И вот теперь он наряжал Рею в один из своих плащей, в то время как остатки ткани служили ей черным платьем, скрывающим тело. Он собирался взять её с собой, несмотря на всё своё внутреннее сопротивление. Ему не нравилось это — он ведет её в деревню, хотя она еще не стала его невестой и не связана с ним навечно. Она не будет там в полной безопасности, её могут у него отнять. Лишь то, что другой Мавка будет с ними и поклялся защищать её, немного унимало его внутреннюю бурю.

Её улыбка, когда он сообщил ей решение, была необычайно яркой; она буквально сияла на её нежном, прелестном лице. Как же она прекрасна. Подумал он тогда. Он жаждал эту женщину столькими способами, что это будоражило и его сердце, и его плоть.

Они выдвигались немедленно. Ждать было незачем.

Она собрала сумку и перекинула через плечо, набив её едой, которой должно было хватить до деревни Демонов — он пообещал, что там они раздобудут еще. Также они взяли мех для воды, который можно было наполнять в пути: их дорога пролегала вдоль ручья, текущего через весь Покров.

Пока она собиралась, Орфей взял из своей комнаты большой кристалл — такой же, как те, что висели в уборной, — вынес его на улицу и разбил вдребезги. Когда она спросила зачем, он ответил, что будет использовать осколки для обмена. Обычно ему не требовалось так много, но у второго Мавки не было ничего для торговли, и Орфей надеялся, что Рее тоже может что-нибудь приглянуться. Сами кристаллы мало значили для него — у него их было в избытке.

Когда приготовления были закончены, он вымыл её, чтобы заклинание было свежим, и одел.

Оставалось последнее дело. Рея выглядела неуверенно, когда он начал надевать ей на голову череп оленя, который принес для неё.

— Зачем это? — спросила она, и её голос глухо отозвался внутри очищенного от плоти и выбеленного черепа.

— Твоя маскировка. Чтобы ты могла видеть, но не быть увиденной.

Она не могла показывать лицо. Её бледная кожа мгновенно выдала бы в ней человека. Он начал привязывать тканевые ремешки к черепу и к ней самой, чтобы маска сидела плотно, но её можно было снять во время привала. Маска понадобится ей только тогда, когда они приблизятся к деревне Демонов и ему нужно будет окончательно скрыть её сущность.

Ему следовало сделать так же, когда он брал в деревню прошлую женщину. Он не знал, что её заметили, когда она оглядывалась по сторонам из-под глубокого капюшона, хотя в самой деревне их тогда не тронули. Он-то думал, что всё прошло гладко.

— Вот, теперь ты выглядишь как Мавка, — сказал он, наклоняясь и тычась мордой в её шею под маской-черепом.

— А я не слишком коротка для одного из вас?

Он издал задумчивый звук.

— Значит, ты будешь самкой Мавки.

— А они существуют?

Орфей пожал плечами, отстраняясь и разглядывая её через пустые глазницы черепа.

— Не знаю. Никогда их не видел.

Он обошел её кругом и поправил меч, пристегнутый у неё за спиной. Оружие у такого существа будет смотреться странно, но он не думал, что Демоны обратят на это внимание. Они любят блестящие вещи и просто решат, что она — тоже. Именно поэтому его кристаллы были так хороши для сделок.

Чувство беды и гнетущего страха накрыло его, когда они шагнули к двери, чтобы уйти. Я не хочу этого делать. Но он хотел Рею, и именно это толкало его вперед.

Второй Мавка подошел к крыльцу на четвереньках и протянул руку, чтобы коснуться оленьей маски, скрывавшей её лицо. Капюшон плаща был застегнут вокруг рогов так, чтобы они торчали наружу, как у самого Орфея. Рога импалы у Орфея были просто двумя острыми шипами, а маскировка Реи имела ветвистые отростки.

Он был даже немного разочарован тем, что в этом наряде она больше походила на того, другого Мавку, чем на него самого.

— Она выглядит как Мавка, — с благоговением произнес чужак, проводя когтем по кости маски, как только они вышли за барьер.

Орфей мгновенно перехватил его запястье и грубо отбросил руку в сторону.

— Не трогай её. И ничего из того, что на ней надето.

Она расстегнула капюшон плаща и скинула маску, протягивая её ему.

— Похоже, работает, — рассмеялась она.

Он привязал маску к своему поясу, чтобы нести её.

— Как ты хочешь, чтобы я тебя нес?

Она задрала голову, глядя на него и поправляя капюшон, чтобы снова скрыться в тени.

— Нес меня?

— Да, — он указал на её ноги. — Ты будешь идти слишком медленно. Для нас это путь в четыре дня. С тобой он растянется, а я не хочу, чтобы ты оставалась вне защиты стен так долго без необходимости.

Чем быстрее они с этим покончат, тем лучше.

— Можешь снова понести меня на руках?

— Нет, — ответил он, слегка качнув головой. — Ты будешь слишком близко к деревьям, и тебя легко заметят.

Она скрестила руки на груди, а затем коснулась пальцами своих губ. Своих мягких губ, которые так чудесно ощущались на его лице и груди, когда она целовала его. Я хочу снова поиграть с её языком. Тот факт, что она лизнула его язык, наполнил его ликованием. Ни один человек раньше не делал этого. Это было похоже на его первый настоящий поцелуй, на который он мог ответить.

— Тогда на спине? — Она осмотрела его плащ. — Полагаю, ты хочешь, чтобы я была под ним. Моя голова поместится под капюшоном вместе с твоей?

Он ослабил завязки и кивнул. Затем присел, ожидая, пока она залезет под ткань и высунет голову в отверстие.

— Привет, — поздоровалась она. И хотя он не видел её лица, по тону понял, что она улыбается. — Я теперь совсем близко к тебе.

Она поцеловала его в шею, сразу за изгибом челюсти. Трепет пронзил его, заставляя всё тело содрогнуться. Он выпрямился, когда она обхватила его бока ногами, и подхватил её под колени.

— Ты немного широковат, чтобы поместиться у меня между ног, — рассмеялась она. — Прости, что тебе приходится так сильно тянуться назад.

Она будет обнимать меня. Она сидела верхом на его спине, но Орфей был полон решимости однажды заставить её оседлать его спереди, пока его член будет глубоко похоронен в её пизде. Он тяжело выдохнул при этой мысли, чувствуя, как щупальца за швом слегка зашевелились.

— Пошли, — скомандовал он. Его голос звучал более натянуто, чем обычно.

Они двинулись в путь. Орфея не покидало чувство тревоги, когда они пересекли соляной круг. Я сохраню её в безопасности и скрою от глаз. Он покосился на Мавку, который шел рядом, легко поспевая за его длинным шагом, — тому в будущем определенно понадобится собственный плащ.

Затем они вошли в лес. Хотя еще не поздно было повернуть назад, он знал, что не сделает этого. Путь был долгим, почти без передышек.

Они шли сквозь вечные тени; густой полог леса над ними погружал всё во тьму, и неважно, день сейчас был или ночь. Было относительно тихо — он обычно не ходил этой дорогой, и чем дальше они углублялись, тем реже встречались Демоны. Никто не подозревал, что под его плащом прячется человек; как только они покинули пограничное кольцо Покрова, стало менее опасно.

Свойства Покрова были подобны невидимым кольцам жизни. Пограничное кольцо удерживало тех, кто обезумел от жажды человеческой плоти; они жили в этой секции, чтобы путь до поверхности для охоты был коротким — правда, охота редко была успешной. Потребовался всего день, чтобы миновать его, и часть его тревоги утихла.

Еще два дня ушло на то, чтобы выйти из следующего кольца. Там обитали те, кто охотился на людей, но не были столь отчаянно голодены. Они ели нерегулярно, только когда совсем припирало, и пожирали первую же жизнь, что попадется — будь то человек или зверь. Им было плевать, лишь бы унять голод. Обычно это были Демоны среднего размера, обладающие зачатками разума. Их было меньше, и их численность редела по мере продвижения вглубь.

Орфей вел их вдоль ручья, который со временем превратился в медленную, но глубокую реку.

Мавка засыпал их вопросами, проявляя любопытство к их отношениям и к тому, что его самого ждет в будущем, если он найдет свою самку. Некоторые вопросы были чересчур личными — он явно не понимал, что такое границы дозволенного. Орфею то и дело приходилось щелкать на него челюстью, особенно когда Рея на его спине ежилась от явного дискомфорта.