– Слабаки, – пренебрежительно фыркнул голубокожий Картен, брезгливо разглядывая свою палочку.

– Вот это мы сейчас и проверим! – обрадовался мастер, точно ждал именно такой реакции. Может, и впрямь ждал. – Разбейтесь-ка, ребятки, на группы, мишени я вам сейчас организую! Наполнять палочку энергией следует так же, как лист Игиды, вот только ломать не нужно. Направляете на объект и используете формулу мысленного посыла. Ах да, забыл предупредить, в каждой палочке только одно заклинание, а уж какое – как кому повезет! Импровизируйте! – Очередной веселый оскал Брэдока ясно свидетельствовал о том, что «забывчивость» относительно функций палочек была не следствием старческого склероза, а злонамеренным актом. – У вас десять минут, время пошло! Кто не справится, тому не повезло.

– А если не повезло? – уныло поинтересовался Максимус, поднимаясь со скамьи и занимая место рядом со своей напарницей – Ольсой. Умница и пацифистка, дриада тоже не горела желанием участвовать в импровизированной драке-проверке.

– Того я с радостью увижу на вечернем дополнительном занятии, – щедро порадовал студента педагог и прищелкнул когтями, перемещая группы напарников в отведенные им участки зала, превратившиеся в полигон, разбитый на сектора.

– Что ж, будем пробовать, – философски резюмировал Хаг и послал из палочки заряд в сторону надвигающихся мишеней, изображавших бесформенные комки тьмы. Вообще, при моделировании боевых ситуаций, как на полигонах спортивного комплекса, так и на магических, гипотетическим противникам студентов старались придавать максимально абстрактные разноцветные формы, дабы не плодить межрасовой розни и не взращивать фобий.

Яркий зигзаг молнии прошил зал, и тролль с одобрением глянул на зажатый в когтях инструмент. Завистливо покосившись на напарника, Лис махнул своей палочкой, и друзей окружил бледно-голубой купол.

– Кажись, тебе защита досталась, – похвалил друга здоровяк и метнул новую молнию, в клочки разнесшую очередное темное нечто.

Лис только скрипнул зубами и ткнул под ребра Яну, никак не решавшуюся использовать свою палочку. Все-таки ни разу в жизни таким образом колдовать не приходилось. Девушка насупилась и, наставив палочку на дальнее чернильное пятно, «выстрелила». Мысленно землянка порадовалась тому, что Тайса раскрыла ей каналы энергии в достаточной степени, чтобы не опозориться перед парнями.

С кончика палочки сорвалась маленькая голубенькая искорка, полетевшая по параболе и спустя несколько мгновений обернувшаяся громадной глыбой льда. Сопротивляться закону тяготения предмет не смог и рухнул на комки черноты, погребая их под собой. Ледяное крошево застучало по куполу, выставленному палочкой дракончика. Когда артобстрел завершился, перед тройкой напарников предстало поле брани, где не осталось ни единого противника.

– Быстро мы, – радостно осклабился Машьелис.

– Повезло, – резюмировал тролль. – Начни Янка первой колдовать, сейчас бы в лекарский корпус шлепали.

– Везение – тоже часть дара настоящего блюстителя, – с апломбом заверил напарников дракончик и ткнул ногой один из крупных осколков льда, а Янка невольно представила, как такая махина могла шибануть ее или друзей, и непроизвольно вздрогнула.

Десять минут, отведенные мастером на тренировочную битву, истекли очень быстро. Истаяли границы секторов, и студенты вновь увидели друг друга: кто-то был чуть подкопчен или, наоборот, подмочен, кто-то потрепан. Впрочем, по-настоящему ни один блюститель не пострадал. Мастер Брэдок, хоть и выглядел порой как законченный психопат, не зря звался мастером и свое дело знал туго.

– Вот и размялись! – снова потер ладошки гоблин. – Теперь можно и подуэлировать, а, студенты?

Кое-кто из парней и Ириаль с Титой, которым, похоже, повезло с выбором палочек, поддержали учителя согласным гулом и выкриками. Янка нахмурилась. Нет, в том, что мастер Брэдок не допустит настоящих травм, девушка почти не сомневалась, но…

– Нет, я не буду бить по своим! – громко объявила Донская и пошла к кофру, из которого мастер раздавал палочки. Окончание боя застало Янкину тройку в самом дальнем углу зала.

– Я тоже. – Ольса, стоявшая рядом с кофром, опередила однокурсницу, кинув палочку внутрь.

– И я, – храбро зажмурившись, присоединилась к «протестанткам» Тита.

Максимус сделал тоже самое вслед за напарницей. Кайрай повторил действие человека, с достоинством тряхнув ушами. Пит же отбросил свою палочку торопливо, скорее, из нежелания драться и огребать неприятности вообще, чем из высоких нравственных принципов. Они, может, у сирена и были, только себя юный красавец любил и ценил больше всех принципов вместе взятых. Еремил задумчиво покусывал губу, готовясь согласиться с однокурсниками. Только вот его обоже – Ириаль – крепко держала палочку в тонких когтистых пальчиках, потому влюбленный парень мешкал.

– Да ладно, ребята, девчата, вы чего? Это ж всего лишь тренировка, – пожал плечами Картен, всегда бывший не дураком подраться, и азартно переглянулся в Авзугаром.

Оборотень любил не столько схватки, сколько любые физические упражнения и соревнования.

– Вот-вот, – с хитрой усмешкой поддержал мастер студента, явственно ожидая чего-то от блюстителей. Понять бы еще, чего именно.

– Нет! И разряженное ружье раз в год стреляет, а это артефакты! – стояла на своем Донская. Она нагнулась, чтобы аккуратно положить палочку. Бросать хреновину, которая пуляется айсбергами, показалось нарушением техники магической безопасности.

– А если придется пересдавать? – пригрозил Брэдок, оскалившись и притопывая ногой.

– Пересдадим, – прогудел Хаг и, забрав у чуток упирающегося Машьелиса новую игрушку, пошел, чтобы тоже положить обе деревяшки в кофр.

– Нельзя так! Да чтоб вас приподняло и шмякнуло, мастер, – резко выпрямившись, в сердцах тряхнула Янка рукой, в кулаке которой все еще была зажата палочка. На учителя она инструмент не направляла, но маленького гоблина приподняло так, что он чувствительно приложился лысой макушкой о потолок, и уронило на пол.

– Классная у тебя палочка! – завистливо выпалил Картен, которого ехидный гоблин особенно часто избирал жертвой для демонстрации полезных приемов на занятиях.

Густо покрасневшая девушка торопливо уложила невинную деревяшку в кофр и, причитая на ходу, кинулась к учителю, чтобы помочь подняться:

– Простите, мастер, я не хотела!

Почему-то сейчас Янку совсем не пугала мысль о возможном наказании от Сил Правосудия, обещанном деканом в случае несправедливого применения дара приговорщицы. Девушка думала лишь о хрупком с виду и стареньком учителе. Пусть вредном, но не заслуживающем того, чтобы им вытирали пол и потолок вместо тряпки.

– Верю, – снова усмехнулся чему-то своему Брэдок и потрепал студентку по руке. Демонстративно покряхтывая, встал, щелкая суставами, и тихо сказал:

– Молодцы. Даже в шутку, даже понарошку нельзя сражаться против своих, тем паче малознакомым оружием, будь то магия или клинок. Тогда тренировка может обернуться трагедией. Те, кто поняли это, молодцы. А кто нет… Что ж, время у вас еще есть, поймете. Заодно и усвоите, что не все колдуны с палочками безобидны.

– Спасибо за урок, мастер, – поклонился учителю Максимус.

Парни и девушки, даже желавшие позабавиться и не спешившие расстаться с новым инструментом, поклонились старому лысому гоблину, благодаря за урок.

– И все равно, классная у тебя палочка была, Янка, – вновь повторил и мечтательно прикрыл глаза Картен. – Вот нам бы ее сейчас к мастеру Айриэльду на урок.

– Я прям тебя не узнаю, – рассмеялся дракончик. – Когда это ты успел так измениться, что возжелал лицезреть прекрасного эльфа распростертым перед собой? Нет, я бы еще понял, будь мастер прекрасной леди…

Студенты засмеялись, а Картен беззлобно отмахнулся от остряка:

– Да иди ты, Лис, со своими шуточками.

А Янка брела нога за ногу и страдала, раз за разом прокручивая сцену на магических практиках. Второй раз за этот семестр она случайно использовала проклятие. И если за историю с убийцей стыдно ни капельки не было, то сегодняшняя выходка погрузила совестливую девушку в настоящую пучину раскаяния. Пока языкастый Машьелис вызывал огонь на себя, Хаг приотстал и шепнул напарнице: