— Бо, ты платишь мне за работу, а моя работа — планировать твоё будущее. Я на твоей стороне, ты это знаешь, но менять команды каждые два года — больше не вариант. Уход из Raiders был риском, и большим.

— Я не готов взять на себя столько обязательств.

— Мы не можем продолжать в том же духе, потому что, в конце концов, кто-нибудь начнёт задаваться вопросом, что с тобой не так.

— Они перестанут задаваться этим вопросом, увидев, как я выиграл.

— А что, если это не повторится? — Я косо посмотрел на Алекса. — Нам нужен запасной план, ты это знаешь, и я тоже.

— Я же сказал, что подумаю об этом. Я здесь всего несколько недель, слишком мало, чтобы понять, чем захочу заниматься через два года. — МакМиллиан поднял руки в знак капитуляции. — Если говорить о том, чего я хочу, какие новости о доме, который я просил тебя купить?

— Хозяева не хотят продавать, говорят, этот район им идеально подходит.

— Предложи миллион.

— Миллион за дом, который стоит максимум триста тысяч?

— Я хочу этот дом и два бульдозера, достаточно мощных, чтобы всё снести. Сможешь сделать меня счастливым, как агент?

— Ты сможешь сделать меня счастливым, Милашка Би?

— Дай мне время до февраля, и я сделаю тебя очень счастливым, МакМиллиан.

Она

Ivy

Балтимор, ноябрь 2022

Я вышла из такси, доставившего меня на Лунный бульвар, и прошла на задний двор, где перед барбекю стоял отец в окружении всех моих дядей. Несмотря на то что на дворе стоял ноябрь, субботнее утро выдалось тёплым. Над Балтимором светило солнце.

— Семья! — поприветствовала всех, затем положила папин подарок на стол, рядом с остальными, и подошла к нему поближе, чтобы дотянуться до свиных рёбрышек. — С днём рождения, папочка. Боже мой, ты добавил в них мёд? — Я вгрызалась в угощение, понимая, что это будет стоить мне лишних десяти минут бега, но кого это волновало.

— Мёд и лавровый лист.

— Пенни, ты видела, что новички оказались не такими уж криворукими, как ты себе представляла? — спросил дядя Пол.

— Они не неудачники, но и не чемпионы. Хорошо, что есть Милашка Би, он компенсирует разницу! — ответил дядя Дилан.

— Пенни, ты сможешь найти нам хорошие места? — спросил дядя Фрэнк. Он был скупердяем и ходил на стадион, только если я давала ему бесплатные места.

— Пока нет.

— Я рассчитываю на тебя!

Съев второе рёбрышко, я пошла в дом. Мама и три её сестры готовили гарнир, сплетничая, не знаю о чём. С ними была и Уайт, она сосредоточенно перемешивала капустный салат.

— Привет, хорошая двоюродная сестра. — Пёрпл вышла из гостиной с пивом в руке. — Привет, плохая двоюродная сестра. Передай мне пиво и скажи, пожалуйста, что там нет этого ужасного чёрного белкового хлеба!

— Белковый хлеб? Кто ест белковый хлеб? — допытывалась тётя Клэр, зануда семьи.

Мама бросила на меня нехороший взгляд.

— Иди и закончи накрывать на стол, Пенни. Как обычно, ты опаздываешь, и как обычно, твоя юбка слишком короткая.

— Это шорты, их сшила я.

— У тебя закончилась ткань? — хмыкнула тётя Лия.

— Вы ханжи!

— Иди накрывай на стол, а то я в тебя чем-нибудь кину, — пригрозила мама.

Вместе с Дуэтом я отправилась в гостиную, чтобы накрыть длинный стол, который ещё предстояло раздвинуть. Такой день был как раз то, что нужно: еда, смех, пиво и, наконец, отдых. Потому что мудрую и дипломатичную Пенни было утомительно таскать туда-сюда по коридорам Castle, и ещё тяжелее на выездных играх.

— Как насчёт того, чтобы в среду организовать новый квест? Может быть, ты снова пригласишь Элвуда, — предложила Уайт.

— Тебе нравится Элвуд?

— Конечно, он мне нравится. Он крутой и он доктор.

— Врачи засовывают руки в тела других людей, это не круто, — заметила Пёрпл.

— А вот накладывать макияж на мертвецов — это круто?

— Да, бл*дь, ласкать смерть — это круто.

— Круто для такой чокнутой, как ты.

Я хихикала, пока не услышала грохот снаружи.

Уайт подбежала к окну.

— О боже, у Бо Бакера белый «Бугатти»!

— Кто посмел пригласить этого ублюдка?

Мама, угрожая, вошла в комнату.

— Пенни!

— Знаю, знаю, без ругани. Но если бы предупредили, то не пришла, — выпалила я.

Я села на диван, такая же злая и разочарованная, как в детстве, когда была взбешённым подростком. День отдыха, день покоя превратился в очередной кошмар.

Подождав не меньше пятнадцати минут, я выглянула в сад. Половина моей семьи собралась вокруг этого колоссального засранца. Мужчины смотрели на него с почтением, Уайт — с любовью, а Пёрпл... Пёрпл смотрела на меня, посмеиваясь себе под нос со своим обычным цинизмом, пока Бо приближался ко мне.

— Добрый день. — Я не ответила. — Что, не здороваешься?

— Рада видеть тебя и здесь.

— Не хватает улыбки, Пенелопа. — Я улыбнулась ему, прилагая огромные усилия. — Теперь да. Я собираюсь поздороваться с настоящей хозяйкой, с твоего разрешения.

Он направился к маме, и я услышала нечто вроде овации от всех женщин.

Какой дерьмовый день!

Обед закончился в почти неприличное время, как всегда бывало на днях рождения моего отца. Бо предлагали только безвкусные блюда, а я почти не ела, так как желудок сжимала нервозность. Когда все сосредоточились на подарках, я ускользнула и поднялась к себе в комнату.

Я растянулась на кровати и закрыла глаза, надеясь, что время пройдёт быстро и Бакер уедет, но этого не произошло. Я повернулась на бок, и мой взгляд упал на компакт-диски, которые до сих пор лежали стопкой на моём старом столе. Я встала и поискала диск Тейлор Свифт, который подарил мне Бо. Слушая You Belong with Me, я плакала целыми днями и хранила CD как реликвию. С годами мне удалось снять слой боли с воспоминаний о Бо и сохранить только самое приятное, но потом он ворвался в мою жизнь и внёс хаос.

Я схватила компакт-диск, открыла окно и бросила его в сторону барбекю в надежде, что он сгорит.

Твою мать, я продолжала позволять влиять на себя.

Я вернулась вниз вовремя, отец как раз заканчивал разворачивать подарки.

Ко мне приблизилась Пёрпл.

— Всё в порядке? — спросила она.

— Нет, я хочу уехать. Твоему отцу необходимо поторопиться и вернуть мне мою машину, иначе я куплю новую.

— Тебя подвезти?

— Да, спасибо, не могу больше.

— Схожу за Уайт.

Я подошла к отцу и поцеловала его в щеку.

— Я возвращаюсь домой. Совсем забыла о срочной работе.

— Бо тебя подвезёт? — обеспокоенно спросил он.

— Меня подкинет Пёрпл.

— Но мы едем в противоположную от Tower часть Балтимора, — кокетливо заметила Уайт, притопывая ногой. На этой фразе я определила её конец. Уайт больше никогда не будет моей хорошей двоюродной сестрой, а только предательницей.

— Спасибо за приглашение, тренер. Я тоже возвращаюсь в Tower и могу подвезти Пенелопу. К сожалению, мне нужно вернуться домой пораньше.

— Вовсе нет, этот дом и твой дом тоже, ты можешь приходить, когда захочешь. Пойдём, попрощаешься с моей женой, она в саду жарит зефир.

Я закатила глаза, и мы вышли через заднюю дверь в сопровождении отца. Мама шла нам навстречу.

— Пенни, я нашла это. Как он оказался в саду? — спросила она, показывая мне диск.

— Наверное, случайно улетел из моей комнаты.

— Как он случайно улетел?

— Предметы тоже страдают от приступов депрессии, должно быть, он покончил с собой, почувствовав себя окончательно бесполезным, — ответила я, игнорируя направленный на меня взгляд Бо. — Выбрось, он уже сломан.

Попрощавшись с родителями, мы вышли из дома и увидели, как Уайт высовывается из окна.

— Пенни, не забудь про вечер среды!

— Играй в квест одна, предательница!

— Я не хочу играть одна, и приведи Элвуда.

Я показала ей средний палец. Не говоря ни слова, забралась в «Бугатти». Бо завёл машину и поехал, но доехав до первого перекрёстка с шоссе, резко свернул и припарковался на обочине.