— Ага, пленница из светленьких, — фыркнула Сиера. — Я слышала, он повелел своей Тени не передавать ему мужскую силу.

— Что? — поразилась я. — Как это вообще возможно?

Сиера пожала плечами.

— Не знаю, как именно, просто слышала разговоры. Это что-то магическое. Говорят, Тень не может иметь женщин. На нем какая-то печать, — она вздохнула. — А ведь он очень хорош собой, я видела его пару раз. Даже жаль его. Впрочем, благодаря этому, нам с Повелителем хорошо.

Меня снова передернуло.

— Это отвратительно.

Сиера лишь усмехнулась.

— И как тебе быть королевой? — спросила я ее.

— Прекрасно! — Она гордо выпрямилась и с достоинством кивнула какому-то поклонившемуся нам мужчине. — У меня есть власть, уважение, роскошь.

— Никогда тебя не пойму, — честно призналась я.

— Может, и не придется. — Сиера загадочно улыбнулась. — Вот забеременею, и Повелителю уже не будут нужны другие наложницы. По крайней мере, ты сможешь отказаться. Так я думаю. Здесь ведь никого больше не неволят. Только одаренных, потому что кто-то из нас станет женщиной из Пророчества. А Оракул стоит даже выше Повелителя.

Мы вышли на небольшой пригорок, с которого открывался вид на бурную, красноватую от глины реку. Дальше, до самого горизонта, тянулись невысокие горы-лабиринты. Даже отсюда было видно, как петляют между ними ущелья, напоминающие каньоны.

— Девочки, а давайте к речке сходим! — услышала я вдруг веселые голоса.

Несколько моих одногруппниц, самых младших, толпились слева от нас и смотрели на воду.

— Пойдемте!

Сиера покачала головой.

— Пойдут по камням на каблуках, вот дурехи…

Девчонки и правда, подобрав подолы платьев, заковыляли вниз по склону. Они смеялись и болтали, а мы с Сиерой смотрели на них и посмеивались, словно их беззаботность передалась и нам.

На пригорок упала тень. Я машинально подняла голову.

— Ого, облако садится, — проговорила я.

И в тот же миг Сиера, резко выпрямившись, крикнула уходящим по склону девчонкам:

— Возвращайтесь, сейчас же! Это нападение! Тревога!

Я ахнула и увидела, как из пушистого, безобидного на вид облака тумана вылетели несколько светлокрылых мужчин с обнаженными клинками и устремились к перепуганным, бегущим назад девушкам.

— Они не успеют, вот ведь! — Сиера выставила вперед руки, призвала густые тени-щупальца. Они устремились вперед и вверх, наперерез нападавшим. — Зови подмогу, Аэлита!

Я побежала назад, крича во все горло:

— Небо! В небе!

Навстречу уже бежали маги, и мне стоило лишь указать дрожащей рукой вверх, как они рванули в бой. Но из клубящейся темноты спикировал один из светлых — стремительный и безжалостный, как коршун. В его руках вспыхнуло золотое копье, слепящее и неотвратимое. Он занес его над моей головой.

И в этот миг совершенно незнакомый мне маг, оттолкнул меня в сторону. Его руки взметнулись, выпуская тени.

— Беги, дитя! — успел он крикнуть.

Но их не хватило. Золотое копье пронзило тени. Я застыла, увидев острие, выступившее из его спины между лопаток. Маг закашлялся, а потом рухнул на колени, но его руки все еще были подняты, а из пальцев тянулись последние, слабеющие черные нити, пытавшиеся опутать нападавшего.

Я отступила, в ужасе наблюдая, как светлый материализует новое копье и нацеливает его на меня.

Рядом выплыл из портала Повелитель.

— Кто посмел посягнуть на жизни моих наложниц⁈ — взревел он, и его тени взметнулись вверх бесконечным огненным количеством нитей, закрыв небо, затмив собой свет.

Другие будто живые, обвили светлого со всех сторон. Раздался хруст — и его разорвало на куски. Кровь брызнула в разные стороны, и я рухнула на тротуар, не в силах дышать.

А потом раздались крики, и начался дождь. Но не вода капала с небес. Меня замутило, к горлу подступил ком, а в голове воцарилась паника. Я закричала, подскочила и побежала, не зная куда, просто подальше отсюда.

Но кровавый дождь, казалось, нагонял меня везде. Липкое, омерзительное, теплое… я размазывала его по лицу и рукам. Я бежала куда-то вниз, подгоняемая криками битвы, перед глазами темнело и плыло. Порой мне казалось, я уже упала и лежу где-то в красной грязи.

Все стихло внезапно. И я очнулась на мелком камне в одном из ущелий. Не понимала, как оказалась тут, и сколько прошло времени. Видать страх и память о крови почти лишили меня рассудка.

Я почувствовала в волосах и на коже неприятное стягивание, и на меня вновь накатила тошнота. Да такая сильная, что я не выдержала, согнулась пополам, и меня вырвало.

— Мне срочно нужна вода, — пробормотала я потом и побрела, борясь с омерзением и ужасом.

Меня шатало, перед глазами то и дело вставали картины бойни: сраженные золотыми стрелами наши защитники, оторванные конечности нападавших и кровавый дождь… Это все не могло быть правдой. Я просто попала в кошмар или смотрю фильм. Нет, нет и нет, такого не бывает в жизни.

Меня трясло. И как бы я себя ни уговаривала, чтобы обмануться хотя бы ненадолго, я понимала, что все это произошло на моих глазах.

— Дыши, — уговаривала я себя, но дыхание то и дело перехватывало. И я била себя в грудину, чтобы хоть как-то прийти в себя. — Успокойся… Руфус… Где же ты? Помоги мне, пожалуйста…

И только мысли о нем хоть немного помогали собраться. Я зацепилась за него, стараясь вспоминать все, что с ним связано. Его голос, его руки, его улыбку… И я подумала, что если магия истинной любви действительно существует, то он появится, чтобы помочь мне. И появится именно тот, кто связан со мной. И я на все сто процентов уверена, что это будет Руфус.

Я брела по ущелью и вслушивалась, но только ветер свистел в каменном лабиринте.

— Помогите! — не выдержала я. — Я тут!

Я действительно заблудилась и уже даже не могла найти место, где очнулась. День клонился к вечеру, и на ущелье словно пелена ложилась тень и прохлада.

— Кто-нибудь! — то и дело вскрикивала я и долго прислушивалась к собственному эху.

Надо же, куда меня занесло. Паника — ужасная вещь.

И вдруг я услышала шаги впереди. Обрадовалась и побежала навстречу.

Конечно, меня ищут. Я ведь наложница Повелителя, каждая из нас на счету. Они не позволят ни одной погибнуть. Даже жизнями своими жертвовали…

Я повернула направо, пробежала на звук шагов и, кажется, журчания воды, свернула вдоль каменной стены ущелья теперь налево и оказалась на отмели берега той самой рыжей реки, которую мы с Сиерой видели с пригорка. Это ведь уже полдела, да и хотя бы кровь с рук и лица смогу отмыть.

Вот только вместо темных магов, которые ищут пропавшую наложницу, я встретила двух раненых светлых. Они тоже, по всей видимости, шли к воде. Я медленно попятилась обратно в ущелье, надеясь, что они не услышали меня.

Но нет, было поздно. Они развернулись.

— Какая удача, — бросил презрительно один, оставив своего раненого товарища и тут же отправившись ко мне, хромая. Из-за пояса он достал широкий клинок. — Хоть одна племенная овца сдохнет! Не зря погибли благородные воины!

— Да что я вам сделала⁈ — воскликнула я, пятясь. — Зачем вообще было нападать?

— Ваш Повелитель первый нарушил уговор!

Я развернулась, намереваясь бежать, но споткнулась и свалилась на неровный камень, расцарапав руку. Кровь. Алая, яркая, уже моя, ввела меня в ступор.

Но не успел он занести надо мной золотое копье, как раздался страшный рев. Налетевший ветер сбил с ног светлого мага, а потом прямо перед нами приземлился дракон! Черный, с перепончатыми огромными крыльями, смертоносными когтями и гигантскими зубами.

Не успела я вскрикнуть, как он разорвал обоих светлых. Столько крови в один день сделает меня или сумасшедшей, или излечат от фобии. Я грохнулась на камни, потеряв сознание.

Очнулась я от того, что меня хлопают по щекам большие и теплые ладони.

— Аэлита, ты слышишь меня? Очнись, — почудился мне голос Руфуса, и я подскочила.