Лис прикрыл глаза, наклонил голову, будто прислушиваясь. Нахмурился.

— Странное спокойствие. Уют. Безопасность, — пробормотал он, медленно крутя головой.

— Сколько лет ты здесь провёл?

— Больше сорока. — До него начало доходить. — Получается, что я просто привык?

— Мало того. Как существо из мира демонов ты не просто привык. Тебе необходима была эта энергия. Особенно, когда у тебя не было больших запасов. Шторм же обежал тебе много энергии, чтобы ты смог выжить вне мира демонов, верно?

Тут лис повёл себя странно: прижал уши к голове, глаза забегали, а лапки поджались. А затем он промямлил:

— Да-да, именно для этого. — Всем видом показывая, что он скрывает что-то.

— Кефир? Я чего-то не знаю?

Он дёрнулся, отвёл глаза, поджал хвост. Вздохнул.

— Ага.

— Очень информативно. А если поподробнее? — начал злиться я.

Он застыл, но не ответил.

— Прости. Не могу сказать. — И заговорил ещё тише: — Это не мой секрет. Не только мой.

Мне стало неприятно от того, что старый лис тот ещё пройдоха и что-то скрывает. Но настаивать смысла я не видел. Сказал про разрыв — уже хорошо.

Значит я не зря готовился к своей секретной мастерской.

— Скажи, как быстро открывается проход? — перевёл я тему на более прикладную и понятную.

Кефир встрепенулся, скидывая с себя грусть.

— Медленно. Сейчас в лучше случае пролезет какая-то мелочь и сразу же окажется внутри камня. Для крупного демона дыра пока маловата и расширяется медленно. Инъектор делится энергией и закрывает её.

— Но ты сказал, что она такая же большая, как в парке, — нахмурился я.

— Ага. Только здесь огромная трещина, которая зашита, примерно, как твой Инъектор. И стежки только-только начали расходиться. Так что потенциал проблем огромный, но пока терпимый.

— Думаешь, что Боги Смерти и Жизни отправят нас с Кириллом туда, в парк?

— Можешь у них спросить, но скорее всего да. Про твою… нашу дырку знаем только мы вдвоём.

Мы стояли друг напротив друга и понимали, что знает о ней сильно больше людей. И нелюдей.

— Закрыть можем? — предложил я очевидное решение.

Лис фыркнул, как раньше.

— Если бы это было просто, я бы уже пихал тебя к нему и кричал: «Давай, чего тормозишь⁈» — Он изобразил лапами, как подпихивает меня вперёд. — Но только под нами примерно восемь метров бетона.

— Бетона? Не земли? — Кефир кивнул. — Значит кто-то знал об этом.

— Конечно. Твой прадед вложился знатно в ремонт этого места. Ты идёшь по его стопам, — ехидно заметил четырёхухий.

— То есть прадед знал про разлом, а ты нет? — я совсем не скрывал подозрение в своём голосе.

Кефир посмотрел на меня как на идиота.

— Твой прадед укрепил фундамент ВЕЗДЕ. А не только в подвале. И делал это по каким-то своим причинам. Он считал, что защищает семью от каких-то проблем. Но он говорил о людях! — воскликнул он, когда я попытался его задушить.

В шутку, конечно.

— Слишком уж натянутое совпадение, не находишь?

Кефир страдальчески выдохнул:

— Серге-е-е-ей! Я не знал про разлом, мы были при смерти и нам было не… — он резко замолчал, и уставился выпученными глазами на меня.

— Мы?

Вопрос повис в воздухе.

Целую минуту мы молчали, но в этот раз Кефариан даже не попытался отшутиться или оправдаться.

«Мы». О ком же?

Теперь пришла моя пора вздыхать:

— Когда будешь готов поговорить — приходи. Я выслушаю тебя. А сейчас надо обезопасить это место.

Я коснулся алтаря, влил Дар и каплю крови. А когда вернулся, сгибаясь под тяжестью, застал Кефира в той же позе, что и раньше: тупо смотрящим в стену.

На моё появление он отреагировал вяло, но, когда заметил, что у меня в руках, подпрыгнул.

— Зачем ты его притащил?

— Потому что он помогает. Ты же сам об этом сказал.

Я с грохотом водрузил расцветший Инъектор на семейный алтарь и полюбовался переливами Дара. От артефакта веяло приятной прохладой и силой.

Приглядевшись при помощи Взгляда артефактора, я понял, что потоки силы идут теперь не только вверх, но и магическими иллюзорными корнями устремились вниз, под алтарь, в пол. Именно там находится приоткрывшийся разрыв.

После этого я поднялся наверх и впервые за всё время закрыл потайную дверь, которую мне когда-то показала Лиза, жена моего брата. С небольшим «пшик» дверь закрылась и слилась со стеной, будто тут ничего и нет.

Не ахти защита, но по крайней мере первые попавшиеся бомжи Инъектор не увидят. А те, кому надо… Они пойдут ломать пол или вообще взорвут особняк к демонам. В прямом смысле.

Снова выйдя на улицу и устроившись на скамейке — при виде меня один из работников Вороновой вскочил и ушёл в обход по воняющей гарью территории — я позвонил Ангелине.

От её голоса в душе что-то затрепетало.

«Хех, я действительно влюбился. В обычную смертную. Да уж, бог».

Пообщавшись, я прикрыл глаза и изучил свой цикл перерождения. Белое дерево стояло внутри меня, уцепившись корнями за землю и выпустив ветви в небеса. Вокруг висела торжественная тишина, от чего дерево выглядело ещё более величественным.

Я обошёл его по кругу, то отдалясь, то приближаясь. Я не сомневался, что впереди меня ждут бои с демонами. А это всегда риск. Риск смерти.

В этом мире у меня нет запасного тела и, если я перерожусь здесь, то скорее всего в того, кто погибает. Это может быть кто угодно: взрослый, ребёнок, дряхлый старик. Человек в богатой семье или безродный отщепенец.

В этот раз мне повезло, а что будет дальше?

А что будет, если я вообще попаду в другой мир. Я вдруг понял, что не хочу уходить.

В этом мире я стал сильнее. Пусть немного, на ступеньку, но всё же это прорыв за пару сотен лет.

Здесь я могу заниматься любимым делом и двигать его вперёд. Официально.

Здесь у меня появились друзья и девушка, к которой я готов возвращаться даже из других миров. Может звучит немного пафосно и подростково для существа с тремя сотнями лет опыта на фоне двухмесячных отношений, но я чувствую сейчас именно так.

Поэтому я не хочу умирать и пользоваться своим циклом перерождения.

— Попробую обойтись без тебя, — прошептал я, касаясь ладонью мягкой, чуть шершавой коры. По руке разлилось приятное тепло.

Задрав голову, ещё раз осмотрел крону дерева и тёмное небо над ним. Уже собрался уходить, как заметил что-то очень странное. То, чего здесь быть не должно.

В глубине кроны мерцали огоньки. Фиолетовые огоньки, к которым, скрываясь в коре тянулись тончайшие линии фиолетового цвета. Они были тоньше волоса, и если бы я не заметил мерцание в ветвях, даже не обратил бы внимание на эти самые нити.

Моё древо, мой цикл перерождения был опутан сетью инородного Дара.

А фиолетовый цвет соответствует одному единственному Дару — Контролю.

Который, между прочим, в этом мире под запретом. Да и в моём прошлом бога контроля недолюбливали и несколько раз уничтожали. Хотя, там было за что.

Местного бога контроля прибили первым и только после этого люди получили шанс на победу. Когда тот, кто мог подчинить чужую волю в любой момент пал.

А кто ещё владеет этим Даром и активно пользуется себе во благо? Верно, демоны.

А учитывая, как часто я сталкивался с ними в последнее время, догадка накрыла влажным одеялом, бросая в дрожь одновременно от холода и ужаса.

Я под контролем? Я — марионетка демонов? Неужели мои встречи с ними — действительно последствия моей близости с ними?

Причём здесь я не могу спихнуть всё на прошлое Сергея и даже всего рода Шторм: цикл перерождения — это часть меня, бога, который стал Сергеем Штормом.

Да, в этом мире он из нитей стал деревом, но всё равно оставался привилегией богов. Старых или новых.

А теперь какая-то тварь внедрилась в мою сущность и тихо манипулирует мною, пока я занят!

Гнев в сердце и душе начал нарастать настолько, что в какой-то момент я почувствовал дрожь земли. Как здесь, в этом виртуальном пространстве внутренней сущности души, так и по внешнем — мой Дар волнами расходился по участку, заставляя землю вибрировать.