— Но вы все настолько боитесь Лькарину, что готовы отдать ей драконенка. Он ведь не ваш сын, брат, внук, верно? Но вот мое слово — Геллерт, дракон воды, останется на моем Пике.
Все это время я стояла молча. От моих слов пока что ничего не зависит. Магнус хочет ударить драконов посильнее, разбудить их.
— В таком случае,— гневно произнес Льорис,— я немедленно…
— Мы еще не закончили,— мягко проговорила я,— куда же вы так спешите? Неужели не хотите повидаться с внуком? Мы же не звери, всего лишь драконы. Раз вы так сильно любите Гели, кто же запретит вам общаться?
Я посмотрела ему в глаза:
— Можно было решить все по-родственному, но вы стали угрожать.
В этот момент, от дверей, к нам подошел высокий плечистый дракон, рядом с которым вышагивал не по годам серьезный малыш с шапкой белокурых кудрей.
— Дедушка! — звонко крикнул он,— не лугай маму! Я тебя люблю и обещаю, что стану самым известным аль… Альф… Амулеты буду делать!
Мое сердце кольнуло болью, а Льорис… Льорис рванул вперед, к нам. В его лице читалась искренняя ярость и недоумение.
— Это не мой внук! — взревел он.
А я, выступив вперед и закрыв собой мальчика, сложила руки на груди:
— Чем же вы это собираетесь доказать, уважаемый бывший свекр?
Он резко остановился. Глубоко вдохнул и медленно выдохнул:
— Катарина, у меня нет сил участвовать в ваших глупых играх. Это. Не. Мой. Внук.
Я следила за его руками, за тем, как он сжимает камзол. Думаю, именно там находился мешочек с зачарованным опалом.
— Лорд Льорис, боюсь, что мы друг друга не понимаем.
Мы решили, что я не буду утверждать, что мальчик — мой сын. Луми потратила много времени, чтобы найти малыша, который будет похож на меня как две капли воды.
— Вы хотите сказать,— продолжила я давить,— что не помните, как выглядит ваш внук?
В прошлом меня обижало, что свекр не хочет проводить время с ребенком. Да, в семьях высшей знати Лькарины это было не принято, но даже тот час в неделю, который обычно доставался наследникам… Даже этой малости мой сын был лишен. А ведь в других семьях детей выносили каждый вечер, демонстрируя их домочадцам!
И в то же время меня поощряли проводить время с сыном. Что было только в радость, но… Но сейчас мне во всем этом видится чудовищная подоплека. Они хотели, чтобы в моем сыне гарантировано пробудился дракон и, одновременно, не желали привязываться к обреченному ребенку.
— То, что мальчик точь-в-точь как Геллерт, еще не делает его моим внуком,— отрезал старик.
Он так сильно сжал карман своего камзола, что нитки затрещали.
— Правда в том, что мой сын совсем не похож на меня,— усмехнулась я,— и на этого милого мальчугана. Но вы, лорд Льорис, говорите, что он точь-в-точь как Геллерт.
Мы хотели заставить старика использовать опал, но я вдруг поняла, что он этого не сделает. Будет упираться до последнего, но артефакт не достанет.
Что ж, не думала, что мне это хоть когда-нибудь пригодится…
Мой портал это всего лишь один шаг. Бессмысленное и бесполезное умение, лишающее меня магии на долгие-долгие дни.
Кто бы мог подумать, что однажды оно принесет пользу?!
За секунду я оказалась лицом к лицу с Льорисом и, рванув его карман, выхватила из него бархатный, напитанный магией мешочек.
Льорис вскинул руку, собираясь меня ударить, но Магнус уже встал между нами.
— Пусть этот мешочек откроет тот, кому надоел этот цирк,— громко сказала я. — И тот, кто имеет некоторые познания в артефакторике.
Дальфари легко поднялся на ноги:
— Я не артефактор, но активно пользуюсь их поделками. А еще невероятно сильно хочу домой!
— Отпустите меня немедленно! — заорал Льорис.
Он стремительно терял самообладание. Очевидно, что столь умный мерзавец догадался о происходящем. И о том, что его рискованный план вот-вот потерпит поражение!
— Совет Драконьих Пиков требует…
— Это следящий артефакт,— Дальфари поднял над головой опал,— отслеживает состояние ребенка. Больше ничего сказать не могу.
— Вот именно,— Льорис перестал вырываться. — Именно поэтому я знаю, что этот милый мальчик не мой внук!
Узловатый палец старика указал на пустое место — мальчика уже увели. Но вместо него в зал вошли наши оставшиеся свидетели. Те, кто прибыл после нас. Чтобы никто не обратил на них внимание.
Чтобы никто не смог подготовиться.
— Отчего же вы сразу не предъявили артефакт Совету? — почти дружелюбно спросил Магнус. — Хорошая ведь вещь.
— Не обязан,— старика отпустили и он сделал несколько шагов в сторону от нас. — Прошу вернуть мне единственную связь с внуком!
Но опал был уже в моих руках.
— Я, Катарина Беллатрис Эрхард объявляю этого человека врагом драконов,— жестко проговорила я. — А докажут мои слова наши свидетели. Пусть войдут целители Драконьих Пиков.
Никто из не надеялся, что лорды и леди поверят на слово или окажутся способны оценить собранные нами доказательства.
Но вот их собственные целители…
За спиной Льориса встали двое наших воинов. Старик стал бледнее мела. Он все понял. И испугался. Оч-чень испугался. Но, вероятно, ему было не так страшно, как детям, которых он лишил магии и будущего. А кого-то и жизни, ведь без помощи малыши…
Я прикусила губу. Не время сейчас об этом думать.
Магнус меж тем представил прибывших дракониц и завершил свое выступление:
— Но вы и так всех их прекрасно знаете. Леди Анатри, прошу, оцените этот артефакт.
Я передала опал невысокой, крепко сбитой драконице и та, изучив его, фыркнула:
— Человеческая поделка для контроля над драконами-полукровками. Готова поспорить на свой хвост, что мальчик застрял в крылатом обличье!
— Да, леди, так и есть,— согласилась я. — Сейчас мой сын спит внутри драгоценной жеоды.
— Расколоть его надо,— драконица взвесила в руке опал.
— Он еще нужен,— мягко проговорила я, а затем обратилась к насторожено замершему Совету,— кто-либо хочет усомниться в компетенции ведущих целителей и целительниц Драконьих Пиков?
Краем глаза я видела, какими взглядами женщины и мужчины окинули собравшихся. И никто не рискнул возразить.
— Тогда я прошу вас изучить эти бумаги и вот эти камни,— на стол легли подлинники трудов Фортретти и заготовки для драконита. — А я пока что расскажу, что же на самом деле произошло в Лькарине.
Я говорила о том, как услышала о грозящей моему сыну беде. Как бежала прочь, вскользь коснулась восстановления Камня Трех Сил, рассказала о нападении Льориса. И каждое мое слово подкреплялось уверенными кивками Магнуса.
— Но самое страшное ждало нас позднее. Другая леди бежала с Лькарины, спасая своего малыша. Чтобы купить нашу помощь, ее близкий родственник передал нам недостающие бумаги великого артеф…
— О Крылатая! — болезненный крик леди Анатри и следом прочувствованная ругань остальных целителей прервала меня.
И я замолчала, позволяя драконам увидеть своими глазами, как их целители не могут поверить сами себе. Как они вновь и вновь проверяют бумаги, опал и заготовки, и как…
— Они делают свой яд из наших детей,— выкрикнула Анатри. — Убийцы!
Она бросилась было к Льорису, но тот уже и сам падал. На губах его выступила розоватая пена. Старый мерзавец был готов и к такому повороту тоже — он принял яд и избежал правосудия…
— Вы поддерживали Лькарину в ее притязаниях на крылатых детей,— сухо проговорил Магнус. — Вы хотели любой ценой сохранить слабый мир, в то время как наш враг ищет наших детей, чтобы вновь создать свой яд
— Вот истинная причина перемирия,— я указала на заготовки,— у них кончились наши дети. Но вы, как я посмотрю, готовы передать им новых.
— Мы не могли знать,— выкрикнул Киррин. — Совет не мог знать!
— Мне это более не интересно,— отмахнулся от него Магнус. — Слово мое простое — ни один крылатый ребенок не будет передан Лькарине.
Я забрала со стола опал и прижала его к животу. Начинающиеся дрязги волновали меня меньше всего. Хотя мне понравилось, что Магнус смог выбить из драконов клятву не применять драконит друг против друга и препятствовать разглашению его рецепта.
