От меня до сих пор пахло костной пылью и слегка плесенью, которой так сильно воняло в подвале с демонами. Но отряхнувшись, я встал с пола и оглядел постамент.

Черепа, как я и предполагал, не было. С облегчением выдохнув, я посмотрел в сторону птички-шарфика. И в этот момент появился он.

— Рад видеть, что боевые навыки Штормов не только не потеряли в силе, но и растут, — говорил прадед, глядя чуть мне за спину.

Правда через мгновение взгляд сфокусировался и стал смотреть прямо на меня.

— Ты прошёл важную часть пути. Осталось немного: покажи, кто ты на самом деле. — Прадед сделал широкое движение в сторону постаментов.

Я слегка качнулся, но удержался и не коснулся пьедестала, где ещё недавно находился череп демонов. Несмотря на то, что со мной говорила записанная ранее иллюзия, всё же было приятно осознавать, что прадед признал мои заслуги на пути.

Пусть он не был моим прадедом, и я не собирался так внезапно проходить это испытание. Как минимум покопался бы в семейных архивах заранее. Но нет — бери и делай.

— Готов к следующему испытанию? — спросила голограмма, широко улыбаясь. Довольно так, словно знала, что там ждёт какая-то подстава.

— Готов-готов, — пробормотал я. — Только выдохну.

Будто услышав меня, прадед добавил:

— Не затягивай: время идёт, а тебе ещё многое нужно пройти. Испытания даются не просто так. Покажи, чего ты стоишь.

С раздражением я выпрямился, показал кулак иллюзии, на что получил широкий оскал в ответ.

Чтобы успокоиться, я сделал глубокий вдох, и снова почувствовал запах костной пыли и плесени, будто я до сих пор в подвале с мегалитами и кучами черепов.

Сжав, что есть силы кулаки, я вдруг понял, что в руке у меня что-то есть. Скосив взгляд, чтобы голограмма не обратила на меня внимания, заметил лёгкий металлический блеск.

Твою дивизию! Я до сих пор держу в руках кухонный нож с рунами!

А запах? До этого в пространстве с постаментами запахов не было, только прохлада. Запах стоял лишь внутри конкретного испытания.

Демонический мозговой слизень, чтоб ты сдох! Сделал вид, что всё закончилось, а затем готовился нанести второй удар.

Я нахмурился. Как и во время первого испытания. Видимо здесь такая структура: напрячь, поймать на расслаблении, а затем проверить навык на реальном напряжении.

Вот и сейчас, стоило мне расслабиться, почувствовать, что я победил, как демон подготовился мною закусить. И даже прадеда не надо, чтобы меня добить, как неудачника.

Я сделал вид, что иду к третьему, центральному, постаменту. Одновременно с этим я поглядывал на проекцию деда краем глаза. Фигура изо всех сил делала вид, что она предзаписанная иллюзия, но красное мерцание и лёгкое нетерпеливое шевеление рук выдавали тварь.

Когда я достиг третьего постамента, я поднял левую руку, вздохнул, будто собираясь с духом.

— Ну, была ни была, — сказал я громко и начал опускать пальцы к шарфу.

Только буквально за сантиметр до него я остановился, активировал сферу неуязвимости, которая со всего маху врезалась в постамент и шарфик-птичку.

Тут же раздался неприятный скрежет и вой.

— Выкуси, тварь, — заявил я, сжимая кулак ещё сильнее, после чего нанёс размашистый удар ножом по постаменту.

Камень развалился на две половинки, а резкий высокий вой резанул по ушам.

Стараясь абстрагироваться от боли в голове, я нанёс второй удар, теперь справа налево, словно отрубая голову каменной подставке.

Только вот я уже понимал, что это не камень, а иллюзия демона, который ждал, когда я коснусь его, чтобы либо подчинить меня, либо тупо сожрать.

Постамент передо мной зашатался, у него появились костлявые руки, которые схватились за «птичку», и всё это не прекращая вопля. Через секунду зона испытания сменилась на тот самый подвал, каменные арки мегалитов, горы черепов и старой оружейной рухляди.

Демон, который уже успел покрыться мышцами, вцепился к свою рогатую голову, пытаясь соединить её две половинки в одно целое, но чёрная кровь хлестала вверх и в стороны, заливая пол, стены и другие черепа.

Стоило черепам попасть под струю демонической крови, как они сразу же теряли свою силу: огни в глазах гасли, магия исчезала и они превращались в обычные кости, которые с глухим стуком падали на каменный пол.

Через минуту демон упал на колени и затих, свесив голову. Руки распластались, череп медленно раскололся на две части, как странный и пугающий цветок, остатки крови и мозга стекли по спине и груди на пол.

Но даже в этот момент я оставался начеку. Ждал подвоха. Атаки. Удара в спину.

Однако огни в черепах массово гасли. Кто-то падал на землю, кто-то замирал внутри стен. Гул и клацанье, которые сопровождали всю драку, затихали, погружая подвал в тишину.

Но несмотря на это, я не возвращался в комнату выбора испытания. А значит всё ещё не законченно. Что-то я не сделал.

На всякий случай я нанёс широкий удар, снеся к демонам голову демона. Череп покатился по земле и спустя полминуты начал плавиться, как и в реальном мире.

— Уже хорошо. Что ещё? — спросил я шёпотом, оглядываясь.

Я не видел выхода из подземелья, лишь черепа, заснувшие вечным сном в стенах. В воздухе висел запах пыли и плесени, а тишина давила на уши.

— Что же ты хочешь от меня, Шторм? — пробормотал я. — Или всё-таки демон?

Ответа не последовало. Только тишина и давящая чувство, напоминающее, что бой ещё не закончен.

Тишина начинала давить сильнее прямых атак. Не знаю, сколько времени прошло, но я всё ещё находился в подземелье, окружённый древними камнями и тусклыми черепами.

Очень хотелось пить, но внутри этого подвала были только камень, кость и железо, которое воняло окалиной, металлом и кровью.

Прислонившись к стене спиной, я отдыхал, пытаясь одновременно понять, что делать дальше и в чём задумка этого испытания.

Понятно, что это как-то связано с демонами. Понятно, что мне удалось победить того, кто сюда меня затащил, как и тех, кто здесь был. Обычные черепа, которые использовали сущности из другого мира, теперь смирно лежали на полу или на своих местах в нишах.

Однако я всё ещё оставался внутри испытания.

За прошедшее время я изучил стены, простучал мегалиты, прощупал черепа, даже несколько раз пытался выковыривать их из стены. Крысиные даже поддались, рассыпавшись под моими руками и кухонным ножом.

Только за черепами находилась глухая стена и выхода из этого склепа не обнаружилось. А пить хотелось всё сильнее, а запах раздражал всё больше.

Пока сидел и отдыхал, несколько раз тыкал ножом в пол, высекая искры, но камень, будто заговорённый, оставался абсолютно гладким, без изъянов.

Голова от усталости тяжелела, склонялась на грудь, но я заставлял себя бодрствовать: слишком опасно подставляться. В любой момент может произойти что угодно.

Но время тянулось, а ничего не происходило. Давно растворились, оставив жирные чёрны пятна, демонические кости. Звуки исходили только от меня и моих ударов по камню. Запахи продолжали раздражать слизистую, будто я каждый раз вдыхал их в первый раз, а не в десятитысячный.

Хотелось крикнуть в потолок прадеду, заявить, что шутка не удалась и пора прекращать. Но какой-то червячок сомнений и подозрений продолжал грызть изнутри, заставляя держаться и сохранять бдительность.

Спустя, судя по ощущениям, несколько часов, когда в горле осталась лишь Сахара, а в голове — трещащая коброй боль, мир вокруг дрогнул. Края стен слегка поплыли, а кости в них — осыпались песком.

В помещение вплыл образ прадеда, который деловито гляделся, кивнул, будто признавая, что помещение годно для проживания, а затем проплыл к дальней стене. Его рука поднялась, засияла ярким светом, и одна арка, в которой осталось меньше всего черепов, провалилась, открывая туннель.

— Пора двигаться дальше, — объявил прадед, после чего ушёл в туннель и исчез.