— Сергей Шторм, верно? — скорее утверждал, чем спрашивал он. — Да, я наслышан о ваших инициативах. И готов их поддержать. Есть только одна проблема: руководство Гильдии, да и твоя семья, Шторм, в последнее время дискредитировали себя. Поэтому мы вынуждены будем обратиться к другим поставщикам.

Он оглядел остальных артефакторов, которые тут же почувствовали запах не только денег, но и власти. Наивные.

— И всё же больше, чем я никто не сталкивался с демонами в бою. И так часто не побеждал.

— Это и подозрительно, Шторм. Словно ты точно знаешь, где они будут, и приходишь туда, чтобы показать, какой ты герой. Красивая история, не находишь? — мягким спокойным голосом проговорил Великий Князь.

Долбанная политика и словесные кружева. Я почувствовал, что меня загоняют в угол. Пытаются вывести на эмоции, показать нестабильным и опасным не только для артефакторов, но и для всех людей.

— В такое время нужно объединяться, а не раскалывать единство. Это как-то недальновидно, — я пожал плечами. — Тем более, что пятьдесят лет именно объединение разных… личностей позволило добиться Победы.

Мы посмотрели друг другу в глаза и поняли всё без слов. Речь шла не только о людях и Долгорукий — знал. Знал, что там, пятьдесят лет назад был ещё один магический лис, который дружил именно со Штормом.

И этого лиса, почему-то, не любили как боги, так и демоны с людьми.

— Я ж не рубль, чтобы нравится всем! — заявил из своего укрытия Кефир.

Долгорукий тяжело смотрел на меня, но в итоге кивнул:

— Сейчас действительно время объединиться. Если наши предположения верны, то сейчас мы видим только первые разведывательные отряды. Дальше их станет больше и времени на то, чтобы подготовиться у нас немного. Ещё и праздник решили испортить, — впервые в голосе Князя прозвучал настоящий гнев.

Казалось, что попытка убийства была частью парада, а вот появление демонов — всё-таки форс-мажор. Пусть к нему и подготовились.

— А как вы сослали всех, хм, нужных людей к нам? Чтобы они проявились?

— Они сами пошли туда. Не спрашивай почему. Возможно потому, что они тебе тоже не доверяют? — в его голосе не было шутки, но по контексту было понятно, что Князь продолжает надо мной издеваться.

— А как там Суворова? — спросил Яростный, отвлекая Долгорукого от меня.

— Это несколько не в вашей зоне ответственности, Хранитель Чумовых.

— И всё же? Анна Петровна наша коллега и очень нам помогает, — ответил за нас Алексей.

Владимир Юрьевич помолчал, но всё-таки ответил:

— Жива. Твари уничтожены. Использовали какой-то новый артефакт. Как только базу очистили, я смог вас принять. На этом всё. — Он резко встал, показывая, что аудиенция закончена. — С вами свяжутся наши люди, опишут условия заказов. Рассчитываю на вас, юное поколение. Вы — гордость нашей страны и мира.

Он вышел, оставив артефакторов галдеть, обсуждая новости. Братство резца собралось вокруг нас с Яростным, молча переглядываясь.

— Мне одной кажется, что ещё не всё закончилось? — спросила Виолетта, поправляя пиджак. Ему немного досталось в бою, и всю встречу с Князем женщина придерживала рукав, чтобы он не отвалился.

Все закивали. Слишком просто, слишком прямолинейно. Будто бы нас вводили в заблуждение, оттягивали внимание от действительно важной цели.

Но какой?

Снова раздался звонок телефона. Увидев имя, я напрягся.

— Да, Александра Валерьевна? Что-то случилось?

— Случилось? — прорычала бабушка в трубку. — Да не, просто решила проведать внука. КОТОРЫЙ, МАТЬ ЕГО ЗА НОГУ, ВОЮЕТ С ДЕМОНАМИ НА ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЛОЩАДИ СТОЛИЦЫ НА ВИДУ У ВСЕГО ГОРОДА!!!

Она коротко отдышалась.

— Тебя показали по всем каналам.

— Но там был не только я…

— Думаешь, меня интересует кто-то другой⁈ Сергей, вот зачем ты вляпываешься во все эти неприятности, а?

— Я ж не специально, — совершенно по-детски ответил я бабушке. — Кстати, говорить не могу — у нас сейчас будет аудиенция с Князем.

В этот момент как раз вошли распорядители и попросили основную массу артефакторов уйти, оставив в зале лишь нас с Яростным. Братство резца хотело тоже задержаться, но их настоятельно попросили выйти.

— С каким ещё Князем? — возмутилась Александра Валерьевна, не поверив ни единому моему слову.

— Да со всеми сразу, — ответил я, кивая на предложение положить трубку и пройти дальше по коридорам. — Всё, нужно идти. Не переживайте — не думаю, что Князя страшнее демонов.

— Ещё как страшнее! — рявкнула Воронова, после чего я нажал отбой и выключил телефон.

Яростный поступил также. На всякий случай.

Нас повели по длинному коридору, украшенному лепниной и росписью на потолке, картинками на стенах, дорогими вазами и древними доспехами в промежутках. Массивные деревянные двери скрывали комнаты, поглощая любой звук.

Только из-за одной доносилось монотонное перечисление цифр и мест, потому что створка была приоткрыта:

— Зелёное поле — два, подножье Храма — шесть, вершина — трое, бульвар Капуцинов…

Сколько там на бульваре услышать не удалось — один из сопровождающих прикрыл дверь, отсекая любые звуки.

Спустя ещё пять минут мы вышли к лестнице и начали подниматься на третий этаж. По бокам горели электрические фонари, стилизованные под газовые, факельные и даже магические светильники — последние изображали в виде синего кристалла с лампочкой внутри.

Шаги по ступеням мягко глушил толстый пушистый ковёр, похожий на персидский. Сопровождающие старались идти по кромке, где виднелся белый мрамор ступеней, но мы с Алексеем на парились и шли ровно по центру.

Закончились ступени, снова пошёл длинный коридор. Справа мелькнула красноватая дверь, в которой стоял пожилой мужчина в старомодном костюме. Он прижимал правую руку, усыпанную перстнями к груди, заложив пальцы между пуговицами сюртука.

Проводив нас взглядом, и пригладив усы, он вернулся в кабинет.

Наконец мы вышли к широким дверям, которые одним своим видом показывали: здесь место силы и власти. Высоченные створки метра под три, если не больше, были украшены резьбой и позолотой, изображающими сцены из войн прошлого, где битва против богов занимала лишь часть поверхности.

— Люди всегда воевали. Что под богами, что против, что после них, — задумчиво протянул Яростный, разглядывая резьбу, пока мы остановились перед дверьми. — И наличие внешнего врага в этом контексте — ещё не самое плохое, что может быть? — неуверенно закончил он.

Да, внешний враг позволяет сплотиться, позволяет отодвинуть распри на задний фон. Но это временно. Чуть только все привыкнут к одному состоянию, как сразу начнут драться из-за мелочей внутри своего лагеря.

Вообще удивительно, как люди, получив магический Дар, не превратили мир в подобие гетто, заключив в него обычных людей.

— Думаю, причина в том, что Дар достался не только знати, — вмешался в мои мысли Кефариан. В его голосе прозвучала усмешка.

— Ты приложил лапу? — спросил я.

— Я помог. Идея принадлежала твоему прадеду, — хихикнул лис и снова исчез, словно его голоса и не было.

Теперь понятно, за что его не любят Князья. В истории убивали и за меньшее. Даже странно, что ждали повода целых пятьдесят лет и вырезали семью только сейчас. Возможно,

меня спасло не только отсутствие Дара и пропажа Инъектора, но и то, что Воронова — родственница, которая вдруг поняла, что умрёт вслед за мной.

Не от ножа или Дара, а от времени, не оставив после себя ничего.

К нам повернулся один из сопровождающих и чоень вежливо пригрозил:

— Напоминаем, что в этом помещении нельзя использовать Дар или иное оружие. Это будет воспринято как угроза. А с угрозой здесь расправляются быстро. — Он демонстративно показал плотный огненный шарик на своей руке.

Мне стоило усилия не падать виду: заклинание шестого уровня, которое в моём мире называли «сжатая звезда»: пламя под сильным давлением, врезаясь в цель, создавала невероятный взрыв. И это только охрана. Сами Князья тоже многое могут.