— Но это… это еще более неправильно, чем я думала! — воскликнула я, пожалуй, слишком громко и спохватилась, подумав, что он может как-то донести этому мерзкому Повелителю.

— Смотря с какой стороны посмотреть, — улыбнулся он, и я собралась спорить с ним, как вдруг осознание его слов запоздало догнало меня.

Он ведь сказал, что эта истинность взаправду связала меня с магом! То есть, и он должен чувствовать нечто подобное. Или же нет?

— Не волнуйся, Аэлита, Повелитель больше не призовет тебя.

— Раньше времени, вы хотели сказать? — пробормотала я, пытаясь понять до конца собственные предположения.

— Да, — как-то сдавленно ответил он и напряженно сглотнул.

— Вы сказали, магия связала мою душу с душой другого человека? Я правильно поняла?

— Правильно. — Он опять улыбнулся будто даже смущенно, но, наверное, это разыгралось мое воображение.

— И тот человек… чувствует то же самое? — едва слышно прошептала я, надеясь и боясь услышать правду одновременно.

— Да, Аэлита. — Он подался вперед, так, что между нами воздух сгустился.

Я чувствовала его дыхание на своей коже, моим вниманием завладели чуть приоткрытые губы, обрамленные короткой черной едва заметной щетиной. Безумно захотелось коснуться его, провести пальцами по коже, ощутить его тепло, узнать его вкус…

— Я помню о твоей просьбе, — вдруг отстранился маг с серьезным видом. — Ты хотела увидеться с родными.

— А… да… — Наваждение не покидало меня, или я не хотела его покидать. Перед глазами все еще стояло его суровое, но приветливое лицо, хотя сейчас он отвернулся.

— Я приду к тебе через несколько дней, — добавил он. — И не беспокойся о Повелителе.

— Спасибо.

«Это ведь вы? Вы тоже это чувствуете? Это с вами меня связала магия?» — так и хотела спросить я, а сама проговорила:

— Как вас зовут? А то нечестно, вы знаете мое имя, а я ваше — нет.

— Да, прости. — Он глянул на меня. — Зови меня Руфус.

В дверь постучали, а потом открыли. Низенький мужчина привел тетушку Лину и скрылся за дверью. Тетушка всплеснула руками и подбежала ко мне.

— Одень ее и ступайте в академию, — скомандовал Руфус, и тетушка поклонилась ему.

— До встречи, Аэлита, — произнес он и быстрым шагом покинул кабинет.

А я осталась с Линой, глядя ему вслед. Меня одевали, как маленькую: нижнее белье, платье, обувь. Тетушка причесывала меня, поглаживала по плечам и спине, причитала жалостливым голосом. А я, точно оглушенная, не могла разобрать ни слова. Странное приятное чувство покинуло меня вместе с Руфусом, и я вновь ощутила весь произошедший со мной ужас, липкие мурашки поползли по коже, а мерзкий силуэт Джаббы всплыл перед глазами.

«Как же ты поможешь мне, если он твой Повелитель? — пронеслось у меня в голове. — И почему ты пообещал помочь? Ты — тот, кого навязала мне магия, или я перепутала?»

Вопросы бесконечной вереницей цеплялись друг за друга. Успокаивало одно — Руфус обещал встретиться. Может быть, тогда что-то прояснится?

Когда мы остались одни, тетушка Лина схватила меня за плечи и горячо затараторила:

— Ты лишилась девственности? Повелитель пожелал взять тебя в наложницы прямо сейчас? Без обучения?

— Нет! — Я вырвалась из ее рук и замотала головой. Мною овладела паника, едва я вспомнила его мерзкие тени на своей груди и между ног, его огромные жирные руки на животе и плечах, пальцы-сардельки на губах и во рту. — Нет! Не хочу, не буду!

— Тише-тише. — Тетушка вновь обняла меня, на этот раз крепче, притянула к себе, прижала к своей пышной, мягкой и теплой, как у мамы груди, и стала нежно поглаживать по спине. — Все позади, моя хорошая, позади. Идем скорее в комнату, я заварю тебе чудесный отвар, и ты успокоишься. Я узнаю у декана, ректор точно передаст всю информацию.

Я кивнула и послушно отправилась за тетушкой. Хотелось и правда поскорее попасть в комнату и желательно забаррикадироваться там. Однако я не учла одного нюанса. В комнате меня поджидала злая Сиера. Едва дверь за тетушкой закрылась, и мы остались с Сиерой наедине, та в тот же миг выпустила черные тени-жгуты, которые тут же обвили мои руки, ноги и шею.

— Ты чего⁈ — захрипела я. — Пусти!

Как назло я совершенно не могла использовать магию, даже чтобы оттолкнуть свою разъяренную соседку. Браслет, будь он неладен, работал исправно.

— Я чего⁈ — воскликнула она. — Ты еще спрашиваешь⁈ Прикидывается дурой, а сама вон как — минуя все правила, сразу в постель к Повелителю!

Ее жгуты сильнее сжали мои запястья и шею, кожу под ними защипало.

— Если ты не заметила, тот жирный боров меня сам схватил! — продолжала сипеть я, уверенная, что Сиера не станет меня убивать. Ведь все-таки я тоже наложница Повелителя, и вряд ли он обрадуется моей смерти.

— Как ты сказала? — ошарашенно пробормотала Сиера. — Боров?

На шее ее хватка чуть ослабла, и я смогла наконец нормально дышать.

— А разве нет? Ты же сама видела, как мне было страшно. Я не хочу быть с ним, не хочу вообще никогда, не то что сейчас. Я даже волосы на теле отрастила, чтобы не понравиться ему! Я нарочно намазалась не той мазью.

Сиера устало сгорбилась, ее тени исчезли. В комнату вошла тетушка с кружкой горячего отвара, тут же наполнившего пространство мягким, но сильным ароматом, напоминающим запах черемухи.

— Что тут стряслось? — охнула тетушка, поставила кружку на столик и подбежала ко мне. — Какие жуткие следы на шее! Кто это сделал? Сиера⁈ Ты же понимаешь, что тебе будет за драку между наложницами⁈

Тетушка резко развернулась к моей теперь поникшей соседке.

— Нет, это Повелитель оставил, — выпалила я, прежде, чем осознала, что делаю.

Сиера вскинула на меня удивленный взгляд, я продолжила:

— Сиера просто расстроилась. Она думает, ее очередь не наступит. Но ведь меня точно не возьмут сейчас. Правда ведь, тетушка?

— Да, я уточнила у декана, и он сказал, что ты остаешься в академии учиться. Ведь ты еще…

В комнату вдруг постучали. Довольно требовательно, резко. А когда дверь открылась, к нам вошел и поклонился молодой худенький слуга.

— Одаренная Аэлита, приказ Повелителя: срочно доставить вас к нему.

— Что за своеволие⁈ — орал разъяренный Повелитель, а рядом с ним стоял глава магического подземелья Октилиус Третий, и ехидное выражение не сходило с его лица.

Повелитель осушил кубок, который услужливо подставил ему слуга, и швырнул со звоном об пол. Черный хрусталь разлетелся блестящими осколками чуть ли не по всей комнате.

— Ты должен был заняться проверкой безопасности, а не таскать мою наложницу по дворцу! — продолжил злиться Повелитель. — С чего ты вообще решил, что ее нужно было куда-то уносить⁈ Разве я давал тебе такое указание⁈

Он повернулся к стоявшему в углу прислужнику.

— Пошли за ней сию секунду!

— Стоять! — рявкнул я на слугу, и тот почти буквально прирос к полу. — Повелитель, выслушайте меня, прошу!

— Ваша Тень смеет оспаривать ваши решения? — прошептал с ужасом Октилус. — Такой поступок заслуживает сурового наказания.

Повелитель коснулся ладонью висящей на груди печати властителя, воздух накалился, завибрировал, я ощутил, как по мне ползут его раскаленные, точно огненные тени.

— Приведи девчонку! — отчеканил Повелитель, глянув на слугу, и на этот раз я не успел его остановить, слуга молнией вылетел из покоев.

— Вам должны были сообщить, что Аэлита едва не лишила себя жизни! — Я старался говорить спокойно и скрыть собственный гнев. А сам смотрел сейчас на эту неповоротливую тушу и не понимал, как мы служим ему. Почему подчиняемся? Зачем исполняем любой его каприз? Как можем внимать каждому его слову и не подвергать сомнениям?

Это были недостойные Тени мысли, но они были, и я не мог, да и не хотел выкидывать их из головы.

— Что за нелепость⁈ — воскликнул Октилус. — С чего ей себя убивать?