил против бургундов. Их королевство стало очень серьезной силой на Рейне и в Восточной Галлии. Они захватили Бельгику, и Аэций расценил это как нарушение существовавшего договора и мятеж против римской власти. Но главное, такое усиление Бургундского королевства и расширение его территории грозили резко изменить хрупкий баланс сил в Галлии. Аэций привлек к этой войне также аланов, возглавляемых Гоаром, и действовал весьма успешно: бургунды были разбиты и вынуждены очистить Бельгику. И все же они представляли собой серьезную угрозу римской власти, и Аэций, официально заключивший с ними мир, решил окончательно устранить их. Поскольку сил у римлян для выполнения этой задачи не было, он снова обратился к гуннам.
Главной базой гуннов было междуречье Дуная и Тисы, но они постоянно оказывались за пределами этой области, то просто занимаясь грабежами, то подчиняя соседей. Вскоре, после того как Руга помог Аэцию вернуться в Италию и фактически захватить власть, он погиб, оставив трон своим племянникам Бледе и Аттиле. Последний в скором времени устранил своего брата и стал единоличным правителем гуннов, власть которых распространялась от Рейна до Кавказа. Еще раньше они пытались пробиться на запад и перейти Рейн, но были отбиты бургундами, остававшимися на старом месте восточнее Рейна. Теперь по призыву Аэция гунны перешли Рейн и в 436 г. вторглись в Галлию.
Силы бургундов были значительно подорваны недавней войной с Аэцием, поэтому оказать достойного сопротивления гуннам они не смогли. Война превратилась в жестокое избиение бургундов. Гунны взяли бургундскую столицу и уничтожили весь королевский род во главе с королем Гундахаром. Вместе с ним погибло 20 тыс. бургундов. Речь шла, вероятно, только о взрослых мужчинах-воинах. Сколько при этом погибло женщин, детей и стариков, сказать невозможно. Можно лишь говорить о гибели значительной части, если не большинства, бургундов вообще. Бургундское королевство было уничтожено, а остатки племени перешли под покровительство Аэция. Эта катастрофа бургундов надолго осталась в памяти германцев и позже стала сюжетной основой германского рыцарского эпоса «Песни о Нибелунгах».
Политика Аэция принесла свои плоды. Действуя то дипломатией, то силой, он сумел стабилизировать положение в Западной Римской империи. Конечно, это было достигнуто путем значительных уступок варварам и фактической потери большой части имперской территории, но все же на какое-то время Империя могла вздохнуть свободно.
Валентиниан III и Аэций. В 437 г. Валентиниану исполнилось 18 лет. В этом же году он отправился в Константинополь для заключения брака с дочерью Феодосия II Лицинией Евдоксией, с которой был помолвлен 13 лет назад. 29 октября 437 г. была пышно отпразднована свадьба. В ее честь были выпущены монеты с легендой SALUS ORIENTIS FELICITAS OCCIDENTIS (Благо Востока, счастье Запада). Молодые супруги еще некоторое время пробыли на Востоке, а затем прибыли в Равенну. В 439 г. Евдоксия была провозглашена августой.
Совершеннолетие Валентиниана и его брак означали конец регентства Галлы Плацидии. В Равенне, где реальная власть все более сосредоточивалась в руках Аэция, а при дворе царила юная августа (на момент свадьбы Евдоксии было всего 15 лет), она явно чувствовала себя неуютно. Она уехала в Рим и оставалась там до самой смерти в 450 г., занимаясь в основном церковным строительством.
Вскоре после возвращения императора 1 января 439 г. был созван сенат, и на его заседании было торжественно объявлено о введении в действие юридического кодекса, так называемого кодекса Феодосия, хотя императорским постановлением он был введен в действие 23 декабря. Предыдущие попытки объединить различные юридические акты были сделаны еще в правление Диоклециана. С этого времени императоры издавали самые разные законы, к которым прибавлялись толкования юристов. Все это требовало значительной юридической работы. В этот период правовые проблемы стали чрезвычайно актуальными. Гражданские войны, часто очень кровопролитные, и государственные перевороты все больше утверждали «право сильного», что порой вело к политическому и юридическому хаосу. И это, с другой стороны, усиливало тягу к установлению правового порядка, способного, хотя бы в идеале, восстановить законность.
В 426 г. от имени Валентиниана была издана конституция, согласно которой судьи должны были руководствоваться суждениями только пяти знаменитых юристов «классической» эпохи — Папиниана, Гая, Ульпиана, Павла и Модестина. Через три года, в 429 г., Феодосий II издал эдикт об образовании специальной комиссии из видных чиновников с целью разработки нового кодекса. Первоначально перед ней была поставлена грандиозная задача не только собрать воедино все действовавшие акты, но и издать сборник высказываний всех известных юристов, даже тех, кто не имел никакого отношения к новому времени. Одним из членов комиссии был Феодор, занимавший пост magister memoriae, что и давало ему возможность собрать необходимые документы. Вскоре, однако, выяснилось, что выполнить такую большую работу в сравнительно короткий срок нельзя. Кроме того, возникали огромные трудности в сборе документов, поэтому в 435 г. была создана новая комиссия, которая должна была к уже существовавшим Грегорианскому и Гермогенианскому кодексам добавить действовавшие законы, изданные Константином и последующими императорами, включая самого Феодосия. Феодор остался членом и этой комиссии. Он, по-видимому, сыграл наиболее важную роль во всей работе. Во всяком случае, именно он и его коллега Аполлодор были поощрены за нее титулом коми га консистория.
