И взгляд очень уж внимательный.

— А я при чём?

— Так слышал чё-нибудь за это дело?

— Жека, ты такие вопросы задаёшь, будто он мне брат или кент. Я его видел раз в жизни всего, — продолжал я, глядя ему в глаза. — Давай конкретнее, чего надо.

— Во как. Пропали его вещи, догоняю вот, хожу.

— Так и догоняй, ко мне-то зачем пришёл?

Пока непонятно, в чём цель разговора, мне будет нужна маскировка. Я достал телефон, чтобы проверить время, делая вид человека, у которого свои дела. Ну и чтобы выглядеть типично для своего возраста.

Мне кажется, его взгляд это подметит, очень уж он внимательный. Попробуй найти сейчас парня моих лет, который не проверяет телефон каждые пять минут в ожидании уведомлений.

Народ отходил подальше, смотрел на дорогу. Тем более скоро подъедет автобус, его уже видно на перекрёстке. И задерживаться здесь я не собирался, тем более для такой болтовни.

— Пацаны говорят, у тя тёрки с ним были, — неторопливо продолжал Паяльник.

— Какие пацаны?

— Дима Кот, — Паяльник начал перечислять людей, о которых я никогда не слышал. — Шпала, Китаец. Слон, Бухгалтер… Туман…

Ну здравствуйте.

Он смотрел на меня, будто ждал, отреагирую ли я на какое-то имя? Особенно на последнее. Я усилием заставил себя не реагировать.

— Целая бригада. А мне-то откуда их знать? — спросил я, делая вид, что не слышал такие клички.

Я и не слышал. Кроме последнего.

— Пацаны, под Жорой ходили…

Какой же он странный. Вид опасный и агрессивный, при этом кажется тупым. Говорил, как заторможенный, да и вообще, внешне выглядел так, будто он браток из сериала про 90-е, но забыл выйти из роли.

Всё так говорило, кроме его взгляда. Умного, изучающего, проницательного. Помнил, как он при встрече осмотрел меня, будто срисовал. Мент, может, или фейс? Подчинённый Холодова?

Неизвестно.

— Он борзел, — сказал я. — Я его осадил. Шумели они там, спать не давали, я пришёл поговорить по-человечески, он начал пыжиться и не вывез. И всё, какой ещё базар?

Вышло даже естественно, будто с детства находился в таких компашках

— Ну да, он такой и был по жизни, — сказал Жека Паяльник после почти полуминутного раздумья. — Вот его и наказали. Я одного такого на пику посадил, — мрачно похвастался он. — А то он крысой был. Вот и сел, но вышел.

Самая разумная реакция в этот момент — охренеть, я её и изобразил. Но притворяться особо и не надо было, тут любой охренеет.

— Ты прям с порога козыри кидаешь, Жека.

— Хе-хе, — Паяльник оскалился. — Ладно, братан, погнал я. А ты же на секцию ходишь, да? — спросил он с интересом. — Кикбоксинг? Пацаны говорят.

— Так если знаешь, для чего интересуешься?

— Для себя. Я вот тоже раньше ходил на секцию, на борьбу и не только, — он хмыкнул и показал зубы. Были вставные. — Молоток, пацан, уважаю. А там чё, говорят, мужика неподалёку током убило?

Так, так, так. А вот это интереснее.

Не из-за этого ли он сюда пришёл? Чтобы узнать детали?

Стоять! Понял. Туман с кем-то взаимодействовал, вёл какие-то дела. Я этого почти не помнил, связанная с этим часть памяти совсем какая-то мутная.

Но он мог нанимать и бандитов. И они могли заинтересоваться, куда он делся и что с ним стало, вдруг обещал заплатить. Хотя откуда они бы знали его прозвище?

Зато как интересно он спросил, как бы невзначай. Сначала разогрел обычными вопросами, потом напряг, а потом задал основной вопрос. Он понимает, что делает.

Значит, его это интересовало больше всего. И мне казалось, что лучше об этом молчать. Туман бы промолчал. Вернее, сказал бы то, чтобы от него отстали.

— Ты прям всем интересуешься, Жека. То Жора, то мужик какой-то, то секция. Говорили, что кабель на столбе лопнул, — я показал вверх. — Упал, прижгло кого-то вроде как. Вот и всё.

Потому что там была ФСБ, и фейсы сделали всё, чтобы это дело никуда не утекло, об этом даже в новостях не говорили, и свидетелей кроме меня и того электрика не было. Значит, мало кто знает, но слухи пошли, и некоторые этим интересуются.

И о том, что я был рядом, лучше молчать. Мало ли. Вдруг тоже подумает, что Туман мог мне что-то передать? А что до остального, так скажу, что память отшибло.

— А что он, денег тебе должен был? — спросил я. — Поэтому ищешь?

— Именно так. Понятно. Ладно.

Тут в его взгляде скользнуло разочарование, хотя поначалу интерес был. Но он решил, что я обычный дерзкий пацан из детдома с понтами, и его внимания не стою.

Но это лучше, чем если бы он почувствовал какие-то навыки Тумана, о котором явно знал, или принял меня за лоха, на которого он бы начал давить намного сильнее, уже не скрываясь.

Паяльник, не прощаясь, развернулся и пошёл в машину. Походка не была такой важной и широкой, как в первый раз, и это я отметил. Но сам я сел в автобус, к этому времени внедорожник уже уехал.

В голове билась мысль: «Пронесло». Но чем же он так опасен? И спросить-то не у кого.

Но я отбился, своего достиг. Я сделал всё, чтобы не заинтересовать.

Нет, он точно умнее, чем кажется. Странно, но раньше это я бы не заметил. И он бы меня подловил на чём-нибудь, ещё хуже, чем тот мент.

Так что его портрет в своей памяти я повесил рядом с портретом мента. Изображение головореза с окровавленным топором ему подходило.

Но пока думал об этом, доехал до института, и без приключений.

Первым делом зашёл в деканат, там забрал зачётку, уже с подписью и штампиком, что всё сдано. Теперь надо ждать лета.

Пошёл на пару, но аудитория была пустой. В коридоре встретил одногруппника Лёшу.

— Слыхал? — с довольным видом спросил он, махнув рукой. — Пары у Иванова не будет!

— Е-е-е! — обрадовался я и спросил: — А что случилось?

— У него с заочниками было занятие. С одним начал ругаться, потом драться. Заочника в полицию увезли, а Иванова в больницу с разбитым носом отправил.

— Ого. И я это пропустил!

— Там эпично было, бро! — Лёша закивал. — Ну, так говорят, — добавил он. — Сам-то не был там. Они вроде как работали раньше вместе. Иванов ему сразу сказал, что завалит на экзамене, а тот ему давай что-то припоминать, какие-то взятки, Иванов сразу кулаками махать полез, а тот ему фейс пробил одним ударом!

— Снял может быть кто-нибудь? — предположил я. — Кстати, недавно разговаривал с одним заочником, говорит, что тот ещё дурдом на этой железке.

— Не говори, кринж какой-то. Уже не хочу там работать, — он засмеялся.

— У тебя же отец машинист, придётся. Династия, — я засмеялся.

У нас появилось полтора часа законного перерыва. И время как раз было подходящее. Мы пришли в пустой буфет, и там, на витрине, уже лежала полная тарелка сосисок в тесте.

Мы заказали по две штуки каждому и кофе, встали за высокий столик без стульев и принялись за перекус.

В последнее время готовить я стал намного лучше, чем раньше, но это не значит, что я стал брезгливым и морщить нос от обычной еды. Да и у нас в институте умели делать сосиски в тесте, правда.

И тесто хрустящее, и сосиски свежие, и успели мы до того, как на ближайшей перемене толпа студентов, как стая голодных чаек, смахнёт всё. Да и раньше для меня это было дороговато, приходил сюда только со стипендии.

— Горячие, — Лёша подул на пальцы. — А комп себе не надумал брать?

— Думаю, — я кивнул и откусил кусочек, после запил кофе из картонного стаканчика.

— Бери! В хеллдайверс погоняем. Там как раз недавно Киберстан брать пытались, а там киборги, вокс-машины… тебе зайдёт, Вадя!

— Лёша! — остановил его я. — Да не понимаю я ни слова про твой хелдайверс. Если возьму комп, то для учёбы. И смартфон ещё надо, мой уже откисает.

Я показал на экран. Снова сел, заряд батареи уже не держался. Но я тогда купил самый дешёвый, и тупил он изрядно. А нет, просто завис, экран загорелся. Но один фиг, надо другой, тут уже не починить.

— Ронял его, пайка отошла, наверное.