– А за меня вчера в драку полезла, – не унимался подозрительный дракончик.

– Потому что такого и такому, как вчера, спускать и прощать нельзя, – спокойно объяснила Яна.

– Странная ты, – секунд пятнадцать спустя выдал озадаченный Лис.

– Я знаю, тут все странные, каждый на свой лад, – миролюбиво согласилась девушка и облегченно выдохнула: кросс подошел к концу. Чуток походив, чтобы восстановить дыхание, Янка села прямо на траву и невольно заулыбалась.

Капризницу Ириаль, перемещаясь гигантскими скачками, за шкирку несла к раздевалке мастер Леора, да еще и сдержанно выговаривала ей в процессе перемещения: «Вас же предупреждали о порче вещей! Почему не сдала коменданту обувь на хранение?»

К тому времени, когда после двойки Ольсы и Максимуса настала пора выходить на полосу препятствий Янкиной команде, вампирша уже вернулась из раздевалки в растоптанных старых форменных мокасинах, раздобытых учительницей. Коленку эльфийки Леора тоже залечила, просто помахав над травмированной конечностью ладошкой.

– Нравится мне твоя новая обувка, Ириаль! Тоже Портаччи? – не удержался от последней шпильки Лис, перед тем как выйти на полосу препятствий по команде Теобаля. От Янкиного воспитательного подзатыльника парень увернуться не успел.

– Так его, – одобрил Хаг. – Нечего девчонку обижать. Она и так наказана, куда уж больше. Ты чего, вампирок не знаешь? Они на язык все злые, порода такая.

– М-да, что-то я увлекся малость. Может, это вы на меня дурно влияете? Или воздух в академии специфический? Или Покровитель подначивает? – принялся рассуждать Машьелис, прыгая бойким козликом по маленьким столбикам, вбитым в жидкую грязь, – таково было первое препятствие на полигоне.

Янка здраво оценила свои способности к прыжкам, соотнесла размер ноги и поверхности опоры столбика, вздохнула и принялась закатывать штаны.

– Ты чего? – нахмурился тролль.

– Я не перепрыгну, пойду вброд, – спокойно объяснила девушка. – Надеюсь, обувь шкафы тоже чистят.

– Стой, – велел Хаг и подхватил Янку на руки, не как девицу в шестьдесят килограмм весом, а как пушинку. Вместе с ней на руках тролль и запрыгал по столбикам. Пусть не так изящно, как Лис, но в грязюку не свалился, живую ношу не уронил и благополучно преодолел первую преграду.

– Спасибо большое, – растерянно поблагодарила напарника девушка. – Только вдруг нам прохождение не засчитают, и придется снова всем пересдавать из-за того, что ты мне помог?

– Вот если не засчитают, тогда и пересдадим, – твердо ответил тролль, а наблюдательный дракончик, вскарабкавшийся на первую из череды лестниц, проинформировал отстающих:

– Если и пересдавать, то практически всем придется. Перед нами Авзугар Титу и Кайрая чуть ли не на себе тащит. А Еремил вон, по твоему примеру, Хаг, Таату на закорки посадил. Насчет Ольсы не вижу, но, думаю, Максимус девчонке тоже помогать будет. Он парень правильный! И ты, Янка, извини, я не сообразил, что помощь нужна.

– Я вообще вашей помощи, ребята, не ждала, спасибо, – растроганно поблагодарила девушка, начиная карабкаться на причудливую конструкцию. Она походила на паутину обезумевшего гигантского паука, вздумавшего ткать сети из лестниц. Хаг подстраховывал напарницу. – Я же тяжелая!

– Это ты, может, для человеческих дохляков тяжеловата, а для нормального тролля – пушинка! – хмыкнул снизу серокожий.

Янка не выдержала и гулко засмеялась, припоминая один из любимых анекдотов бабушки. Не откладывая дела в долгий ящик, девушка тут же поделилась с напарниками:

– Поспорили двое. Первый спрашивает: «Что тяжелее – килограмм железа или килограмм пуха?» «Глупый вопрос! Одинаково!» – отвечает второй. «А если по голове?» – уточняет первый.

Похохатывая и делясь байками, трое напарников довольно успешно преодолели сплетение деревянных лестниц, скорее, служившее для передышки после прыжков по столбикам в грязи, и уставились на следующее препятствие. Это был участок земли с камешками, хохолками травы, холмиками и канавками с грязью. Над сим великолепием максимум в полуметре над поверхностью колыхалась подвешенная сетка с колючками. Колыхалась она без всякой закономерности и не вся одновременно, а частями. С этого участка как раз сейчас выползала на карачках предыдущая партия студентов, состоящая из горца, пещерницы и гоблина-старосты. Последние двое фактически выдергивали крупного Авзугара, чья куртка намертво накололась на шипы особенно удачно опустившейся сетки.

– Поползли? – предложил Лис. – Закономерности движения у этой пакости нет, а мы не пророки, чтобы предсказать. Придется все время прижиматься к земле.

– Особенно мне и Янке, – отследив мучения горца, согласился Хаг.

Щуплый дракончик снова первым хлопнулся в траву и, извиваясь по-змеиному, пополз вперед. Кажется, он еще и умудрялся инстинктивно выбирать самую удобную дорогу. Во всяком случае, Янка решила на это понадеяться. Форму было жалко, себя еще жальче, но неумолимый физкультурник Теобаль как живой встал перед глазами и сурово нахмурился, так что девушка, крякнув, последовала за Лисом.

Ползти, пережидая очередной спуск «ловчих» колючих сетей сверху, было бы совсем скучно, если бы троица ползунов не умудрялась болтать между собой. Лис сыпал остротами через слово так, что в очередной раз задохнувшийся от смеха Хаг выпалил:

– Слушай, мелкий, ты за два дня жуть как изменился! Тебя, часом, не подменили? В академию к прялке какую-то ящерицу трусоватую выдергивали, которая за бабкину юбку спрятаться хотела, а сейчас ты совсем другой стал, хоть и ссылаешься на трусость.

– А ведь и правда, или мы плохо смотрели, – поддакнула Янка, отдуваясь и пытаясь убрать с лица тыльной стороной руки налипшие волосы.

– Не знаю, – вслух призадумался Лис. – Может, скачок взросления пошел? У нас, драконов, все происходит не постепенно, как у многих рас, а резкими всплесками. Или я сейчас больше стал соответствовать ожиданиям Привратника Покровителя, вот он милость и являет…

– Это ты его давеча после шутки поминал? А кто у тебя Покровитель? – заинтересовался Хаг. Вжимаясь в траву сильнее Янки и Лиса, он тем не менее рассуждал так вдумчиво, будто сидел в кресле. – Я не слыхал, чтобы драконы вашего вида кому-то поклонялись.

– А мы и не поклоняемся, – беспечно согласился Машьелис, возобновляя движение. Его звонкий голос четко доносился до напарников. – Есть у нашего рода древняя традиция. В день первого отроческого совершеннолетия маленький дракон в одиночку отправляется на гору Ройхак. В ее недрах заключен лабиринт, выбирая путь по нему, каждый приходит к своему Покровителю. Дракон ли выбирает Покровителя, или Покровитель дракона, или эта дорога такова, что идущие встречаются посередине, не знаю. Моя бабушка очень хотела, чтобы в Покровители мне достался Вечный Воин или Великий Плодородный Государь, на худой конец Покровительница Разума и Обаяния, даже пыталась мне схему лабиринта тайком подсунуть. Я ее на клочки порвал перед входом и так разозлился, что психанул. Думал тогда: если уж играть и выбирать, то по-честному! Если жулить, то только ради собственного удовольствия или спасения. Но подгонять свою жизнь под чужие правила ради чьих-то желаний не дам! Плюнул под ноги, на пятке крутанулся – и сразу мордой в алтарь Привратника врезался. Его еще называют Дарителем Шанса, Великим Игроком и Мастером Шуток. Видать, он мой порыв оценил, раз к себе перенес. Бабушка, конечно, поворчала, но смирилась, решила, что с таким Покровителем у меня шанс прожить подоле выше будет.

– Хм… Насчет шансов на выживание я бы посомневался, коли судить по тому обилию шуток, что из тебя, как из мешка драного, сыплются. Пошутишь так с кем-нибудь неудачно и отправишься на встречу с Покровителем в бесплотном образе. Хотя, если по сходству нрава, Покровителя ты себе верного подобрал, – согласился Хаг, отплевываясь от попавших в рот травинок.

– Не жалуюсь! А в последнее время даже рад, так легко на душе стало… А ты, конечно, поклоняешься вашему Торансу Великомогучему? – бросил в ответ Лис.