Я вскочила на ноги, чтобы поскорее спуститься в гостиную и обнять его. Ведь думала, что теперь-то разговор точно окончен и миссис Маккартур немедленно уйдёт, но ошиблась. Похоже, бабушка Люка не собиралась принимать его отказ. Мне пришлось снова сесть на пол возле вентиляции.

— Какой смелый! — насмешливо воскликнула она, а затем я услышала лёгкий звон, — вот, выпей-ка воды и внимательно послушай, что я тебе скажу.

Внизу возникла небольшая пауза. Видимо, Люк последовал совету бабушки. Я с беспокойством ждала, что будет дальше.

— Как и все молодые люди, ты принимаешь решения на эмоциях, совершенно не задумываясь о последствиях, а стоило бы, — наставительно сказала миссис Маккартур, — запомни, без поддержки нашей семьи ты станешь никем. Всё это время громкая фамилия и капиталы открывали перед тобой любые двери. Но, поверь, люди всегда ищут выгоду и, как только все узнают, что ты больше не часть семьи, с тобой перестанут общаться. Ты лишишься друзей. — С каждой новой угрозой миссис Маккартур повышала голос. — С карьерой тоже не будет просто. Миром правят связи, без поддержки ты сможешь стать каким-нибудь разночинцем, не более. Очень быстро ты потеряешь свой лоск, — проговорила она, — и твоя Катрин будет смотреть на тебя совсем другими глазами. Думаешь, сможешь удержать её, когда вокруг появятся более знатные и богатые мужчины? Я вот не уверена. — Миссис Маккартур говорила почти с торжеством. — А теперь скажи, стоит ли оно того? Зачем отказываться от семьи ради девушки, которая всё равно тебя бросит?

Как бы мне хотелось сейчас оказаться в гостиной и сказать миссис Маккартур, что я полюбила Люка не за деньги и титулы и если он их лишится, мои чувства не изменятся! Я надеялась, что Люк сможет объяснить это своей бабушке и, наконец, закончит неприятный разговор, но Люк сказал совсем другие слова.

— Ты права, бабушка, — громко произнёс он, — прости меня, пожалуй, я погорячился. Нам с Катрин действительно лучше расстаться.

Что⁈

Мне показалось, что сердце рухнуло в пропасть. Холод сковал лёгкие, я не могла даже сделать вдох. Люк променял меня на деньги⁈

Нет, это какая-то ошибка. Люк ведь не такой, как его дедушка! Или? Я ведь своими ушами слышала его слова.

— Вот и замечательно. — Миссис Маккартур хлопнула в ладоши. — Я рада, что ты сделал верный выбор. А теперь иди к своей девице и скажи, чтобы немедленно убралась из нашего поместья. И пусть только посмеет ещё раз приблизиться к тебе!

Словно во сне я вскочила на ноги и бросила прочь из комнаты. Сбежала по лестнице. А затем рванула к выходу. Вылетев на улицу, я, не оглядываясь, побежала по аллее, чтобы оказаться как можно дальше от Люка и всей семьи Маккартур.

До дома я добралась, когда солнце уже клонилось к закату. Весь день бродила по Колдсленду, надеясь найти средство, которое сможет унять боль разбитого сердца, но ничего не помогало. Казалось, моя жизнь закончилась, и я больше никогда не буду счастлива. Красота цветов, лучи солнца в переливах воды, мягкие облака на высоком голубом небе — всё померкло. Мир стал бесцветным, ничего меня не радовало. Словно раненый зверь я мечтала только забиться в какой-нибудь угол, где меня никто не потревожит.

Но когда, наконец, оказалась перед родным домом, не нашла в себе сил даже подняться на крыльцо. Мне было стыдно. Я спорила с мамой и обвиняла бабушку, а теперь в точности повторила её судьбу.

Может быть, на нашей семье лежало проклятие? И каждой девушке предстояло быть брошенной кем-то из Маккартуров?

— Мне позвать Элиота? — спросил Смит, удобно устроившийся на моём плече.

Я задумалась. Да наверное, сейчас мне проще всего было бы поговорить с братом. Он точно не станет меня осуждать.

Я уже собиралась попросить Смита тихонько передать Элиоту моё послание, когда входная дверь резко отворилась и на крыльцо вышла бабушка. Стоило мне её увидеть, как из глаз сами собой полились слёзы, хотя мне казалось, я успела выплакать их всё.

Бабушка помрачнела, а затем, не говоря ни слова, подошла ко мне и обняла.

— Прости, пожалуйста, — сказала я сквозь всхлипывания.

Бабушка нежно погладила меня по голове, как делала в детстве, когда хотела утешить.

— Ничего, милая, я всё понимаю, — проговорила она, — давай для начала зайдём в дом.

Крепко обняв за плечо, бабушка проводила меня в гостиную. Там уже ждала мама.

— Катрин! — воскликнула она, но бабушка шикнула на неё, а затем попросила принести воды.

Странно, но сколько бы я ни плакала, легче не становилось. Казалось, вместе со слезами моё тело покидали и последние силы.

— Я всё знаю, — тихо сказала я, — про то, что ты была влюблена в Брюса Маккартура и он даже подарил тебе сад. Но его семья была против ваших отношений и обвинила тебя в непристойном поведении. Брюс занял сторону родителей, и тебе пришлось выйти за дедушку, чтобы спасти свою репутацию.

Бабушка села рядом со мной, а мама принесла стакан воды. Вскоре со второго этажа спустился Элиот и замер в дверях.

— Надо было рассказать правду с самого начала, — сокрушалась бабушка, — но мне было так тяжело вспоминать прошлое, что я не нашла в себе сил признаться. А в итоге ты пострадала, как и я когда-то.

— Люк тебя бросил⁈ — Элиот не скрывал своего удивления.

Я кивнула.

— В поместье приехала его бабушка и потребовала, чтобы мы расстались, угрожая, что лишит Люка наследства, — сообщила я, — сначала он сопротивлялся, но в итоге сдался и согласился разорвать наши отношения.

Элиот громко выругался.

— Я знала, что от Маккартуров не стоит ждать ничего хорошего! — зло воскликнула мама, сжимая кулаки.

Мне было нечего на это ответить. Любовь к Люку ослепила меня, и я забыла про здравый смысл, увлёкшись своими мечтами. Сразу было понятно, что мы не пара. Люку нужна девушка его круга, такая, как мисс Скотт, а не провинциалка вроде меня.

— Подожди, а как его бабушка вообще узнала о ваших отношениях? — спохватился Элиот, — вы ведь не объявляли о них публично.

— Кажется, кто-то прислал ей анонимную записку, — ответила я.

— Не кто-то, а вполне конкретный человек, — сказал Смит, помахав смятым листом пергамента, — я успел стащить письмо прямо из-под носа у старой карги.

— Дай-ка сюда, — потребовал Элиот, а затем быстро развернул пергамент, пробежал текст взглядом и зло засмеялся.

— Как предсказуемо, — хмыкнул он.

Сейчас мне было абсолютно всё равно, кто отправил записку миссис Маккартур, но видя реакцию брата, я всё же спросила:

— И кто это был?

Элиот сунул пергамент в карман.

— Лилиан! — воскликнул брат, гневно сверкая глазами, — она напридумывала всяких небылиц про тебя и Люка и отправила своё сочинение миссис Маккартур! Вот же змеюка!

— Но зачем? — ошарашенно проговорила я. Да, в последнее время отношения между мной и Лилиан сильно ухудшились, но я даже не предполагала, что она опустится до такого. Вот тебе и подруга!

— Не догадываешься? — вопросом на вопрос ответит Элиот, — всё ради сада!

Я удивлённо посмотрел на брата.

— Но…? — только и смогла сказать я. Поведение Лилиан не укладывалось в голове. С того дня, как я сообщила, что сад больше не принадлежит моей семье и мы не сможем сдать его в аренду на время свадьбы Лилиан, подругу словно подменили. То есть, я понимаю, все невесты волнуются перед таким важным событием и мечтают об идеальном празднике, но разве это веская причина, чтобы заходить так далеко⁈ В конце концов, в Колдсленде и окрестностях есть и другие сады. Пусть не такие красивые, как бабушкин, но в них вполне можно было устроить свадьбу мечты. Почему же Лилиан так вцепилась именно в наш сад? Чутьё подсказывало, что причиной была вовсе не свадьба.

— Я тоже хотел бы получить ответ на этот вопрос, — сказал Элиот, словно прочитав мои мысли, — и я его найду!

— Что ты задумал? — подала голос мама.

— Для начала побеседую с женихом Лилиан, а там посмотрим, — ответил Элиот и, не говоря больше ни слова, вышел из гостиной.