Вот и представил себе, как сижу в кабине на месте машиниста и кладу правую руку на кран №395. Он красный, но рукоятка из бакелита коричневая.

В памяти сдвинул рычаг, а наяву спокойно перечислял:

— Зарядка и отпуск, поездное, перекрыша без питания магистрали…

— Ладно, знаешь, — он поморщился. — А тот машинист не знал. Знал, вернее, да запутался, мычать начал. Я написал акт, и его отстранили! И премии лишили! А вот студент ещё был в прошлом году, никак учить не хотел. Даже мама его приезжала, просила, а я ей сказал, раз ПТЭ не знает, пусть воинский устав зубрит…

Любит он так пальцы гнуть перед нами. Просто обожает вспоминать, как кого-то в депо из-за него наказали, выгнали или лишили премии. Будто он был царь на железке, который вершил судьбы подданных.

— Так, Коломенский, — он обратил свой взгляд на заднюю парту, — с какими неисправностями запрещено выпускать локомотив…

— Э-э-э, — Виталик Коломенский на задней парте поднял глаза от телефона.

— Не знаешь. Вот я раз видел мастера техосмотра, он мне не назвал, так я составил акт, и его уволили нафиг! Ты, — он показал на Лёшу, сидящего рядом со мной, но замялся. Наверное, забыл фамилию. — С какими неисправностями запрещено эксплуатировать локомотив?

— Э-э-э, неисправность системы подачи песка, — Лёша задумался и приоткрывал рот, как рыба.

Он Иванеса побаивался и каждый раз робел. Думаю, даже те люди, о которых Иванов вспоминал, когда хвастался, тоже терялись. Хотя заочники говорили, что после небольшого презента Иванес забывал о том, что человек не ответил на вопрос.

— Неисправность АЛСН, — тихо подсказал я.

— Кто там подсказывает? — рявкнул Иванов, глядя в окно. — Не подсказывать.

— Неисправность АЛСН, — произнёс Лёша, — радиосвязи, э-э-э…

— Правила технической эксплуатации нужно знать наизусть, а в особенности пункт 12.4, — отчеканил Иванов. — Антон, — он посмотрел на первую парту, и его злое лицо потеплело. — А что такое АЛСН?

— Ну-у-у, — сидящий там парень отложил телефон и посмотрел в потолок. — Это…

— Ну, — Иванов встал перед ним и начал тянуть: — Автоматическая…

— Автоматическая… э-э-э… локомотивная… э-э-э.

— Сигнализация, — подсказал я.

Иванов ничего не сказал, хотя точно это услышал, а Антон выдал:

— Автоматическая локомотивная сигнализация.

— Автоматическая локомотивная сигнализация непрерывного действия, — добавил декан. — И для чего она нужна?

— Для безопасности, — неуверенно сказал студент.

— Правильно, Антон. Но ты повтори ещё материал, ладно?

А Антон Иванов, его племянник, покраснел и откашлялся.

Кстати говоря, парень он неплохой и не задаётся, красиво чертит и охотно помогает по учёбе. Но память у него плохая, теряется, а ещё смущается, когда его суровый Иванов, да и остальные преподы тоже, постоянно показывают при нём своё расположение.

Думает пацан, что остальные в группе его за это не любят.

— Лёш, — шёпотом позвал я, пока Иванес что-то чертил на доске. — Мне комп надо. Давай сходим с тобой после пары, купим.

— Точно, ты говорил. Тогда го! — оживился он и полез за телефоном, но посмотрев на Иванова, отложил его. — На перемене почекаю, какое железо тебе взять.

Много времени на покупки не ушло, хотя пришлось разобраться кое с чем в магазине.

Так что вскоре я уже шёл домой к Лёше с коробкой под мышкой, в которой был новенький ноутбук. Лёша снимал студию в новостройках, очень тесную. Зато там был проводной интернет, а он нужен для настройки и всего нашего софта.

И мне тоже, для моих целей.

— А ты вовремя заметил подставу, — сказал Лёша, открывая дверь подъезда.

— Там скотч другого цвета был, сразу видно, что вскрывали. А так бы подсунули неликвид…

— Это да, — он кивнул. — Мне тогда планшет сунули на кассе, памяти меньше было, чем написано, и царапина ещё была. А когда заметил, они сказали, что это я подменил и поцарапал. Я вот сразу не посмотрел, и сунули.

— Надо смотреть, Лёш, и спрашивать. По морде не дадут. Да и сам видел, решили сразу.

Конфликт в торговом центре разрешили за минуту, и продавец принёс новый ноутбук. А то хитрецы хотели подсунуть мне ноутбук с витрины, с расшатанными петлями и мёртвой батарейкой.

Лёша выбирал по параметрам, ну а я — всё остальное. Мне же нужна хорошая вещь.

В подъезде нас ждало препятствие. Лифт перегородил лежащий пьяный. Мимо него прошёл парень в пальто кремового цвета, потыкал его портфелем, который нёс в руке.

— Иди на***! — промычал пьяный, не открывая глаза.

Пацан пошёл дальше, обходя пьяного по дуге, а Лёша с опаской уставился на лежащего.

— Буйный, — робко сказал он. — Я его знаю. Ещё и драться кинется. Лучше уйти.

— Идите вы все, — промычал пьяный.

— Батя, застудишься, — проговорил я, склоняясь над ним.

— Да тут пешком можно подняться, — сказал Лёша, показывая на лестницу.

— Холодно в подъезде, отморозится. Батя, тебе нормально? А? Молчит.

Я потёр ему мочки ушей, и пьяный открыл глаза, приходя в себя. Взгляд хоть и оставался пьяным, стал хоть чуточку осмысленнее.

— Домой иди, — сказал я. — Холодно так лежать.

— Куда? Да я тебе… ты кто такой? — бурчал он.

— Подъём! — рявкнул я и показал корочку студенческого, не открывая её. — Лейтенант Петров! Не уйдёшь, так я тебя закрою на пятнадцать суток!

Мужик перепугался, начал вставать. Я загнал его в лифт, где он нажал кнопку 3, и вернулся на свой этаж. Хотя бы не застудится.

— А уши зачем ему трогал? — удивился Лёша.

— Кровь приливает, сразу в себя приходят, — сказал я, хотя минуту назад сам об этом ещё не знал. — Да и мало ли, вдруг не пьяный. Тут недавно соседа встречал, а у него прединфарктное состояние было. Я заметил, скорую вызвал, а то бы ещё немного, и его бы не успели откачать. Всякое может быть. С виду пьяный, а на деле инсульт.

Мы поднялись на нужный этаж, Лёша подошёл к своей двери, достал ключ, вставил, провернул и чертыхнулся.

— Опять заело, — выругался он. — Каждый день такое. Трындец какой-то.

— Надо замок менять, — заметил я.

— Да тут походу, всерьёз. Как домой-то попасть?

Он крутил ключ в скважине, но ничего не происходило, ключ не вращался, его заело намертво. Лёша отошёл и достал телефон, набирая что-то в интернете.

— Пять тысяч⁈ — воскликнул он. — Да вы охренели!

— За что?

— За вскрытие! Тут будто банковская ячейка, а не дверь.

— Дай-ка, — я протянул руку.

Он вложил мне в неё свой ключ. Я сначала хотел поискать в рюкзаке скрепки и попытаться взломать. Ну серьёзно, Туман как делать нефиг тащит ценные вещи из карманов, уж такой-то замок двери от застройщика должен на раз-два вскрыть.

Но тут даже навыки Тумана не нужно. Я вцепился в ручку, надавил плечом, пытаясь чуть приподнять дверь, и внутри щёлкнуло. Дверь встала на место, и ключ легко провернулся. Ну, в подобных новостройках такое сплошь и рядом. Сам мучался первый месяц.

— Смажь замок хотя бы, — сказал я, возвращая ему ключ. — Всё хоть легче будет.

— А ты что сделал? — удивился он. — Взломал?

— Если бы. Толкнул посильнее.

Мы вошли в его студию, совсем небольшую. Из мебели только стол — для учёбы, готовки и принятия пищи, диван-кровать, а стиралка стояла прямо на кухне, под кухонным шкафом. Да, сильно не развернёшься, особенно когда немалую часть жилплощади занимает сушилка для белья.

Готовить Лёша тоже особо не умел, но вместо дошика питался в доставках. Впрочем, мог себе это позволить, ведь ему помогали родители, и каждый месяц высылали деньги.

— Ща всё настрою, вообще топ будет, — заверил он, ставя ноутбук на стол. — В хеллдайверс потом погоняем.

— Да пока некогда.

— Я всё равно поставлю, у меня ключик есть. Будет время, сгоняем пару каток. Взял тогда случайно два ключа, думал, куда второй деть. Так-то потянет, на средних…

Ноутбук не особо мощный, но для моих задач хватит, мне супер-пупер топовый не нужен. Комп продавался без операционки, но Лёша был готов поставить всё сам, тем более, он умел.